Через несколько дней враждующие армии встретились, и началась битва. Наш принц стал понимать, что проигрывает сражение и в гневе протянул руку к наступавшим в его сторону врагам и закричал: «Умрите все!»

Будь это какой-другой человек, ему осталось бы жить недолго, но у этого в руке был кинжал. Из кристалла к атакующим потянулась тёмная дымка, и почти сразу большинство вражеских воинов повалились на землю бездыханными. Сражение было выиграно, а наш претендент на престол заперся в своём шатре и долго размышлял, смотря на своё странное оружие.»

Старик замолк и долго смотрел в сторону Каспия, а на его лице отражались непонятные эмоции.

— И что было дальше? — осмелился спросить Евпл.

— Что? А… дальше… — очнулся наставник. — Дальше этот принц разгромил все основные армии своего брата и принудил того отречься от притязаний на трон. Государство вздохнуло и начался долгий процесс восстановления, а новый властелин объявил город, находящийся поблизости с той пещерой, своей новой столицей. Через пару лет соседнее государство решило напасть на ещё не восстановленную страну, но было довольно быстро разгромлено и, даже, потеряло несколько своих провинций. Наступило время благоденствия, изредка нарушаемое неожиданными вторжениями, которые были настолько кратковременными, что мало кто воспринимал их всерьёз. И только земледельцы, жившие вдоль границ, удивлялись огромному количеству трупов вражеских солдат, полёгших на их полях без всяких видимых ран.

— Это конец легенды?

— Да, — кивнул старик. — У этого государя родился сын, которого с малолетства стали учить быть хозяином на своей земле, и тот, когда вырос, взвалил на себя все государственные проблемы, правя от имени своего отца. Делал он это так хорошо, что даже никто и не поинтересовался днём смерти прежнего властителя.

— А что с кинжалом?

— Он исчез вместе с телом старого государя, — усмехнулся наставник. — Пойдём поедим. Джамшид, наверное, все мои книги успел пересмотреть.

В доме Зандика Евпл провёл ещё несколько дней, а потом заторопился домой к беременной жене. На прощанье старик подарил ему пару книг.

— Возьми эти труды, которые я писал очень долгое время. Мне они уже не понадобятся, поскольку верхняя колба моих жизненных часов давно пуста, — наставник взглянул своими послеповатыми глазами на парня и проникновенно добавил, — Вот эти две книги можешь начать изучать в любое время. А вот эта, — старик показал на плоский металлический ящичек, покрытый многочисленными плетениями, — содержит многовековые знания о тёмной магии. Её могут читать только обладающие её силой, да и то после того, как помажут края ящичка своей кровью. Надеюсь, к тому времени ты не потеряешь свой кинжал…

Отряд проехал более половины пути к Шахиду, когда Евпл спросил у Джамшида:

— А что означает имя Зандик?

— Это устаревшее слово лучше перевести фразой мыслящий не так, как все.

— Это настоящее имя твоего наставника?

— Не знаю. Сколько его помню, он всегда велел обращаться к нему именно так.

— Если бы я мог, то остался рядом с ним, — неожиданно для себя заметил Евпл.

— Ты ему точно понравился, — согласился мужчина. — Он несколько раз расспрашивал меня о тебе и сокрушался, что маги не очень хорошо тебя приняли из-за того, что ты ромей.

— Я не ромей, — встрепенулся парень.

— Для магов любой, кто из Ромейской империи, является ромеем, то есть врагом, и лишь единицы понимают, что общий небесный дар должен иметь большее значение, чем место жительства…

Острое чувство тревоги нахлынуло на Евпла сразу по прибытию в дом Джамшида. Выражение лиц его домочадцев было настолько странным, что у парня похолодели конечности, и он не мог ступить ни шагу. Затем к нему подошла бледная Иотапа и, поправ все приличия, с рёвом и слезами на глазах бросилась парню в ноги.

— Дарья?! — только и смог выдохнуть Евпл.

Через три седмицы после того, как Джамшид с Евплом уехали в Амоль, Дарья получила сообщение от сестры, что её семья серьёзно больна. Та, вначале, послала к ним двух воинов с амулетами, а потом, не обращая внимание на собственное состояние, позвала оставшуюся охрану и поехала к пастбищу, не слушая вразумления Иотапы. По дороге им повстречалось стадо быков и повозку понесло. Дарья упала на землю и у неё начались преждевременные роды. Амулетов исцеления осталось, как назло, почти ничего. Несколько бойцов, сопровождающих Дарью, поспешили обратно в дом Джамшида и всё рассказали хозяйке, которая сразу бросилась к фэридунам-целителям. Но никто из них не проявил желание помочь.

Тогда пожилая женщина бросилась к обычным врачам и смогла нанять лишь какого-то иудея, врачующих своих единоверцев, посулив большие деньги. Когда они прибыли на место трагедии, то Дарья настолько изошла кровью, что вся её одежда стала красной. Выбора не было и пришлось делать кесарево сечение. Оказывается, младенцы запутали друг-друга пуповинами и не могли выйти. Если бы не врач-иудей, то они тоже бы умерли.

— Я хочу взглянуть на её могилу, — глухо попросил Евпл.

— Друг мой, — Джамшид слегка коснулся плеча парня. — Мы не роем могилы, а относим своих мертвецов в башни молчания.

Услышав эти слова, парень повалился на пол без сознания…

— Что с младенцами, — были его первые слова, после того, как он пришёл в себя. — Я хочу их увидеть.

— С ними всё хорошо, — ответила Иотапа, убирая со лба парня мокрое полотенце. — Девочки сейчас докормят их, и ты сможешь на них взглянуть.

Туго спелёнутые крошки мирно спали, когда безутешный отец подошёл к ним.

— Мальчик и девочка, — пояснила женщина. — Они родились чуть меньшими, чем это обычно бывает, но усиленно питаются и вскоре их будет не отличить от других младенцев.

— У кормилицы хватает молока? — зачем-то спросил Евпл.

— У кормилицы? — почему-то запнулась Иотапа. — Да, хватает.

— Я оплачу все расходы, — продолжил парень. — Пусть будет с детьми неотлучно.

— Хорошо, — женщина кивнула и опустила глаза.

В последующие месяцы Евпл почти неотрывно изучал подаренные старым наставником книги, прерываясь лишь на еду, и обсуждение прочитанного с хозяином дома. От написанного у парня шла голова кругом, и многое не понимал не только он, но и Джамшид. Они подолгу пытались понять то одно, то другое сложное место и лишь беспомощно разводили руками.

— Подобному наставник меня никогда не учил, — неоднократно признавался Джамшид.

— Вероятно, он написал это уже после расставания с тобой, — предположил Евпл.

— Но этого я не слышал и от других магов. Возможно, это древние знания, которые доступны лишь тем, кто достиг наивысших уровней познания, или же информацию, содержащуюся в этих книгах, просто позабыли из-за её сложности. Жаль, что Зандик не подумал дать ключ для понимания.

— Может, он сделал это специально? Ведь легко полученное ценится намного меньше, чем добытое с трудом.

В один из дней, словно очнувшись от безрезультатных попыток понять сложный текст, Евпл решил навестить своих детей, которых давно не видел и не задумываясь пошёл на женскую половину, где разместили малюток. Открыв дверь, парень оторопел от увиденного, — сёстры Айзере и Махин кормили его детей и о чём-то переговаривались между собой. Заметив парня обе вскрикнули, а потом, спохватившись, накрыли младенцев и себя покрывалами. Почти сразу появилась Иотапа.

— Я всё объясню, — сказала она, уводя парня с женской половины. — Мы несколько раз пытались нанять хотя бы одну кормилицу, но буквально на следующий день никто не приходил во второй раз. Малютки плакали и вот дочери, ничего не сказав мне, сами стали кормить их.

— Разве такое может быть? — удивился парень.

— Да, может, — кивнула женщина. — В горных селениях, когда матери надо уйти по домашним делам, ребёнка зачастую кормит кто-то из её младших сестёр или старших дочерей. В городах сейчас это не принято, но в древности подобное тоже практиковалось. И да… поговори с Джамидом, ему есть что сказать тебе. Евпл отравился к хозяину дома и тот лишь устало кивнул на подушки, кучей наваленных на ковёр.