— Звёзды приняли его. Хранить же в тайне мне нечего, госпожа Асмирату. Я ничего не понял. Этот сигнал был зашифрован, даже мне не под силу услышать его суть.

— Даже вам? — изумилась Октавия. — Такое возможно? Я-то всё поняла.

— Как видите, возможно. Ваш секрет останется только вашим, разве что… вам есть, что мне сказать? — проницательно уточнил Мейксанейро.

Октавия не ответила. Она очень долго молчала, укачивая на руках Мотылька, и только когда маленькое голубое тельце растворилось и осыпалось крошкой, сказала.

— Это история о предательстве моего отца. Ходило много слухов, многим из них я не верила, но теперь всё открылось. Хотите знать?

Мейксанейро собрался было ответить, но его капюшон вдруг колыхнулся, а внутри туманного тела вспыхнул настолько белый яркий свет, что подсветил плотную ткань чёрного плаща.

— Что это? — Октавия встала в полный рост. — Что с вами?

— Рождение звезды… — Мейксанейро был удивлён не меньше, — мне нужен корабль людей. Любой. Поблизости. «Илларион» сможет отследить?

— Нет, — Октавия покачала головой, — только «Гаусс», он ремонтировался у нас, и мы поставили на него свою систему навигации.

— Это большая удача, — ответил Мейксанейро. — Мне нужно знать, куда перемещаться, дайте координаты.

— Конечно. Пойдёмте со мной.

Медицинская капсула на «Гауссе» была только одна, но Лар и Марго всё равно от неё отказались. Бобби помог им добраться до расширенного кухонного блока, усадил на стулья и дал попить.

— Как вы спаслись? — спросил Бобби, когда к ним присоединилась Кристина.

Лар только устало повёл рукой.

— Что с адмиралом?

Бобби кивнул.

— Жить будет. Я только не понял… — он посмотрел на Марго, потому что Лар откинулся на спинку стула и прикрыл глаза, — как всё-таки…

— Незапланированное присутствие ещё одного пассажира, — громко высказался компьютер, перебивая другие звуки.

— Что⁈ — Кристина обернулась к двери.

Бобби остался сидеть, но на всякий случай схватился за бластер, Лар ухмыльнулся, и только Марго никак не отреагировала. Она вообще всё время молчала, будто воды в рот набрала, и смотрела куда-то вдаль задумчивым взглядом.

— Неожиданно… — пробормотал Лар, когда из коридора потёк серый туман, а затем принял форму Мейксанейро.

— Прошу прощения, — сказал тот, — я не хотел вторгаться, но дело не терпит отлагательств.

Свет под плащом Мейксанейро давно померк, осталось лишь едва заметное свечение.

— Принц Мейксанейро до Сол, — сообщил компьютер.

Лар, наконец, соизволил обернуться, увидел брата и тут же встал на ноги.

— Что с тобой, Мейс? Ты для восстановления использовал что-то радиоактивное?

— Очень смешно, — серьёзно ответил Мейксанейро и принял образ человека, который когда-то использовал при разговоре с Ниной. — Ты прошёл рождение звезды.

— Я что? — не понял Лар.

— Ты впитал силу умирающей планеты и цветка.

— Я сделал что? Ты спятил! — Лар усмехнулся. — Я спасал Маргариту.

— Вы были там вдвоём? — Мейксанейро посмотрел на Марго и по-человечески вздрогнул. — Вы… что-нибудь помните? — поражённо спросил он.

Лар пожал плечами.

— Я перенёс её… сюда.

— Он перенёс меня, — подтвердила Маргарита, — я ничего не помню.

Но она помнила, слишком хорошо помнила, как он поцеловал её, и что сказал перед этим, и как она почувствовала, будто засыпает, а её тело растворяется и отделяется от неё самой, а потом приходит сила, огромная сила связи с космосом, знания о каждом уголке вселенной, и власть, от которой можно сойти с ума.

Мейксанейро качнул головой, хотел спросить что-то ещё, но в этот момент свет мигнул, и всё вокруг стало красным.

— Красный сигнал. Внимание красный сигнал, — сообщил компьютер. — Источник сигнала «Пегас». Координаты в зоне Старых планетарных руин.

— Компьютер, — сказала Крис, — свяжи меня с пилотом «Ястреба» и отправь координаты советнику Донавану лично.

— Принято. Выполняю.

Гидеон встал, опираясь на трость, когда Ричард вошёл в палату. Раны заживали медленно, но чувствовал себя советник уже гораздо лучше — Ричард указал на настенный монитор и через панель чипа активировал то, что собирался показать. Монитор разделился на два окошка, в одном из которых появилось лицо Крис, а в другом Лагости Аки. Все поздоровались друг с другом.

— Что с адмиралом, Кристина? — без лишних церемоний спросил Гидеон.

— В медкапсуле. С ней всё будет хорошо, советник. А что с красным сигналом?

— С нами на связи глава Ригеля, объедините связь.

— Я его вижу, — сказала Кристина, — я же с ним поздоровалась. Что нам делать?

— Ну для начала передайте адмирала медикам Эллейн, они доставят её на КРИ.

— Эллейн? — Кристина отвернулась куда-то, вероятно посмотрела на Бобби. — Почему не ригелианцы?

— Мы полетим с вами на красный сигнал, — ответил переводчик, подхватывая голос Лагости Аки.

Гидеон поудобнее перехватил трость, всё же стоять пока было тяжеловато.

— Я видел отчёты и сводки. Ауро-эс погибла. Что с остальными, Кристина?

— Все живы, и у нас на борту оба принца Флёрсарин.

Ричард и Гидеон одновременно поперхнулись.

— Впечатляющая концентрация Флёрсарин на один исследовательский корабль, — произнёс Ричард.

— Похоже, Ауро разделились, — сказал Лагости, проигнорировав информацию о Флёрсарин. — Брат главы Ак-Ауро возглавил отряд мятежников. По последним данным с «Пегаса» видно, что Ауро преследуют «Пегас» небольшой группой, остальные сражались с нами, но потом отступили, остатки их кораблей взлетели с планеты до взрыва и покинули сектор в неизвестном направлении вместе с оборонным корпусом и остатками их армады. Они связывались со мной, их предводителя зовут Акари. Акари Эс. Он предлагал помощь, но я отказался.

— И правильно, — ответил Гидеон. — Как мы можем им верить после всего? И кто даст гарантию, что он не соврал и не отправился на помощь к брату?

— Я… — сказала Кристина, собрав на себе удивлённые взгляды. — Мы видели Акари, он отпустил нас и спас адмирала. Судя по ожогам на его руках, он отдал за это немалую цену.

— Ты тоже заметила? — удивился откуда-то издалека Бобби.

Крис ему не ответила, просто продолжила говорить, будто он её не перебивал.

— А ещё Акари попросил нас уничтожить цветок. Так что причиной взрыва планеты являемся, в общем-то, мы.

Гидеон нервно хохотнул, Ричард нахмурился.

— Прекрасно. Сообщите, когда перестанете обсуждать, что угодно, кроме красного сигнала, — высказался он. — Что делаем?

— Я думаю, делать нужно вот что, — сказал Гидеон. — Откройте карту, откуда поступил сигнал… — на мониторе между Кристиной и Лагости Аки развернулась карта. — Это сектор Старых планетарных систем. Одна из них когда-то принадлежала Акустико. Здесь зародился Совет Конфедерации, но сейчас остались лишь два пояса из мусора, остатков планет и всякого космического хлама, дальше пустота, ничего, кроме мелких астероидов. «Пегас» и Ауро идут напрямую через пояса…

— Стойте-стойте, — перебила Кристина, — извините, советник, но что-то должно удерживать пояса, разве нет? В центре точно пусто?

Гидеон вздохнул и кивнул.

— Да-да, внутри не «ничего», о том, что внутри, просто недостаточно данных. Никто не летал туда, долгое время зона считалась радиоактивной, она и сейчас значится как опасная… — он откашлялся. — Итак, о чём я?.. Ага, «Пегас» и Ауро летят через пояса, «Пегас» на предельной скорости со щитами, а это значит, что он может и не заметить, что пояса два, пролетит пустоту между ними и не почувствует. Зато мы об этом знаем. Я предлагаю ригелианским и нашим кораблям появиться прямо между поясов в момент, когда «Пегас» уже пройдёт там, а корабли Ауро ещё нет.

— Я тоже об этом подумал, — улыбнулся Лагости. — Так и сделаем. Начинаем сейчас?

— Да, только я… — начал было Гидеон.

— Ты не полетишь, это не обсуждается. Лечись, — оборвал его Лагости Аки, — всем сияния звёзд и вечного мира, — окошко с ним погасло, и на мониторе осталась только Кристина и карта.