«Ну, очень интересно».
Сковырнул алмаз и отправил его к остальным, лежащим в кармане. Освещение и главный экран тут же начало меркнуть и через минуту окончательно затухло.
«Кина не будет, электричество кончилось! Понятно, а мы атомные электростанции строим, экологические катастрофы устраиваем, а вы на прессованном углероде летаете».
Часы показывали 10:45
— Пора двигать отсюда, и так задержался, время к полудню, не дай Бог ещё такие прилетят или того хуже, самоликвидируется эта байда.
Вернувшись к рюкзаку, доснарядил оба магазина, экипировался и попробовал открыть дверь наружу.
«Ага, фигушки».
Пришлось возвращаться и вложить бриллиант на место. После этого раскрыть створки двери и забрать алмаз назад.
«Ибо нефиг! Ещё какой нибудь сигнал SOS слать будет, оно нам надо?».
Пришлось, правда прыгать с трёхметровой высоты, так как платформа уехала вниз при открывании.
Спрыгнув, осмотрел окрестности, где то мог бродить сбежавший заражённый, так как от пришельцев, остались только косточки. Посидев немного на корточках и прислушиваясь к звукам, взглянул наверх.
«Закрыть бы, так–то гостиница нормальная, если со своей едой. Лес опять же рядом. Только потом как открывать?»
Не найдя решения, Иван начал подбираться к ящику с заражёнными.
Сообщение о повышении «Тихого шага» на единичку, выскочило, когда до ящика оставалось всего два метра.
«Как то близко совсем сработал, видимо коробка неплохо гасит звуки».
Глянул на шкалу «Духа» — 108/132
«Ссыкотно блин. Лопнет коробочка и привет братва. Гонять меня будууут».
Начал еле двигаясь, обходить ящик по окружности, ища механизмы запирания и технологические отверстия, так как первая мысль была закинуть им туда самодельную гранату. Обойдя ящик, убедился, что он полностью герметичный. Возможно с собственной системой очистки воздуха. Через пять минут, получил ещё две единички к «Шагу». Осмотр показал, что на ящике присутствуют две чёрные сферы на одной и сторон.
«Да, точно, две створки».
Начал нарезать круги, поднимая характеристику, постепенно сокращая дистанцию. На расстоянии в метр, его обнаружили. Ящик заходил ходуном, а внутри на все голоса зарычали, заурчали и замолотили заражённые. Ящик оказался не таким уж надежным, кое–где начали появляться серьёзные вмятины, Иван от греха подальше ломанулся прочь. Добежав до леса и спрятавшись за толстой сосной, перевёл дух.
Осмотрев заросли, не затаился ли кто, обнаружил останки «Лотерейщика» переростка, лежавшего метрах в двадцати у дерева. Сразу было видно, что его основательно обглодали. Осталась лишь башка, кости и кучка разбросанных пластин.
«Час от часу не легче».
Смысла возвращаться к ящику, пока заражённые не успокоятся не было. Сбросив рюкзак на землю и вооружившись ножом, Иван начал красться к останкам. Подобравшись и оглядевшись, попробовал вскрыть споровый мешок.
«Ого! Теперича не то, что давеча».
Нож с трудом разрезал дольки, довольно внушительной шишки. Покопавшись внутри, извлёк приличный комок паутины, два спорана и жёлтый шарик.
«А это что–то новенькое».
Замигала иконка «Справки».
Проверив как ведут себя запертые заражённые и убедившись, что они постепенно затихают, открыл «Меню».
В разделе по содержанию споровых мешков, появилось обновление.
«Горох — более развитая форма нервной системы заражённых.
Даёт прибавку к продолжительности действия способностей иммунных.
Растворяется в уксусе и т. д.
«А вот это очень интересно».
Достал пакетик с клапаном и ссыпал туда добычу.
«Три спорана и одна горошина и ещё прилично в том ящике, дожидаются, когда их заберут, вот только как?».
На ум ничего не приходило. Вернувшись к рюкзаку и удобно разместившись, проверил сколько накапало в «Тихий шаг».
«Тихий шаг» +35%
«Нормально подогрелся, но наверняка можно и больше. Сейчас поутихнут и попробуем ещё раз, налегке».
Но все планы испортил новоявленный «Рубер», он примчал на поляну и начал рыскать вокруг тарелки.
«Да что ты будешь делать! Принесла ж тебя нелёгкая».
«Рубер» чётко прошёл по следу человека, от тарелки до запертых заражённых и Иван, почуяв неладное хотел уже было отходить в лес, но заключённые, учуяв постороннего, снова начали свою песню.
Это отвлекло «Рубера» от его изысканий, он начал обнюхивать и обходить ящик, рыча и пробуя на прочность конструкцию. Запрыгнув наверх, он несколько раз с силой ударил по крыше и похоже смог проделать там дыру, так как звуки запертых, стали доноситься отчётливее. Изнутри явно помогали, пару раз мелькнула мускулистая лапа и задела ногу сидящего на крыше. Случайно это было или нет, но видимо досталось освободителю знатно, он скатился с ящика и начал разглядывать ногу, отпуская в сторону куба, явно недовольные комментарии.
Иван лежал за сосной ни жив ни мёртв, зрелище происходило в 150–180 метрах, было страшно и интересно одновременно.
Иван осознавал, что жадность может довести до беды, но надо было узнать, сколько выберется заражённых, так как это тоже было важно. Пока Иван освобождал от поролона банки–хлопушки, одноглазый «Рубер» выбрался из ящика, но спрыгивать не спешил, за ним полезли и остальные. Два «Рубера» смотрели друг на друга не моргая. Один с высоты контейнера, другой снизу вверх. Как только нижний что–то на своём упырском рыкнул, одноглазый зарычал и пара выбравшихся «Топтунов» бросились на раненого как волки на телёнка.
«Оголодали, не иначе».
Подранок не сплоховал, видимо, и он лез в кубышку не ради любопытства. Первый добежавший «Топтун», получил солидными когтями, снизу вверх, прямо под челюсть и сразу же обмяк, второй в это время попытался обойти сзади, но дуэлянт сдал назад и прижался ко второй кабинке, не давай зайти со спины.
Иван настроил оптику на винтовке на минимальную кратность и наблюдал через прицел за схваткой, стрелять было боязно, но в случае чего лучше быть готовым.
Тем временем пострадавшего «Рубера» окружали продолжающие вылазить из ящика заражённые. Главнокомандующий так и восседал на возвышении, наблюдая за развитием событий.
«Топтуны» явно очковали и только когда вылезли все, под грозным рыком одноглазого бросились на свою жертву.
«Шестеро на одного, без шансов».
Но окруженец таки дал прикурить, включил свою размахайку и рубился так, словно позади был не ящик, а Москва. Как в мультике про Илью Муромца, из толпы вылетал, то один, то другой заражённый. В какой–то момент, «Топтуны» вцепились во все, что было можно, ноги, руки, шею. На живом примере Иван увидел, как крепка была биологическая броня.
«Японский бог, да его же хрен прострелишь».
Двое нападавших уже валялись со сломанными шеями, а «Рубер» огребал по мордасам, пока его ноги и правую руку удерживала свора.
И в тот момент, когда он наклонился, что бы достать вцепившегося в ногу «Топтуна», одноглазый «Рубер» прыгнул, занеся вверх обе лапы и как двумя молотами, опустил их на голову отвлёкшегося заражённого. Хруст сломавшихся позвонков, был слышен даже в лесу.
«Достойно бился, ничего не скажешь, жаль не в мою копилку всё ушло».
Потерзав немного поверженного и не добившись успеха, голодные «Топтуны» начали объедать своих соплеменников помягче. Кровник рыкнул и ему уступили одну тушку, набросившись вчетвером на оставшихся двоих поверженных, недовольно рыча и раздавая друг другу затрещины.
Пока они пировали «Маскировка» прибавила ещё пару процентов.
«Теперь, лишь бы кровник не пошёл по моим следам, вот будет шоу».
«Рубер» доев свою долю и посмотрев, что забирать у своих подопечных уже нечего, сиганул в тарелку.
«Мудак, сам оставил ему там подарок, надо было хоть дверь в каюту запереть».
Примеру лидера последовали и «Топтуны». Воспользовавшись тем, что на поляне никого не осталось, Иван выбежал из своего укрытия в сторону тарелки, уложил банку–хлопушку и возвращаясь, обильно распрыскал по своему следу перцовую смесь.