Разместившись на кровати, с грустью вспомнил охранявшего его сон Валеру. Теперь же ничего кроме собственного слуха и чуткого сна не стояло на страже его тушки. Между делом проанализировал возникшие эмоции.
«Как часто мы привязываемся к встречающимся на нашем пути людям, предметам, местам. Потеряв которые, грустим и переживаем. Некоторые, могут даже покончить с собой, потеряв допустим, крупную сумму денег или недвижимость, не говоря о любимом человеке. Вот я, потерял всё в один момент, дом, имущество, друзей и самого себя в придачу. Питаться приходится тем, что найду, спать где попало. Впору сломаться, но я продолжаю двигаться. Я что, чёрствый хмырь? Нет. Тоже грустно, но ведь жизнь продолжается. Как же звали того царя, что просил положить его в гроб с повёрнутыми вверх ладонями, показывая тем самым, что на тот свет ничего не заберёшь? Не помню. Но, он достоин уважения, не многие могут допетрить, до того, что понял он».
Последней мыслью, перед тем как провалиться в сон, было то, что есть здесь и сейчас, каждый момент надо ценить, ведь только это можно будет забрать с собой на тот свет, всё остальное рассыплется в пыль.
Если бы Иван не улетал в царство Морфиуса, он бы увидел возникшее сообщение, вознаграждающее его за осознание частицы сути мироздания. Поднимающее любую его характеристику на один уровень.
Глава 35
Проснувшись довольно поздно, Иван списал это на довольно насыщенный предыдущий день и стал собираться в дорогу. Прихватив с собой разносолов и замеченную ещё вчера канистру с бензином, он двинулся к лодке.
«Иду с гостинцами, как от бабушки». Улыбнулся Иван своим мыслям в текущей ситуации. Мудрить с переплываниями не стал, просто «прыгнул» в лодку со своими пожитками, рассудив, что 30 единиц, наберутся за 3–4 часа дороги.
Наполняя лодочный бачок, отметил, что с ростом шкалы «Духа Стикса» стал расточительнее. Ведь время, которое он сэкономил, не всегда может пойти на пользу, оказавшись раньше в том месте, куда упадёт кирпич.
— Мда, чувствую от одиночества, я скоро в философа превращусь.
Сверившись с картой Ферзя, Иван прикинул, что вполне возможно, преодолеет сегодня тот участок, что выведет его на дорогу к крупным городам.
— Ну, что же, помчали!
Плавание по лесной реке нельзя назвать увлекательным приключением, разнообразие вносили лишь различные кластеры, перемежающиеся в процессе. Ближе к полудню, проплыл на полном ходу очередную деревушку и к вечеру стал высматривать приметы то ли завода, то ли фабрики, отображённой на карте и являющейся отправной точкой вглубь материка.
Проплыв ещё час и не увидев ни каких объектов, решил, что промахнулся. Достал квадрокоптер и отправил своего верного друга на разведку. С высоты в 500 метров заприметил дальше по реке треугольный кластер, выделяющийся песочным цветом со строениями на нём.
Имея теперь собственную карту, ошибиться в месте высадки было невозможно и Иван посадив дрона, поплыл вперёд. Надо было поторапливаться, так как солнышко закатывалось за деревья.
Через пол часа Иван был на месте. Проведя ревизию всего имущества, взял самое необходимое, без чего не обходится пешее путешествие и выдвинулся на берег. Заночевать решил в постройках завода, с возвышающейся трубой, которая уже была видна с берега. В надвигающихся сумерках проник на территорию металлургического комбината, о чём свидетельствовала вывеска на его воротах и порыскав внутри цехов, решил заночевать в мастерской, находящейся на втором этаже одного из зданий. Железная дверь и металлическая лестница, глухо отдававшаяся под ботинками, длиною в вечность. Должны были и защитить и предупредить о незваных гостях. Каково же было его удивление, когда открыв дверь тёмной мастерской, на него посмотрело сразу два ствола.
«Расслабился ёшкин кот!» Шанс уйти ещё был. Шкала была полна, а то, что его сразу не пристрелили, ещё давало надежду на благоприятный исход.
«Главное дверь за собой не закрывать». Подумал Иван, когда незнакомцам надоело ждать и они первые начали диалог.
Говорить начал мужчина, девушка, стоявшая рядом, лишь пристально за ним наблюдала.
— Кто таков?
— Иван.
— Новичок?
— Да, наверное. Не знаю, сколько тут надо пробыть, что бы считаться старожилом. Месяц назад сюда провалился.
Мужчина посмотрел на девушку и та еле заметно кивнула.
— Зачем сюда пришёл?
— Заночевать и двигаться дальше. Решил не юлить Иван, подозревая, что девушка имеет какую–то способность, распознающую ложь.
Та опять кивнула, подтверждая наблюдения Ивана.
Связи с мурами имеешь? Не унимался мужик.
— Без понятия кто это. За месяц я встретил лишь несколько человек, одного новенького и двух… Иван решил ввинтить новенькое словцо — старожилов скорее всего, уж больно прыткие ребята.
Девушка первая опустила автомат, её примеру последовал и мужчина.
— Дверь закрой и заходи, гостем будешь!
Закрыв дверь, Иван углубился в помещение. Ему указали на стул и он сел, сняв с плеч увесистый рюкзак и винтовку Ферзя, чем вызвал не малый интерес у парочки.
— Где взял? Спросила девушка, указывая взглядом на ствол.
— Трофей, честно взятый в бою.
— Где ж ты повоевать то успел? Усмехнулась она.
Иван решил рассказать, с виду нормальным людям, как над новеньким изгалялись два старожила, сильно не углубляясь в подробности. Помня золотое правило «Язык мой — враг мой».
— Нормально с ней обращаешься? Спросил мужчина.
— Ну, я не профессиональный снайпер, но что такое упреждение и куда смещается пуля в процессе полёта знаю.
Мужчина с девушкой переглянулись.
— У нас к тебе деловое предложение!
— Постойте! Постойте. Я тут без году неделя. Голоден и ничего не знаю об этом мире, а вы меня уже куда то втягиваете.
— Да, как то нехорошо получилось. Сказала девушка, ставя на газовую горелку, кастрюлю и зажигая огонь пьезоэлементом. — Я Света, а это Седой. Мужик кивнул.
— А тебя надо крестить. Сказал Седой и глубоко задумался.
— Мы ж не в церкви, да и я уже крещёный. Начал было Иван, но Седой быстро объяснил, в чём причина.
— Мне не плохо жилось и с моим именем всё это время, пожалуй, я останусь при своих. Имя, данное мне при рождении ценнее любых последствий и я готов рискнуть. Я уже насмотрелся, как люди меняли свои имена на номера, в том мире, где я жил. Когда они обращались за услугами, они предъявляли не своё имя, а свой номер. Ваши крестины, напоминают мне об этом. Поэтому давайте пропустим этот ритуал, отречения от собственного имени.
Света с Седым примолкли от такого поворота, не зная, что сказать. Возможно, переосмысливали сказанное. Из задумчивости их вывел забулькавший котелок.
— Иван! Иди налетай. Позвала Света. Уха по собственному рецепту. Подняла она нос.
Дважды упрашивать не пришлось. Пока он ел, парочка рассказала, зачем они тут. Оказалось на этом заводе, у чёрта на куличках, производили вольфрам и титан. Они вольные рейдеры однажды натолкнувшись на это место, стали таскать эти слитки в крупный стаб. Там их скупает «Ксер», делающий из этих слитков пули. В общем все довольны, на жизнь хватает и это лучше, чем охотится на заражённых, рискуя жизнью или вкалывать на стаб, ходя в наряды и обворовывая загрузившиеся кластеры.
Иван, разомлевший от вкусной ухи и долгого дня, хотел слушать и боролся со сном. Но Света с Седым заметили его состояние и объявили «Отбой!».
— Завтра продолжим и сам примешь решение.
— Хорошо. Спокойной ночи! Сказал Иван и как то не напрягаясь по поводу безопасности, Света с Седым показались ему хорошими людьми, моментально провалился в сон.
* * *
Утром следующего дня, после завтрака, Ивану сделали повторное предложение. Цель которого, состояла в его вхождении в группу. От него требовалось вести легковую машину, гружёную слитками.
— Понимаешь! Начал Седой. — Мы приезжаем сюда на мотоциклах, так безопаснее, грузимся килограмм по 30–40, что бы оставаться манёвренными и расход бензина был небольшой и всё. С тобой же, у нас появляется шанс, вывезти сразу килограмм двести- триста. Это хороший куш. Естественно ты в доле. Думаю, для новичка это неплохой старт. Что думаешь? В стабах жизнь не дёшева, спораны и горох улетают только так.