К нашему разговору присоединились не только операторы по управлению гравиплатформами, но и другие работники, которые были тоже в изумлении от увиденного.

Вечером я специально сделал крюк, чтобы посмотреть на колонны. Да! Это было удивительное зрелище! Особенно поражал цветочный орнамент наверху. Если не знать, как это сделано, и за какое время, можно было бы подумать, что десяток искусных скульпторов на протяжении не менее года каждый день осторожно долбили своими маленькими молоточками белый мрамор. И всё равно, остались бы вопросы к мастерству, поскольку один случайный сильный удар, и произошёл бы досадный скол, который нельзя уже исправить. Пришлось бы снимать капитель, и всё начинать заново.

— Извините, — подошёл я к приехавшему мужчине, заканчивавшему проверять своё оборудование. — Я видел всё в действии и всё равно не могу понять, как удаётся вырезать такие восхитительные узоры в камне.

— Нам часто на этой планете задают подобные вопросы, — буднично ответил специалист. — К сожалению, объяснить во всех подробностях мы не можем, это секрет.

Видимо, на моём лице отразилась вся мировая скорбь, и мужчина с небольшой улыбкой промолвил:

— Могу лишь сказать, что процесс строится на временном изменении структуры камня. Это же очевидно!

И, не обращая на меня внимания, он отправился в столовую.

Основные работы по созданию городской аллеи были проведены за три дня. Что-то пошло не так, и вызванным специалистам пришлось задержаться. Сорок мраморных колонн двумя стройными рядами стали главной и пока единственной достопримечательностью нашего города. Каждый день поселенцы приходили сюда и наблюдали, как странные железяки создают ЧУДО.

В пятый день всем пришло одно и то же сообщение: «В шесть часов вечера объявляется общее собрание на аллее с колоннами».

Когда я прибыл, то не менее сотни поселенцев строили догадки о причине такого неожиданного события. Вскоре появилась и Муэнья.

— Уважаемые поселенцы! — начала речь женщина, взойдя на постамент. — По правилам проекта «Переселенец» мы теперь можем подумать над названием нашего города. Владетель этих земель решил оставить это на наше усмотрение, за что ему от нас благодарность!

Народ зашумел, и кто-то выкрикнул:

— Когда он сюда прибудет? И кто он вообще?

— Вы всё узнаете позже, — без обычной улыбки ответила Муэнья. — В городе построено недостаточно зданий, чтобы владетель избрал его своим постоянным местом жительства. Сейчас же нам надо подумать над названием. И то, как быстро мы это сделаем, покажет нашу организованность. Я могла бы просто принимать варианты через личные сообщения, но думается, что правильнее это обсудить на всеобщем собрании, то есть по законам демократии.

— Да пошла эта демократия!.. — начал было кто-то, но на него зашикали, и мужчина замолчал.

— Призываю подойти к обсуждению без излишней эмоциональности, — посмотрела на возмутителя спокойствия руководитель группы. — Выдвижение вариантов будет происходить следующим образом: я называю человека, он говорит лишь один вариант. Таким образом, мы в любом случае успеем до заката. Окончательное решение принимаю я.

— Белый город! — предложила Нефима Мостана.

— Такое название уже имеет один из городов.

— А почему вы спрашиваете людей не по фамильному списку? — уже отличившийся недовольный мужчина задал на этот раз логичный вопрос.

— Причина проста: больший вес имеет мнение того, кто принимает большее участие в жизни города. Хотите, чтобы вас спрашивали в числе первых? Будьте социально активнее.

— Каменный! — выдвинул свой вариант Халак Канджанан

— Нет по той же причине.

— Цветочный!..

— Уже есть, — продолжала отсеивать варианты Муэнья.

— Просторный!..

— Мирный!..

В итоге было принято название Землекаменск. На мой взгляд, не самое благозвучное название, но зато оно хорошо описывает окружающую действительность. Во всяком случае, лучше, чем Озёрный и, тем более, Береговой.

На этом собрание закончилось, все стали расходиться, и лишь наиболее возбуждённые продолжали дискутировать, отстаивая свои варианты, будто это могло на что-то повлиять.

Как и договаривались, Пахиль прилетел утром шестого дня и приземлился в отдаление от города, чтобы не привлекать всеобщего внимания.

— Я спешу, — сразу перешёл к делу мужчина после взаимного приветствия, — так что давай без лишних слов!

— Это конфиденциальный разговор, — сказал я, смотря во все стороны.

— Я понял, — ответил охотник. — Тогда делаем сам знаешь что.

Когда настройки конфиденциальности были изменены, я достал из кармана самородок и вложил в руку Пахилю.

— Не самый большой, но и не самый маленький, — отозвался он, взвесив предмет в руке.

— Насколько этот металл, — никто из нас не произносил слово золото, — тут ценен? Он часто встречается?

— Не очень часто. Вот только настоящая цена неизвестна, поскольку тут почти нет никакой промышленности. Следовательно, всё найденное идёт на украшения. А так как основное население составляют недавние переселенцы, не имеющие больших сумм, то и продавать смысла нет.

— А если предложить тем, кто обходными путями доставляет нужные вещи? — задал я один из важных для себя вопросов.

— Даже так? Интеллект у тебя хороший… — чуть поднял бровь Пахиль. — Да, им можно предложить, но и в таком случае цена будет не высока. Во-первых, ты никого их них не знаешь, и придётся действовать через посредников. Но и те люди тоже посредники, и до реального покупателя им далеко.

— Жаль, — огорчился я.

— Но в любом случае, можно получить больше, чем предлагая здесь и сейчас случайным людям. Так что у тебя лишь два разумных варианта: оставить эти штучки до лучших времён или продать за треть цены, — мужчина чуть задумался. — Есть и четвёртый, если не захочешь продавать кому-то из местных… Да, неплохой вариант… Сделай себе украшение! Ха-ха!

— На такое я точно не пойду. Если же не продавать, а обменять на товар?

— Возможно, — кивнул Пахиль. — И что ты хочешь?

— Мне нужна рыболовная сеть, хорошее телескопическое удилище с катушкой, леской, поводками и блёснами, игольник с иглами…

— Остановись, парень! — полушутливо поднял руки собеседник. — На игольник с иглами не хватит в любом случае.

— У меня есть второй самородок, пусть и чуть поменьше.

— Нет, всё равно не хватит. Лучше сделаем так: ты дашь оба камешка, а я их взвешу и посовещаюсь с кем надо. Затем напишу тебе сумму и вышлю список того, что могу привезти, а ты уже сам решаешь. Если ничего не подберёшь, то тогда я переведу тебе кредиты, или возвращаю камешки.

— Да, хорошо! — кивнул я.

— Тогда возвращай себе прежние настройки, а я полетел по делам. Если вдруг найдёшь что ещё, то дай знать, — Пахиль попрощался и направился к своему летательному аппарату, но остановился. — А хвост? Забыл?

— Из головы вылетело! — спохватился я и полез в сумку.

— Так себе качество, — прозвучал безрадостный вердикт после непродолжительного осмотра трофея. — В следующий раз старайся снять шкуру целиком. Ладно, держи деньги!

Появилось системное сообщение о переводе тридцати кредитов на предпринимательский счёт.

Расстроился ли я от такого поворота дел? Конечно, да! Но то, что не ошибся в своих умозаключениях насчёт нелегального канала поставок, — радовало. Пусть за дорого, но можно получить желаемое. Это лучше, чем вообще ничего. Что касается денег за хвост, то я надеялся, что получу побольше, но надо понимать, что и Пахиль тоже хотел на этом заработать. Тридцать кредитов — это мало, но минуту назад не было и их.

Теперь я уже знал больше подробностей о финансовых счетах. Со своего основного «государственного» счёта поселенец может переводить деньги на предпринимательский, но вот обратно могут лишь те, кто зарегистрируются как бизнесмены, платя пошлины и налоги. Это сделано для того, чтобы избежать различных серых схем и злоупотреблений, но насколько система получится эффективной, многим непонятно. Впрочем, подробности сейчас и не нужны, поскольку на моём первом счету деньги появятся нескоро.