Через несколько дней прежняя тоска постепенно начала угасать, да и новые дела побуждали быстрее приходить в нормальное состояние. Эразм с Ильвой приходили чуть ли не каждый день и разговорами на различные темы старались взбодрить Евпла. Юные жёны, у которых были совсем другие эмоции, были заняты исследованием нового жилища и, как понял их муж, всё было почти так, как и представлялось. Они, наконец-то, смогли поделить внимание мужа, и тот проводил с каждой по седмице.

В первый день сатурналий заявились капитаны.

— Как поплавали, какие успехи? — предсказуемо спросил Евпл, хотя управляющий Филипп, по прозвищу Каллатий, уже ввёл его в общий курс всех прошедших за год дел.

— В этом году почти повторили прежний маршрут, и слава богам, всё прошло хорошо, — начал доклад Димитрий Лименарий. — Весной сплавали на Пурпурные острова, проверили состояние местных дел и набрали безработных мужчин для переезда на остров Аналаманжа. Потом, как и было оговорено, отправились на Собачьи острова, и там нашлось немало женщин, согласных жить на новом месте в деревянных домах.

— Были, конечно, языковые проблемы, хотя немного мы, всё-таки, смогли пообщаться, — встрял Аврелий Лентул. — Но зато в последующем долгом плавании пассажирам было чем заняться и они не отвлекали матросов.

— Плыть постоянно вдоль побережья смысла уже не было, — продолжил Димитрий, — и это несколько сократило время пути до нашего нового поселения.

— Ну и как на острове Аналаманжа идут дела?

— Хитрые, конечно, эти аборигены, — начал жаловаться Ламброс Минелли. — Первое время они к нашим поселенцам относились хорошо, но потом становились всё агрессивнее и наглее. Хорошо, что мы рано прибыли и смогли неплохо так сократить численность этих пакостников.

— Мы-то думали, — опять встрял Аврелий Лентул, — что после того, как поможем ближайшему племени, так они будут нам благодарны до гроба, а оказалось, что благодарность — не самое распространённое у них чувство.

— Побыли там месяц, — продолжил Димитрий, — понастроили дома и хозяйственные постройки, возвели частокол со сторожевыми башнями, загрузились древесиной. Обследовали ближайшие небольшие архипелаги, где водятся огромные черепахи и поплыли обратно. Кстати, пару молодых черепах мы привезли в подарок… — тут адмирал запнулся, — в подарок.

Воцарилась тяжёлая пауза.

— Фарские или хиндские купцы посещали поселение? — поинтересовался Евпл, дабы отвлечься от нахлынувшей печали.

— Всего несколько раз, но будем надеяться, что они станут приплывать чаще, — ответил Лименарий.

— Поселенцы смогли накопать изумрудов?

— Нет, но камушки некоторые местные приносят понемногу. Теперь, когда мы обеспечили поселенцев многими вещами для обмена, можно надеяться, что драгоценных камней будет значительно больше.

— Может, — предложил Евпл, — нет смысла отправлять туда сразу все четыре корабля, а ограничиться двумя? Пиратов в тех местах нет, вроде бы.

— Надо подумать, — отозвался Димитрий. — Всё-равно сидим здесь зимой не менее четырёх месяцев без дела. Почему бы это время не провести в более тёплых местах?..

Черепахи, о которых адмирал отозвался как о молодых, оказались очень большими. Каждая была высотой с кошку и довольно забавно ходила по саду, и поедала траву и листья своими немаленькими зубами. Айзере, Махин и все дети были строго предупреждены, что эти животные запросто могут откусить палец. Но дети всегда дети и Евпл дал указание сделать специальный загон для черепах, куда шустрые и непослушные малыши не смогут залезть.

Вскоре пришёл Флориан Керуларий, подивился новым животным и, удобно расположившись в андроне, слушал рассказ о последнем путешествии.

— Всё это, конечно, занятно, интересно и печально, — потягивая вино из очередного бокала, промолвил чуть захмелевший чиновник. — Вот я и принёс тебе новость, которая может тебя немного позабавить.

Евпл насторожился, а Флориан неспешно стал заедать вино сладостями и орехами.

— Твоими амулетами, ну теми, что лечат и защищают, заинтересовались некоторые важные люди в столице.

— И как это им удалось их приобрести? — удивился Евпл. — В прошедший год они не производились, поскольку меня в полисе не было, а те, что были проданы ранее, раскуплены, в основном, местными.

— Вероятно, кто-то из наших патрициев побывал в Визáнтии и похвастался перед своими высокопоставленными друзьями-приятелями.

— Почему похвастались именно там, а не в Верии, к примеру, столице провинции? Это и ближе, и логичнее.

— Да кто их знает, — отмахнулся чиновник. — Так вот… официально, если так можно сказать, эти амулеты восприняли, как забавные игрушки.

— Почему? — Евпл даже обиделся.

— Сказали, что в мирное время будет довольно накладно обеспечивать всех воинов изделиями из драгоценных металлов с кристаллами, которые, к тому же, надо будет часто заряжать.

— Ну это логично, конечно, — парень почесал голову. — Чтобы мне зарядить четыре-пять тысяч камней, потребуется… э-э-э… не меньше года. Да и надо обеспечить наличие достаточного запаса заряженных кристаллов на будущее. Получается, что на один легион мне надо будет потратить лет десять.

— Даже так? — удивился Керуларий. — Слушай дальше. Все эти разговоры происходили на публику, а вот для себя, любимых, столичные патриции и чиновники подобные игрушки приобрести не против. Кстати, а твои родственники могут заряжать эти амулеты?

— В основном, они занимаются целительством. Можно, конечно, попробовать их научить заряжать амулеты исцеления, но защитные они делать точно не смогут.

— Правильно ли я понимаю, что идея снабдить столичных богачей своими изделиями тебя не особенно заинтересовала? — решил уточнить чиновник.

— Поначалу это было интересно и приносило хороший доход, но особенность этих амулетов в том, что они не обладают постоянным действием. Ну купит какой-нибудь придворный такую вещицу, ну покрасуется… Допустим, она однажды спасёт ему жизнь. А дальше? Если он приобретёт сотню камней, то, возможно, будет в безопасности до конца жизни. Другие придворные тоже захотят подобное и сотня камней превратится даже не в тысячу.

— Ну да, про десять лет ты только что говорил, — печально кивнул Флориан, уже видевший себя в роли торгового посредника.

— Вот я не был в полисе год, а у ювелира накопилась куча кристаллов, которые срочно надо заряжать раздосадованным покупателям. Считай, ближайший месяц я только и буду делать, что заниматься этим делом. Пришлось разорвать с ювелиром контракт на дальнейшее производство амулетов, — вздохнул Евпл. — Я не могу в одиночку успевать везде.

На следующий день к парню подошли его жёны, с видом, не предвещавшим ничего хорошего.

— Дорогой муж, — начала старшая Айзере. — Мы понимаем, что ты постоянно занят разными делами, но почему ты не сделал одно важное дело, напрямую касающееся тебя?

— Что именно? — никогда Евпл ещё не видел своих юных жён такими рассерженными.

— Ты не дал имена своим детям! — чуть не прокричала Махин, но вовремя спохватилась.

— Поскольку первому ребёнку имя выбрал я, то Дарья сама хотела выбрать имя для второго, — с грустью произнёс Евпл.

— Прости, мы не знали, — Айзере взяла парня за руку. — Если честно, то мы их уже давно назвали, так что если ты позволишь.

— Да, дорогая, конечно, — кивнул Евпл. — И какие это имена?

— Мы с сестрой решили, что имена детей должны легко произноситься ромеями. Мальчика я назвала Пакором, именем одного из величайших парфянских полководцев.

— Девочку я назвала Артистоной, именем дочери Кира Великого и жены Дария Первого, очень достойной и деятельной женщины своего времени, — сказала Махин.

— Пакор и Артистона, — медленно произнёс Евпл. — Мне нравятся эти звучные и легко произносимые имена. Пусть так и будет.

Ну раз все мысли сейчас заняты детьми, то надо будет, наконец-то, осмотреть их на наличие хранилищ силы. Жёны, не доверяя рабыням, сами принесли мужу младенцев и с нескрываемым любопытством стали ждать результата. Евпл же пребывал в некой неуверенности — он не был уверен, что его дети от Дарьи могут иметь желаемое. Чтобы не перепроверять позже, парень не стал осматривать на расстоянии, а возложил руки. Уф… всё более чем нормально… Пакор имеет два хранилища, Аристона же — одно, но значительно бóльшее.