— Мари, — голос Антона сорвался, — сохрани карту.

— Сохранено.

Свет лун стал медленно меркнуть, за ним исчезла и точка, и путь, и тысячи звёзд и созвездий, а следом и письмо догорело, обуглилось и разлетелось пеплом, только и остался обожжённый по краям кулон, да надпись из незнакомых символов.

— Капитан, — МАРИ исчезла, и её голос разнёсся по кораблю, — Ауро заходят на посадку, их корабли в боевой готовности.

— Активируй щиты, проверь целостность маскировки. Взлетаем по левому краю зоны отдыха над океаном, с орбиты сразу уходим в прыжок по случайным координатам… — Антон сказал это на одном дыхании, а потом пошёл поднимать кулон.

— Принято, — ответила МАРИ.

Антон присел, подцепил цепочку и замер в неоконченном движении — на полу остались чёрные обгоревшие символы.

— Мари, что это за надпись тут осталась?

— Анализирую, — произнесла МАРИ и замолчала. Она долго не давала ответа, и только когда Нина подошла и опустилась рядом с Антоном, произнесла. — Это пароль. «Мы должны друг другу целую вечность» на языке… недоступно, недоступно, недоступно, — трижды повторила она и больше ничего не сказала.

— Пароль от чего? — уточнил Антон.

— Недоступно, — снова повторила МАРИ.

Антон посмотрел на Нину и, протянув ей кулон, внимательно посмотрел в глаза. Нина расценила этот взгляд как вопрос и пожала плечами.

— На месте разберёмся. Мари, запиши это в тот же файл, что и карту.

— Принято. Вывожу корабль на орбиту. Включен автопилот. Присутствие пилотов не требуется.

Антон помог Нине встать и застегнуть цепочку на шее.

— Кстати, Мари, — вспомнил он, когда Нина уже пошла в сторону выхода с кают-компании. Пора было занимать места на мостике, на автопилоте от Ауро им было точно не уйти, — сколько туда лететь? В место назначения?

— Провожу расчёты, — ответила МАРИ и почти сразу добавила, — около пяти межгалактических недель.

— Сколько⁈ — Антон посмотрел в сторону её голоса, Нина замерла в дверях.

— С варп-прыжком? — поражённо уточнила она.

— Да.

Нина обернулась, Антон покачал головой.

— Вот так развлечение!

— Ну вот и отдохнём! — Нина хитро прищурилась и усмехнулась. — Ты же так этого хотел.

Кейт вернулась в свою квартиру впервые за неизвестно сколько времени — она и сама не подсчитывала, как долго не возвращалась, засыпая за столом между совещаниями и встречами во временном кабинете. Раньше Кейт любила спускаться вниз, чтобы взглянуть на изображение той, кто всё это начала, подолгу стояла и смотрела на её высокую светлую фигуру, думала, какая миссия во всём этом уготована ей самой — когда почти вся та часть станции оказалась разрушена, Кейт особенно живо восприняла тот факт, что фигура Александры Чеховой осталась нетронутой. Будто путеводная звезда и фундаментальная основа цели, к которой должно идти Человечество.

Кейт думала об этом, выходя из ванной в собственной квартире. Она выкроила пару дней, потому что отдохнуть было, и правда, жизненно необходимо, однако там, где у неё отдыхало тело, совсем не отдыхала голова. Она продолжала прокручивать мысли о будущем, прошлом и настоящем, без устали представляя себе, что могло бы быть и куда всё пойдёт.

В зеркале отразилась высокая женщина в импровизированном платье из белого полотенца: спортивная фигура, лукавый взгляд, шрамы от пережитых ранений и отросшие до плеч волосы, ещё недавно бывшие красивой короткой стрижкой. Кейт улыбнулась самой себе, скинула полотенце и потянулась как кошка. Поступая в высшую военную школу, Кейт заранее оставила надежды на семью — так поступали все, это было прописано законом, хотя иногда его и пытались нарушить; с назначением на КРИ ей пришлось окончательно отказаться от мысли даже завести отношения, что уж говорить, пост Адмирала и вовсе оборвал все её нити даже с друзьями. Кейт уже и не помнила, когда в последний раз вот так сидела в какой-то компании, как на этих свадьбах, когда вообще кто-то, кроме Чехова, разделял с ней свободное время. Но вот появилась Кристина Камо, Аннет Диамант и Себастьян Терри, Гидеон, Маргарита, Тиана и Ричард…

Ричард. Она хмыкнула, подумав о нём.

Он действительно изменился. Прежде его было не заманить на такие встречи, никто из офицеров не мог найти с ним общий язык, кроме Антона, но то было обусловлено их давней дружбой, да и потом, в прежние времена Чехов и Нейтан были не очень удачными друзьями и друг для друга и для всех остальных — их миссии иногда отнимали у них годы, и они больше проводили на своих кораблях, чем в обществе друзей или родственников.

Кейт прошла по квартире полностью обнажённая, чего не делала никогда, потом вдруг распахнула шкаф, достала косметичку, накрасилась, откопала и надела лёгкое платье, и снова посмотрела на себя в зеркало. Она счастливо рассмеялась, увидев другую себя. Ту, которой ей уже никогда не стать.

Ну надо же, вышла замуж! Вот так взяла и вышла! Безумная.

Только вот осуждать себя за это не хотелось: ни за расчёт в этом браке, ни за выбор, ни за согласие. Кейт представила лицо Гидеона, вспомнила как он на неё смотрит и перестала улыбаться — сердце ёкнуло, зачем-то пришло в голову, что надо пойти к нему прямо сейчас. Просто так. Кейт мысленно одёрнула себя и пошла на кухню, чтобы налить себе Иссиниаского рома — алкогольный напиток на вкус ощущался как сладковато-терпкий сок, пить его было приятно, а эффект оставался лёгкий и без головной боли. Бордовая чуть вязкая жидкость наполнила бокал, Кейт достала синтезированную шоколадную плитку, сняла упаковку и устроилась за столом, когда на рабочий планшет поступил сигнал от входной двери. Кейт бросила его где-то в спальне.

— Компьютер, что случилось? — спросила она, чтобы не ходить и не искать, где там пришло это уведомление. То, что это была дверь, она определила по количеству прозвучавших сигналов, Кейт специально настраивала так, чтобы издалека распознавать, откуда уведомление. — Сбой кода дверного замка или тревога?

— Нет, адмирал. У двери стоит советник Донаван. Поскольку вас с ним связывают семейные узы, система откликнулась соответствующе.

— Ясно. Открой дверь.

Компьютер не ответил, зато характерный звук сообщил, что её требование выполнено. Дверь открылась, Гидеон переступил порог и откашлялся — Кейт повернулась к нему на стуле с бокалом в руке. Пожалуй, её ещё никто никогда не видел в таком свободном нерабочем виде: она была больше похожа на любительницу ночных развлечений в барах, чем на себя саму — красивая, дерзкая, но без перегиба. Любой мужчина, увидев её, вряд ли мог подумать о платных услугах, зато вполне мог решить, что девушка одинока и желает познакомиться.

— Какой-то праздник? — уточнил Гидеон. — Прости, я не вовремя?

— Нет-нет, — проговорила Кейт. Она смотрела на него во все глаза, не совсем понимая, как упустила мужчину в вечно хмуром седовласом советнике с бородой. Гидеон побрился, и теперь не только выглядел лет на десять моложе, но и будто бы преобразился, даже глаза стали светиться иначе. Кейт поймала себя на том, что неприлично долго разглядывает его, и поспешила продолжить. Она отсалютовала ему бокалом и сказала: — всё хорошо, проходи. Что-то случилось?

Гидеон помялся на пороге, но всё-таки прошёл и сел напротив — Кейт достала второй бокал и налила ему ром, не забыв предложить и шоколад.

— Так что? — она снова опустилась на свой стул, сложив ногу на ногу. — Опять какие-то проблемы? Надо собираться?

— Надо, — улыбнулся Гидеон, прокручивая в руке бокал, — но не сейчас. Завтра. Лагости Аки сказал, что они завершили работу над оружием и вакцинами, транспортёры тоже установили. Мы готовы выступать, но работа над корпусом станции и её внешней структурой продлится ещё не один месяц…

Кейт сделала глоток и развела руками.

— Хочешь сказать, ждать больше нельзя и придётся разделиться?

Гидеон вздохнул.

— Да. Всё верно. Мы с Лагости решили, что тянуть дальше не стоит. То, что произошло с принцем Флёрсарин тревожит не только нас и, возможно, это знак, что на «Аврору» мы либо опоздаем, либо уже опоздали. Возможно, людям, которые ждут нашей помощи, помощь больше не нужна. Но мы всё равно пойдём, «Аврору» нельзя бросать. Одна проблема. Нас будет мало, слишком мало для подстраховки от двоих Ауро с аур-эсинада. — Гидеон сжал бокал и залпом выпил всё до дна.