Вик старательно не отставала: здесь были её друзья, за которых она волновалась.

В огромном холле на скамьях и на полу вповалку спали незнакомые констебли, все сплошь в повязках: у кого-то на руках, у кого-то на голове. Судя по спешно брошенному Вик диагностическому плетению, все стабильные, все пролеченные и в помощи не нуждавшиеся. Она поспешила в общий зал, где уже скрылась Анна.

Зал был тоже полон: что-то спешно ели констебли, готовясь снова вернуться на улицы после краткого отдыха, кого-то добинтовывал уставший Деррик, что-то быстро показывал на карте и объяснял Эш констеблям под одобрительным взглядом уставшего, одетого в партикулярное Брока — того явно выдернули из дома или из гостей: его невеста нерисса Идо проживала рядом.

Отвратительно пахло кровью и усталостью.

На стуле у окна сидел сонный Хогг — у него на голове была окровавленная повязка. Анна стремительно обняла парня, попытавшегося отстраниться. Вик отвернулась: иногда она не понимала Анну — Хогг явно чурался её и не знал, что делать с её нежностью. Краем глаза она заметила — Хогг все же вырвался из объятий и резко встал. Чего-то подобного стоило ожидать — они слишком разные с Анной. Чего она не ожидала, так это того, что Хогг тут же сам прижмет к себе девушку, что-то успокаивающе шепча в макушку — Хогг та еще каланча.

Вик бросилась к Эшу и Броку — оба щеголяли повязками на руках и синяками на скулах.

— Грег, Брок, как вы?

— Живы, Вики! — расплылся в широкой улыбке Брок. Эш лишь кивнул. Он сильно зарос щетиной, от него несло горьким мылом дивизионной душевой и гарью. Было видно, что Эш устал — который день он не показывался дома, ночуя в участке. Сержант Себастьян Кейдж из Особо важных молча ткнул пальцем в своих констеблей, и они пошли прочь, чтобы не мешать беседе. Алистер остался. Его явно интересовало то, что узнала Вик и Анна. Запретным, алым эфиром от них несло, наверное, за милю.

— Потери есть? — тут же уточнила Вик — это её город, это её ответственность. И пусть лер-мэр спит себе спокойно в своем доме в центре Аквилиты, она не такая — она должна быть там, где нужна.

— За кого ты нас держишь? — обиделся Брок. — Эш — молодец! Он нас вызвал сразу же — его пилоток чуток только успели пощипать и помять. Мы уже почти всех «острых воротничков» переловили — так, остатки в темноте шарятся.

Вик обвела взглядом удаляющихся прочь пилоток:

— Кого надо лечить?

Эш вмешался, откашливаясь:

— Спасибо, Виктория, но не нужно. Деррик уже справился со всеми — вон, долечивать пошел по второму кругу. В полночь все началось, к двум ночи уже всех угомонили.

Брок подтвердил:

— Все хорошо, не беспокойся. Зато у нас сейчас такая коллекция белых воротничков — закачаешься!

Эш мрачно напомнил, потирая заросший подбородок:

— И ни одного нужного. Хаус с Фреем остались на ночь — все проверили, ни в одном кинопленка не зашита. Пока тупик.

Вик нахмурилась:

— «Острые воротнички» это из-за Фостер устроили? Они все еще думают, что она виновна в пожарах?

Эш кивнул:

— Да!

Он отвернулся в сторону, скрывая зевок. Которую ночь он уже не спит? Элизабет, его жена, наверное, уже с ума сходит. Вик, зная, что парни все учли — они начинали свою службу гораздо раньше неё, — все же спросила:

— А по домам задержанных воротнички проверяли?

Брок обиженно фыркнул:

— Уже все обшарили — изъяли все, просто поверь. Воротничков работы неры Круз и её ателье много, но ни одного воспламеняющегося. Надеюсь, что с пожарами покончено. Представляешь, у «острых воротничков» хватило наглости заказать свои воротнички у неры Круз. Издевались, сволочи…

Эш подсказал:

— Хогг вчера со своими друзьями из Речного по памяти составил список всех задержанных двенадцатого вьюговея у паба «Приют». Дела, сама понимаешь, нет — Арно и его инспектора хорошо постарались, чтобы скрыть следы.

Вик горько сказала очевидное:

— Стена Круза убили. Его забили до смерти из-за попытки вступиться за Фостер.

— Мы так и поняли. Только дела нет. Увы.

— Зачем «острым воротничкам» Фостер? Почему они так хотят её убить под видом правосудия? Вы что-то нашли в её доме во время обыска?

— Нет, конечно. Фостер ни в чем не виновата, кроме своей глупой доверчивости. Не поверишь… Я тут прижал Эллиота — это тот верзила в канотье, что выставлял требования вчера. Помнишь?

— Владелец паба «Приют» и свидетель смерти Стена Круза, — подсказала Анна, которая подошла ближе — Хогг так и не выпустил её из объятий.

Эш и Брок внимательно оглядели штатного некроманта и решили, что спрашивать о том, где этой ночью она была вместе с Вик, не стоит — и так все ясно. Брок только уточнил:

— У вас список тех, кто избивал Круза есть?

Анна не сдержала зевок:

— Я сейчас его напишу и заверю. — Она предпочла сменить тему, напоминая, что Эш не закончил: — так что там Эллиот сказал?

— Он сказал, что по зиме приходила к нему нера Фостер, мать Аликс. Просила помочь разобраться с Мейси. Он отказал, заявив, что это не его дело. Тогда она заявила, что проклянет всех именем опозоренной дочери — пока та жива, покоя им не будет.

Вик еле сдержала ругательства:

— Она хоть понимала, к кому обращалась⁈ Обратиться к бандитам пригрозив таким⁈ Там голова на плечах, по-видимому, только у Аманды Круз и есть. Небеса… Семейка идиотов.

Брок согласно кивнул, а Эш добавил:

— Оба Мейси состояли в банде — они год назад хорошо поднялись на каком-то деле и собирались сами подмять под себя Ветряной квартал. Эллиот у них за главного — только пока он это отрицает. Он сперва по зиме решил, что нера Фостер немного не в себе со своими угрозами.

Брок кашлянул и, виновато посматривая на Анну, спросил:

— Кстати, вы не пытались поговорить с духом неры Фостер? Она тоже же умерла — в конце весны.

Анна качнула головой:

— Я не нашла в храме упоминания о её захоронении. Так бы подняла, конечно.

Эш вмешался:

— Нера Фостер перед смертью сняла с себя священный треугольник, заявив храмовнику, что стала по убеждениям атеисткой. Она похоронена где-то за оградой кладбища. Точнее Аликс Фостер сказать не смогла. Вряд ли вызвать дух Фостер удастся — полагаю, он уже рассеялся в мире.

Вик только прошипела сквозь зубы ругательства — семейка Фостер умопомрачительно глупа. Успокоившись, она спросила:

— Эллиот поверил в проклятье после Мейси? Или Пикока?

Эш пояснил:

— После Мейси — Пикок не при чем с Фостер. До Эллиота еще не дошло, что дело отнюдь не в Фостер, а в Стене Крузе.

Вик сцепила зубы: все же все упирается в Аманду.

Хогг, оставляя ненадолго Анну, принес откуда-то дело Фостер и подал Вик бумаги:

— Смотри, список задержанных двенадцатого вьговея у паба «Приют» почти совпадает с тем, кого называла Фостер — с кем она гуляла с Бретом Мейси в первый раз, за исключением Мейси-старшего и Пикока. — Он по памяти процитировал: — «Джек Оливер. Тимоти. Вроде бы Элджернон. Курт». Тимоти Роуз, фигурирующий в обоих списках, погиб еще зимой — в трескун. Эксперты Центрального дивизиона решили, что пожар в паромобиле начался из-за удара молнии — тогда бушевала шаррафа.

Это дикий ураган, который прилетал с юга: с ветрами, жарой, песком и грозами.

— Пикок, который фигурирует только в списке задержанных у паба, погиб две седьмицы назад. Элджернон Литтл — он жив, но именно его воротнички спалили ренальскую прачечную — мы проверили записи, что ты изъяла в прачечной. Литтл все, естественно, отрицает. Брет Мейси и Гордон Мейси — тут все ясно. Курт Оуэн отрицает свою причастность. Он просто гулял на набережной и только. Про паб отмалчивается. У него дома найден тоже только простой воротничок, сшитый в ателье Круз.

— Курт… — Анна осеклась, виновато глядя на Вик. Та продолжила:

— На набережной, может и гулял Курт Оуэн, но в пабе был Курт Косгроув.

Эш посмотрел на Вик и на не вовремя зардевшуюся Анну:

— Что ж… Что-то еще удалось узнать у Стена Круза? — О незаконности этого он предпочел промолчать.