– Мля, – болезненно простонал я, когда очередная ветка больно хлестнула меня по лицу.

Наконец, когда легкие уже горели огнем, лес отступил. Выбежав на открытое пространство, я оглянулся. Среди деревьев замерло десятка три святящихся фигурок.

– Жуть какая, – прошептал я и бессильно плюхнулся на землю.

Едва отдышался, как услышал звук мотора. «Что за ерунда? Здесь же нет дороги», – подумал я и приподнялся.

Из-за поворота железнодорожной насыпи показывается полицейская буханка. Первая мысль «бежать и прятаться в лесу» была отброшена.

Призраки делали мне приглашающие жесты и размахивали руками, но я лишь качнул головой.

– Пошли вы в жопу! – крикнул я.

Спустя несколько мгновений фигурки в лесу исчезли. «Похоже, обиделись», – подумал я.

Отряхнувшись от мусора и грязи, я приготовился встречать сотрудников полиции. Чую, быть беде.

Словно подтверждая мои слова, машина скрипнула тормозами и остановилась. Хлопнула дверь, и ко мне расхлябанной походкой подошел молодой парень в звании сержанта.

– Документы! – даже не представившись, потребовал он.

Я, замешкавшись, похлопал по карманам в поисках искомого.

– Бомжуешь, значит? – ехидно спросил меня второй сотрудник, в звании старшего сержанта, заходя мне за спину.

– Нет, просто забыл документы дома, – сказал я, разводя руками.

Раздался хлопок, и мое тело буквально выгнуло дугой.

– Сенцов, давай, быстрее пеленай его, пока он не очухался.

На запястьях щелкнули браслеты наручников. Следующие несколько секунд я болезненно стонал, а два парня самозабвенно пинали меня ногами.

– Смотри, крепкий попался, – удивленно произнес водитель, вышедший из машины и закуривающий сигарету.

– Свинцов за это ответит, я служу в инквизиции, – сказал я, сплевывая кровь из разбитых губ.

В ответ мне прилетел еще один заряд из шокера. Тело снова забилось в судорогах.

– Нам посрать, кто ты такой, хоть папа римский, – сказал человек с погонами старшего лейтенанта.

Похоже, главный здесь, понял я. Плотное телосложение и высокий рост в сочетании с крупными чертами лица делали человека похожим на этакого деревенского увальня, но вот глаза… Глаза были жесткими и колючими.

– Эта земля принадлежит нам, и тебе здесь не рады, – сказал сержант и еще раз пнул меня в район печени.

Старлей присел на корточки и заглянул мне в глаза.

– Будешь упрямиться или же сразу расскажешь, какого хрена ты тут забыл? – спросил он.

Спустя мгновение, здоровяк схватил меня за волосы и запрокинул мою голову.

– Да вот, слышал, тут слёт гомиков проходит, и, как вижу, не ошибся, – сказал я и плюнул кровью в лицо старлея.

– Вот же говнюк, – рыкнул один из парней и нанес мне еще несколько ударов ногами.

– Тащи его к колодцу, пусть помаринуется, – предложил водитель.

В следующую секунду сержант одним рывком поднял меня с земли и закинул в открывшуюся дверь буханки. «Ни хрена себе у него силища», – подумал я и получил по голове удар чем-то тяжелым.

Скрючившись на полу, я максимально расслабился и закрыл глаза, изображая потерю сознания.

– Барсуков, ты его не грохнул? – спросил старлей, несильно пиная меня в бок.

– Нет, вроде дышит, – сказал парень, проверяя у меня пульс.

Машина раскачивалась и, судя по всему, меня везли в направлении дома обходчика.

– Всем нацепить амулеты, этот мертвый хрыч опять будет бросаться всяким хламом, – произнес старлей.

– Товарищ старший лейтенант, а что с этим будем делать? – спросил второй сержант.

– Искупаем, – хохотнул Барсуков и снова пнул меня в район печени. – Ты у нас новенький, а раз так, то ты его и сбросишь в колодец, считай, это твой вклад в общее дело, – сказал старлей и гнусно захихикал. – Всё. Выгружаемся. Барсуков, прихвати этот мусор, – сказал старлей и снова пнул меня ногой. – Да, еще проверь, чтобы на нем не было никакой электроники, а то любят инквизиторы всякие примочки.

– Еще, не дай Темная, найдут колодец, – донесся до меня голос водителя.

– Типун тебе на язык, – сказал старлей. – Все барахло, которое найдете, на обратном пути выбросите в реку, пусть все думают, что он утонул.

Мое тело сноровисто обшарили, а затем куда-то потащили. Мысли о бегстве я отбросил. Наручники мне порвать не удастся, а раз так, то дождусь, пока эти уроды сбросят меня в колодец, а там уже попробую выбраться.

Главное – не разбить голову при падении.

– Сраные святоши, – отдуваясь, произнес сержант Барсуков и одним рывком выкинул меня из машины.

– Что с его водилой делать? Он вроде дохлый. Не испортит он нам водичку? – спросил один из сержантов, швыряя рядом со мной что-то тяжелое.

– Кидайте в колодец, может, сгодится, – донесся до меня гнусавый голос старшего лейтенанта.

Послышался лязг металла.

– Давайте быстрее. Что вы там копаетесь?! – рявкнул старлей.

– Замок заело, – растерянно произнес один из парней.

– Сорви его руками, или ослабел без новой дозы? – засмеялся Барсуков.

Я приоткрыл глаза, стараясь себя не выдать. Старлей курил сигарету, повернувшись ко мне спиной. Водитель, по всей видимости, был у входа в дом, откуда доносилась его ругань. А два сержанта ковырялись с массивным замком, закрывавшим крышку колодца. Наконец, один из них сорвал замок и откинул крышку.

– Все в порядке, воды в избытке, – сказал он, заглядывая в колодец.

– Кончаем с этими двумя и едем обратно в город. За водой вернемся через пару дней, – скомандовал старлей и заорал: – Давайте, шевелитесь! Не хватало еще, чтобы мы тут до темноты застряли.

– Шеф, этот урод слабо подчиняется, его уже даже амулеты не сдерживают, – сказал водитель, возвращаясь к машине.

– Чувствует свежую кровь, – хохотнул старлей и развернулся ко мне. – О, смотри, очухался, а я уж думал, Барсуков тебя надолго вырубил.

– Я живучий, – сказал я, пытаясь освободиться от наручников.

– Это не надолго, – сказал водитель.

Спустя минуту я увидел, что ко мне направился один из полицейских.

– Климов, бери второго, – сказал старлей.

Я повернул голову и выругался. Сержант подхватил с земли тело Чарли, голова которого безвольно болталась.

– Я же вас с того света достану! – проорал я, отбрыкиваясь от подошедшего Барсукова.

– Сам виноват, надо было сидеть дома, – засмеялся сержант, награждая меня парой крепких ударов.

Мля, как же больно. Он что, на стероидах? Моя регенерация уже не справляется с нанесенными мне повреждениями.

– Вы че, плутония оружейного нажрались? – спросил я, немного отдышавшись и делая вялые попытки освободиться от мертвой хватки парня.

– Какой умный парень, – усмехнулся старлей. – Обрати внимание на свой новый дом. Это колодец с мертвой водой, его питают десятки невинных душ, и скоро ты к ним присоединишься.

– Смерть – это только начало, – сказал я, упираясь ногами и не позволяя столкнуть меня вниз.

– Если ты надеешься изводить меня в форме призрака, то не выйдет. Мы поклоняемся Моране, и твоя душа будет питать воду в колодце, пока не растворится без следа.

– Это вы убили тех детей? – прямо спросил я, кивая в сторону леса.

В следующую секунду меня ударили с нечеловеческой силой. Затем еще раз и еще. Наконец, мужик успокоился и прошипел:

– Надо было грохнуть тебя еще в лесу, но тебе повезло, и мы тебя потеряли из виду. Наверняка мелкие мертвяки тебя прикрыли и довели до места. Намаялись за столько лет. Ну, ничего, скоро колодец перезарядится, по путям промчится призрачный поезд, и цикл будет завершен. Этот глупец Росщупкин даже ничего не понял, когда его пришли убивать. Он должен был просто встретить поезд и наблюдать, но он решил вмешаться и испортил полотно. Мне были нужны эти сладкие детские души. Они рыдали и всхлипывали, когда их заталкивали в вагон. Мы собирали их по железнодорожным станциям и окрестным лесам. Сотни невинных душ погибли. Прошли годы, прежде чем мертвая вода наполнила колодец. Наши мольбы были услышаны, Морана вспомнила своих служителей, – произнес здоровяк, фигуру которого окутала тьма.