— Не-а…

— Не-а… — повторила женщина. — Ты с какой планеты?

— С… — я запнулся. — С Сайяри, с дикой планеты.

— Не знаю такую.

— Несколько месяцев назад была присоединена к этому государству.

— Вроде что-то слыхала. Я не интересуюсь политикой.

— Если вы не интересуетесь политикой, — неожиданно раздался за моей спиной старческий голос, — то это не значит, что политика не интересуется вами. Молодой человек, — обратился ко мне невысокий чуть сгорбленный старичок с тележкой, на дне которой виднелись пакеты с фруктами, — не задерживайте очередь! Не вам одному хочется пообщаться с красавицей!

Очередь? За стариком никого не было.

— Я пропускаю, — сделал жест рукой, одновременно отходя в сторону. — Мне спешить некуда.

— С дикой планеты!.. — беззлобно пробубнил старикан, подталкивая тележку.

Проторчал он прилично, аккуратно перекладывая покупки, и, наконец, отошёл. Настала моя очередь, и я решил возобновить разговор, но молодая женщина будто увидела меня впервые и лишь озвучила сумму, даже не посмотрев.

Чуть задержавшись, я понял, что продолжения разговора не будет, и направился к выходу, где старичок уже переложил фрукты в сумку и, шаркая, вышел на тротуар.

— Давайте помогу донести?

— Помогу донести?! — взгляд недоуменных глаз, удивительно ясных.

— Да, а что? — не понял я.

— С дикой планеты… Ну, да… Кто же ещё предложит помочь!.. Нет, молодой человек, я сам донесу.

— Ладно, — не стал я спорить и направился к гостинице.

Ещё не вечер, и идти в душное помещение не хотелось. Я закинул покупки в номер и спустился вниз. Постоял у входа, раздумывая, чем бы заняться, и с удивлением увидел приближающегося старика. Того самого. Он, что, тоже в гостинице живёт? Нет, прошёл мимо. Да, набрал продуктов он много, а сам еле идёт.

— Давайте всё же помогу, — подошёл я снова с предложением. — Далеко идти?

— Опять ты? Сам дойду.

— Вам же тяжело!

— Может, я и хочу, чтобы было тяжело, а нести далеко? — старичок остановился и поставил сумку на тротуар. — В день надо проходить не менее десяти тысяч шагов, чтобы не превратиться в развалюху. Так врачи рекомендуют.

— Вы ещё скажите, что они рекомендуют изводить себя до беспамятства! — решил поспорить я. — Нагрузки должны быть разумны, но не чрезмерны.

— Хочется поговорить? Хорошо, помоги, раз такой чуткий, — и старичок зашагал дальше, а я подхватил сумку весом килограмм в пять-шесть и направился следом.

Мы прошли мимо «Восьмёрки». Он специально такими кругалями маршрут прокладывает?

— Раз навязался в помощники, то рассказал бы что-нибудь… — старичок снова остановился, чтобы перевести дух. — Или будешь молчать всю дорогу?

— А что рассказать? — удивился я. — Вы, наверное, больше моего раза в три видали.

— Видал, — не стал отнекиваться собеседник. — Но всегда готов узнать нечто новое. С какой ты говоришь планеты? Сайяри?

— С неё.

— Ты не мог на ней родиться.

— Я родился на соседней, а на Сайяри перебрался года полтора назад.

— Вот про соседнюю и расскажи. Хмм… Не припомню её названия.

— Нне, — вздохнул я. — И что рассказать? С чего начать?

— Начни с начала. Нам не меньше часа идти, но постарайся уложиться.

Я и постарался, хотя и не стал вдаваться в подробности. Сам не знаю, с чего меня прорвало на откровенность… Наверное, любому человеку время от времени хочется излить душу перед незнакомым собеседником, с которым более никогда не увидишься. Как правило, подобное происходит в поездах или самолётах.

Старичок шёл рядом и слушал. Возможно, просто делал вид, что слушал, не перебивая и не пытаясь что-либо уточнить, шёл и шаркал, глядя себе под ноги. И лишь под конец моего рассказа произнёс:

— Вот оно как, значит… Свапна, говоришь… Красивая планета…

— В смысле? — я остановился в недоумении.

— Чего не понятно? Она почти вся покрыта водой и на редких архипелагах живут красивые люди…

— Вы там были?!

— Бывал, когда наш космофлот пролетал мимо, а особо отличившимся разрешили спускаться на поверхность. Я бы там и остался, но их женщины очень уж высокомерны и на нас не обращали никакого внимания. Они даже без одежды плавали, совершенно никого не стесняясь. Неудивительно, что систему закрыли для посещения.

— Закрыли? — мне не терпелось узнать подробности.

— Закрыли. Я всего лишь обычным пилотом истребителя был, так что деталей не знаю. Поговаривали, что на Свапне вода имеет уникальный состав, от которого замедляется физическое развитие, но повышается умственное. Врали, как всегда, наверное. Кто же правду расскажет простым людям!

— Значит, туда мне не попасть?

Старичок ничего не ответил, продолжая неспешно двигаться.

— Не попасть? — решил выяснить я.

— Если завербуешься в космофлот, и корабль, на котором станешь служить, по какой-то причине пошлют в ту систему, то и в этом случае, вряд ли. Закрытая планета.

— Но кто-то же на неё попадает?

— Учёные. Они в каждую щель пытаются проникнуть. Только тебе уже поздно учиться. Нет, учиться никогда не поздно, но чтобы стать специалистом именно в той сфере деятельности, которая нужна для попадания на Свапну… Да я и не знаю, кого точно туда пускают… Я уже много лет как на пенсии, но и ранее не особо интересовался той планетой.

Опять облом! Мы прошли ещё метров двести, и старик снова остановился:

— Молодость никогда не слушает советы, думая, что умнее всех, живущих прежде, но я тебе так скажу: даже не пытайся! Попав на Свапну, твоя жена не захочется оттуда вернуться, а тебя туда не пустят. Им не нужны чужаки, разбавляющие избранную кровь. Чем раньше ты это поймёшь, тем будет лучше для тебя и для неё. Ты перестанешь биться лбом в каменную стену, а она не будет мучиться выбором. К тому же, время лечит и затягивает раны. Лет через пять ей найдут мужа и…

Мне не хотелось в это верить, но логика подсказывала, что так всё и произойдёт.

— Давай, мы пришли, — старичок протянул руку, в которую я вложил лямки сумки.

— Благодарю за совет, — хмуро произнёс я. — Всего хорошего! — и, развернувшись, направился в обратный путь.

— Постой! — раздалось за спиной. — Ты же безработный? Да? Мой сын владеет небольшой мастерской по ремонту флаеров. Не знаю, нужны ли ему сейчас программисты, но перепрошивкой систем он занимается. Могу дать контакт.

— Давайте, — на автомате ответил я и принял информационную карточку. — Благодарю!

Сообщение Пернайку Песаве, — так звали сына моего случайного знакомого, — я послал почти сразу. Да и смысл ждать прихода в гостиницу? К тому же недавний рассказ растеребил рану, и надо было чем-то занять себя, чтобы забыться.

Ответ пришёл не так чтобы скоро, — минут через сорок. Вероятно, мужчина консультировался с отцом, прежде чем ответить:

«Особой необходимости в программистах нет, но побеседовать можно».

И как это понимать? Типа одолжение сделал? Так один работодатель недавно умолял вернуться. Ладно, схожу. Не в такой я сейчас ситуации, чтобы выбирать. Написал и договорился на завтра.

Ехать пришлось на край города. Хорошо, что не так близко к территории клана Бжни, хотя случись и так, то всё равно бы поехал.

«Мастерская» оказалась двухэтажным зданием метров в сто длиной с ангаром по соседству, где упомянутые флаеры и ремонтировались. Сам Пернайк Песаве оказался, можно сказать копией своего отца — тощим и невысоким — с поправкой на пятидесятилетний возраст. Тут и без генетической экспертизы всем понятно, что его мать оказалась порядочной женщиной, которых в Мунггаране, как я уже знал, процентов тридцать, если не считать обособленные группы. Народ возмущается где только можно, требуя включить в и без того тощий пакет обязательного медицинского обслуживания тест ДНК, проводимый прямо в роддомах, но правительство из года в год повторяет, что денег нет. Да и зачем ему такое? Ясно же, что рождаемость сразу упадёт, а откуда тогда брать пушечное мясо и налогоплательщиков?