- А почему вы спрашиваете? - спросил я.

- Видите ли, пару недель назад местный охотинспектор нашел его сожженное тело, а рядом мы обнаружили вот эти резиновые пули.

Следователь полез в карман и извлек пакетик, в котором находилось несколько деформированных резиновых пуль.

- В последний раз, когда я его видел, он был пьян и еле крутил педали своего велосипеда, - сказал я севшим голосом.

- Сергей, скажите прямо, это вы его убили? - задал следователь очередной вопрос, поставивший меня в тупик.

- Что простите? - переспросил я.

- Я спрашиваю, это вы его убили? - повторил вопрос следователь.

- Евгений Николаевич, вам не кажется, что не вежливо, без моего ведома, врываться к палату к моему больному?

- Я не врывался, лишь задал ему несколько вопросов, - сказал следователь, убирая пакет с пулями в карман.

- Сергей Сергеевич, вам некоторое время придется побыть под подпиской о невыезде.

- Возможно ли это время провести у отца в деревне? - спросил я.

- Все зависит от вас, как только вы дадите мне ответ на интересующий меня вопрос, - улыбнулся следователь, и я заметил, как его глаза как-то странно блеснули.

«Похоже, следователь тоже немного не в себе, иначе с чего ему проявлять такой интерес ко мне?», - подумал я. Между тем, следователь зарыл свою папку и поднялся со стула.

- Выздоравливайте поскорее и тогда мы вернемся к нашему разговору.

- Непременно вернемся, - пообещал я в спину следователю.

Тот повернулся, и в очередной раз его глаза сверкнули красным. Дверь за ним закрылась.

- Дышите ровнее, Сергей, знаю, что вы никого не убивали, поэтому и не пускал его к вам, не смотря на его требования, но сегодня он каким-то образом просочился сюда. Наверно кто-то из медсестер напортачил, - сказал врач, разводя руками.

- Да вот, гад утверждал, что я убил какого-то алкаша в Краснинском районе.

- Если бы вы были таким убийцей алкашей, то справились бы и с напавшим на вас, - улыбнулся врач, - Говорил с нашим патологоанатомом Ульяной, и она сказала, что затрудняется установить точное время смерти данного гражданина, пошутила что, судя по состоянию, тело мертво уже несколько дней.

Я лишь улыбнулся.

- Ульяна девушка молодая, в вопросах вскрытия не опытная, могла и напутать, сказал врач, усаживаясь на табуретку.

- Хорошо, что молодая, может познакомиться с ней? - решил я поддержать юмор врача.

- Вижу, вы идете на поправку, - хмыкнул врач, но затем посерьезнел и произнес, - Ульяна - девочка особенная и больше предпочитает мертвых мужчин, чем живых.

- Вы наверно шутите, - сказал я.

- Ничуть, ведь я лучше других знаю собственную дочь.

Наконец, я оказался на улице. Как же приятно дышать свежим воздухом. Сделал глубокий вздох, и блаженно зажмурился. Морозный воздух в сочетании с ярким солнцем - красота. «Эх, хорошо-то как», - подумал я и заметил, как шторка на окне отделения аккуратно ушла в сторону. Медсестра Людмила рассматривала меня буквально с гастрономическим интересом, но заметив, что я смотрю на окно, поспешно ретировалась.

Я вышел за металлические черные ворота и оказался у дороги. Перешел через пешеходный переход и вышел к стоянке такси.

- Пушкина, дом шестьдесят девять, - назвал я адрес.

- Две сотни, - назвал водитель цену.

- Поехали, - махнул я рукой.

Хрен с тем, что дорого, врач советовал первое время поменьше переохлаждаться, а значит, нужно себя беречь. Хорошо, что врач выпустил меня из отделения, видимо, понял, что иначе я сбегу.

Минут через десять неспешной езды пожилой таксист высадил меня у магазина. Как хорошо, что предусмотрительный Иваныч передал мне одежду, а то пришлось бы ждать, пока приедут родители, а им лучше не знать о случившемся со мной.

- О, какие люди, - Иваныч пожал мне руку, когда я зашел в магазин. - Выписали или сбежал? - поинтересовался напарник.

- Пришлось написать заявление, а иначе не хотели отпускать, - сказал я.

- Тебя тут искал некто Свинцов, - сказал Иваныч, внимательно наблюдая за моей реакцией.

- Приходил ко мне в больницу. Редкостный гад. Утверждал, что у него есть неопровержимые доказательства моей причастности к убийству.

- Он и меня расспрашивал, не замечал ли я чего подозрительного, как ты обычно проводишь выходные, и в каких районах бываешь, - сказал напарник.

Спустя пару секунд он махнул рукой и, ухмыляясь, произнес:

- Про того психа с ножом сюжет сняли, про тебя там тоже рассказали, что ты в тяжелом состоянии, но оказал достойное сопротивление.

- Надеюсь, там говорится, что я сражался, как лев? - с интересом уточнил я.

- Смеешься? Там даже запись с камеры наблюдения фигурирует, - сказал Иваныч, возвращаясь за кассу.

- Иваныч, тут такое дело, мне сейчас мокрое дело шьют, и, вероятно, пока не закончится следствие, вряд ли позволят работать. Поэтому, если не возражаешь, сегодня я поеду домой.

- Да понимаю я все, лечись, поправляй здоровье, - сказал Иваныч. - Будем думать, шеф тебя в беде не бросит и поможет с адвокатом, ты же ничего не делал, а пули не делают тебя убийцей, просто то, что их нашли не там, где нужно, вот это осложняет дело.

- Тут я с тобой полностью согласен, но следователь, увы, не верит в совпадения, у него работа такая, сомневаться, - ответил я напарнику.

Я прошел мимо Иваныча в подсобку и забрал барсетку с документами.

- Ладно, поеду домой, надо продуктов купить и восстанавливать силы. Буду лежать, и читать книги, смотреть телевизор и набираться сил.

- Давай отдыхай, только вот я бы на твоем месте в церковь заехал и хотя бы свечку поставил. Тебя же явно ангел-хранитель спас, мужик же едва тебе горло не перехватил, - сказал Иваныч.

- Сам знаешь, я к церкви не очень отношусь, - пожал я плечами.

- Ну, отношение - дело такое, а лучше съезди, от тебя не убудет, - напарник хмыкнул и пошел куда-то в подсобку.

- Через минуту он вернулся, уже накинув себе на плечи куртку.

- Ладно, Иваныч, спасибо за совет, если что - я на связи. Звони, если что-то прояснится по этому психу.

- Да чего прояснится? Его когда осматривали, нашли у него на груди колотую рану, как от кинжала, непонятно, как он вообще двигался.

- Мистика, не иначе, - хмыкнул я.

- Тоже думаю, что тут замешана мистика, потому как с такими ранами обычно живут пять-десять минут, а он тут прыгал, как заведенный, - кивнул на мое замечание напарник.

- Ладно, пойду к машине, пока от снега очищу, прогрею, а то еще куча дел.

- Ну, пока ты будешь валяться на своем больничном, мы еще человека в смену поищем, а то одному без выходных мне будет тяжко, - сказал напарник после секундного размышления.

- Может, из Липецка кого-то пришлют? - предположил я.

Мы вышли на порог, и пока я очищал машину от снега, напарник курил. Выбросил окурок в урну и махнул рукой, подзывая к себе.

- На твоем месте, я бы перепрятал все твои находки, следователя очень интересовало это твое увлечение, поэтому лучше будет, если ты спрячешь свое добро в моем гараже, ключи от гаража я уже кинул в твою барсетку, - тихо сказал напарник.

- Ну а если решат и его обыскать? - спросил я.

- Не станут, а если что, перепрячем так, что с собаками не найдут.

- Поживем - увидим, рано еще панику наводить, но барахло я спрячу, а то, мало ли, - сказал я напарнику.

- Добро, - сказал он, и, пожав мне руку, вернулся в здание

Я же открыл деверь, вставил ключ в замок зажигания и повернул. Машина, не смотря на мороз, завелась с полуоборота. Включил обдув лобового стекла холодным воздухом, и принялся ждать, пока двигатель прогреется. Может, прав Иваныч, и нужно съездить в церковь? Все же, я крещеный, а значит, нужно поблагодарить ангела-хранителя за чудесное спасение. Хотя, шкуру мне знатно попортили, видимо, мой ангел в этот момент знатно налажал.

Выбросив из головы тревожные мысли, я немного расслабился. Через пару минут я включил заднюю передачу и выехал из сугроба. Я проехал метров двести, до перекрестка улиц Пушкарской и Ани Гайтеровой. Остановился перед знаком «уступи дорогу». Осмотрелся по сторонам, а затем повернул направо. Дорогу в нашем городе чистили зимой достаточно регулярно, обычно в день выборов или иных мероприятий, все остальное время дорогу просто накатывали десятки машин. Надо сказать, что, не смотря на то, что Елец город провинциальный и маленький, машин в нем предостаточно, а манера езды местных водителей просто восхищала: повернуть направо с левым поворотом, езда в оба направления по односторонней улице, это у нас в городе обычное явление. В России на дорогах нужно смотреть не только по сторонам, но еще на небо.