Вика просто влюбилась в индийского мудреца. Читать его рассуждения было легко и приятно, они лились в неопытную душу словно медовые реки, оставляя свежее терпкое послевкусие. Свобода от авторитетов, вседозволенность и раскрепощенность, особенно в любви.

Что еще хотелось знать шестнадцатилетней девушке, которая считала себя гадким утенком за свою угловатую фигуру, высокий рост и веснушки?

Чуть позже, досыта хлебнув этой самой свободы, Тори на время забросила сладкоголосые проповеди индийского философа и обратилась к доброжелательным увещеваниям Луизы Хей. Надо сказать, книги последней и в самом деле помогли. У них с Луизой оказалось много чего общего. Например, беспокойное детство и насилие…

Истории чужой стойкости позволили Тори поверить в себя, принять себя, и дали надежду – жизнь, какой бы она не получалась, в восемнадцать лет уж точно не заканчивается, и впереди может принести еще множество приятных приключений.

А вот как раз приключения она любила и предвкушала. Одно время ее любимым фильмом был «Пираты Карибского моря» с гламурным Джеком Воробьем. Вика и сама себя порой воображала этакой отчаянной пираткой-хулиганкой, ловко взбирающейся по корабельным снастям, одной «левой» одолевающей вооруженных до зубов головорезов.

В реальности же головорезы были куда более жестоки и опасны. И уж ей одной с ними точно было не справиться.

Но, кажется, все неприятности и страхи остались позади в шумных городах, а сейчас Тори – Виктория собиралась отдыхать под расщедрившимся в конце сибирского лета солнцем.

Оказавшись на низком берегу озера со сказочным названием Дубровное, Вика отложила книжку в сторону, скинула с себя платье и, оставаясь в раздельном купальнике, подставила небесам юное тело, и без того обласканное городскими соляриями.

А из-за деревьев в сорока метрах от нее, незаметный за ивами, стоял Туран. Он будто остолбенел, просто глаз не мог оторвать от открывшегося ему роскошного зрелища. Рыжеволосая богиня сейчас стояла к нему спиной и была так искусительно близко, что можно было почуять тонкий аромат ее слегка вспотевшей кожи.

Она словно нарочно дразнила его, откидывая руками волосы, покачиваясь из стороны в сторону всем телом, прогибаясь назад и вперед, выполняя гимнастические упражнения, а потом…

Туран даже закрыл глаза, не в силах поверить, что все это происходит с ним не во сне. Девушка вдруг отбросила в сторону тряпочку, прикрывавшую грудь, и вышагнула из маленьких трусиков, оставшись совершенно голой. Потом засмеялась и подпрыгнула, вытягивая вверх руки.

Сейчас Вика и впрямь напоминала древнюю языческую богиню – неукротимую, страстную и невероятно притягательную для покоренных мужчин. Туран желал бы и дальше любоваться этим прелестным виденьем, но охотничий инстинкт заставил насторожиться.

Далеко в кустах молодого ивняка забеспокоились мелкие пичуги, заверещала сорока, а значит, к местечку выбранному девушкой для уединения, со стороны поселка кто-то приближался. Мысль о том, что его нимфу может увидеть другой мужчина возмутила Тигра до глубины души.

Смелую чаровницу следовало немедленно предупредить, раз сама не чувствует опасности. И Туран не смог придумать ничего лучше, как просто выйти из своего укрытия и показаться незнакомке во всей красе.

Возможно, это было опрометчивое решение и хватило бы треснувшей ветки или другого резкого звука, что заставил бы девушку накинуть сарафанчик и убежать. Но Туран шагнул вперед, пристально глядя на ничего не подозревающую Вику, по-прежнему стоявшей спиной к лесу.

– Сю-сюда идут, тебе о-одеться надо! – слегка заикаясь хрипловато проговорил он.

От звуков грубого мужского голоса, Вика вздрогнула и резко обернулась. И прежде чем Тигр в смятении опустил глаза, прежде чем девушка прикрыла руками грудь, он успел увидеть ее всю.

Больше всего Турана поразило, что там… внизу… она выглядела совсем голенькой и гладкой, будто маленькая девочка. Сердце забилось так, словно желало покинуть грудь, рот почему-то наполнился слюной. Но самым невероятным для него было то, что он не почувствовал ее страха. Зеленоглазая красавица совершенно не боялась Турана, хотя была очень удивлена.

– А ты кто такой? А-а-а! Тот самый «дикий человек»? Привет! Ой, отвернись, сейчас же, чего уставился?

Туран медленно повернулся и хотел было уже скрыться в лесу, как его остановил повелительный возглас:

– Стой! Ты куда? Мы же не познакомились еще, я – Виктория, но лучше запросто Тори, а ты – Туран, правильно? Я слышала о тебе. Ты живешь один? Приходи к нам, у нас весело, я тебе все покажу. Да постой же!

– Ти-тише, сюда и-идут…

Неподалеку раздался громкий веселый голос Хати.

– Э-эгей, То-о-ри! Ты здесь?

– А вечером придешь на берег? Поболтаем! – заговорщически прошептала Вика, обращаясь к черноволосому бородатому мужчине, что так неожиданно предупредил ее о появлении Хати.

Она успела натянуть платье и теперь торопливо завязывала поясок, успевая с любопытством поглядывать в сторону «лесного дяденьки». Туран послушно кивнул ей и исчез за деревьями.

Размышляя о недавней встрече с обросшим лесным дядькой, Вика вполуха слушала эмоциональные упреки Хати.

– Ты чего тут бродишь одна? Тебе же четко сказали не приближаться к лесу, разве не понятно? Вот дуреха! Коротков весь лагерь на уши поднял, велел тебя срочно разыскать, ты бы хоть позвала кого с собой…

– Ага! Могла бы с тобой погулять, чтобы твоя Катенька мне потом глаза выцарапала, – процедила Вика.

– А почему именно я должен тебя охранять? – притворно сердито ворчал Хати, чувствуя себя польщенным выбором.

– С тобой здорово, ты классный, да, кого бы еще взять? Все заняты своими делами…

– А разве я бездельничаю? – немного обиделся Хати. – У меня тоже полно хлопот, сейчас вот тебя отведу к Короткову, передам с рук на руки, как говорится, а сам к Фомичу поплыву. Ты тоже чем-нибудь займись, найди полезное дело. Катюха моя вот уже вторую книжку пишет, первая история всем очень понравилась, знаешь, сколько хороших отзывов ей написали в Интернете, и ведь совсем незнакомые люди.

А новая сказка мне даже больше нравится, хоть там про волков почти ничего нет, к сожалению.

– Про любовь не писать надо, любовью надо заниматься, – с видом знатока произнесла Вика и почему-то ей опять вспомнился странный мужчина, который вышел к ней из леса на берег.

Огромного роста, с черными волосами и курчавой бородой, а уж как он глазами сверкал. «Наверно, обиделся, что я так с ним по-свойски, запросто… Он, наверно, уже пожилой, а я ему „ты“, неловко получилось. Решит, что я невоспитанная хамка… Если увижу вечером, обязательно извинюсь».

Задумавшись, она вдруг запнулась о кочку и едва не полетела на землю, но Хати успел поддержать за плечи, потом опять принялся беззлобно ворчать.

– Ну, и что такого, – засмеялась Вика, – со мной это бывает! У меня тоже порой обе ноги левые, как у Беллы Свон. Ты «Сумерки» смотрел?

– Мне своих сумерек хватает. Идешь, дороги не видишь, руку давай уже, недотепа! Одни хлопоты с тобой, то в лес убегаешь без спросу, то под ноги не смотришь – валишься.

Тут Хати пришла в голову отличная мысль напугать чересчур смелую девчонку. Он оскалился и натурально зарычал, немного пригнувшись:

– Глупая девчонка! Разве ты не знаешь, что в наших краях бродит злой голодный дядя Туран. Он высматривает себе на ужин рыженьких курносых лапочек и делает с ними ужасные вещи в своей берлоге… Бойся попасть ему в лапы, глупенькая То-о-ри!

Хати приблизился с самым суровым видом, но уже через мгновение хохотал во весь голос, вторя заливистому смеху рыжей бестии. Вика уверенно толкнула в грудь его, приговаривая:

– Пусть ваш Туран сам меня опасается! Я тоже могу его покусать, у меня зубки острые! Отстань уже, вредный дядя Хати, ты у нас совершенно безобидный, сам боишься свою Катеньку – заиньку! А та и рада тобой вертеть.