— Ваша сестра поистине невероятная девушка, господин, — наконец ответил Бернхард. — Если бы у Вершителей могли быть кровные родичи, то Анастасия Константиновна была бы лучшей из них. Я никогда не встречал девушку, которая бы обладала таким количеством талантов и добродетелей. А какая у неё улыбка…

— Бернхард… — удивлённо глядя на своего старого соратника, протянул я. — Ты ли это?

— Я прожил несколько жизней, повелитель, — пожал плечам генерал. — Знал и владел многими женщинами. Но… Мне сложно это передать словами.

— Но с Настей ты говорил очень даже уверенно, — хмыкнул я и Бернхард неожиданно покраснел. — Что она сама сказала?

— Что я наконец проснулся, — окончательно смутился генерал. И это тот, кого называли Истребителем Народов и Палачом Богов! Я некоторое время переваривал полученную информацию, а потом невольно рассмеялся. Бернхарда это совсем сбило с толку и он торопливо добавил. — Анастасия сказала, что ей всегда казалось, будто я сдерживаюсь. Вернее, что Роман сдерживался. Что он был способен на большее, но на все подобные вопросы только непонимающе смотрел на неё. Она видела меня, господин! У вашей сестры уникальный дар и невероятная сила. И я прошу у вас позволения продолжить общение с княжной Разумовской.

— Что ж, если сама княжна не будет против, то и я противиться не буду, — без колебаний ответил я. Бернхард, даже под угрозой смерти, не стал бы мне врать. И поэтому я никогда не сомневался в его словах. А время покажет, насколько генерал прав.

— Благодарю, господин, — с невероятным облегчением улыбнулся мой древний соратник. — Клянусь, что не причиню княжне зла и ничем не обижу её.

— Она сама кого хочешь обидеть может, — улыбнулся я в ответ и хлопнул по плечу старого соратника. — Пойдём за стол. Нас уже заждались наверное.

— Вы не сказали, что были за видения у вас в последний день штурма, — не двигаясь с места, вернулся к другой теме нашего разговора Бернхард.

— Я видел казнь старших мужчин рода Разумовских, — спокойно ответил я и внезапно понял, что настроение Бернхарда стремительно портится. — С разных ракурсов и в разные моменты, но видение показывало одно и то же. Казнь главы рода и его старших сыновей, а потом атака на последнего выжившего мальчика из рода.

— Это была не атака, повелитель, — совершенно другим голосом, произнёс генерал, — Как давно вы в этом теле?

— Уже больше пяти лет, — спокойно ответил я.

— Тогда у меня для вас плохая новость, господин, — тяжело вздохнув и, по старой привычке посмотрев мне в глаза, произнёс Бернхард.

Кремль

Москва

Император российский широко улыбнулся и откинулся на спинку кресла.

— Ну что, Джон, спасибо за информацию. Приятно знать, что наши американские союзники верны себе и своему слову. Так, государственные дела обсудили, можно и расслабиться. Что скажешь?

Алексей Александрович подмигнул сидящему напротив него американскому президенту. Император ценил свои отношения с Джоном Адамсом, президентом Американской Конфедерации. Джон был человеком слова и всегда, при любом раскладе выполнял свои обещания, чем выгодно отличался от многих других глав государств.

Проблема была в том, что Джон давал слово не просто редко, а исключительно редко. Но, уж если из него удавалось вытащить это слово, то можно было расслабиться.

Вот как раз сегодня, Император получил это самое слово. Слово президента, что Американская Конфедерация не нападет на восточные границы Российской Империи ни в каком случае. Более того, в случае агрессии восточных «друзей» Империи, Конфедерация обязуется предпринять все усилия для того, чтобы ограничить агрессивные действия восточных государств. Учитывая, что в Тихом океане именно у Американской Конфедерации был самый большой океанский флот, к словам американского президента в тихоокеанском регионе определенно прислушивались.

Да, это был еще не союзный договор, но и так это было именно то, чего не хватало Российской Империи в настоящий момент. Учитывая напряженность на западных границах, к которым стягивались войска Австрийской Империи, воевать на два (или более) фронтов было полнейшим безумием.

И да, это было неожиданно. Безусловно, приятно, но чертовски неожиданно! Как и сам внезапный незапланированный визит американского президента в Империю.

— Скажу, что это отличная идея Алексей, — приветливо улыбнулся американский президент.

— Как всегда? Чистый, без льда? — Император поднялся с кресла и прошел к сервировочному столику, что стоял сбоку и собственноручно взял с него хрустальный графин с янтарной жидкостью внутри.

— Все верно, — кивнул Адамс и Император налил на два пальца ароматный напиток в два стакана и протянул один из стаканов президенту.

— Ну, за дружбу и сотрудничество, — произнес тост Алексей Александрович.

— На здоровье! — внезапно, в безупречном русском у Адамса прорезался жуткий акцент, что вызвало смешок у Императора.

— На здоровье, шутник, — кивнул Алексей Александрович, они чокнулись и выпили, после чего Император вернулся в свое кресло.

Молчали они примерно минуту. Нет, молчание не было натянутым или неестественным. Просто президент Конфедерации наслаждался дорогим напитком, а Император позволял ему это делать в тишине, не отвлекая, только с интересом разглядывая своего «коллегу».

— Почему, Джон? Почему именно сейчас, а не полгода назад, когда я летал к тебе с просьбой? — по прошествию минуты спросил Император.

— Ты знаешь ответ, друг мой, — улыбнулся Адамс и шутливо отсалютовал пустым стаканом.

Император вздохнул, встал с кресла, подошел к столику, налил себе полстакана, а бутылку молча поставил рядом с Адамсом, вернувшись к себе в кресло.

— Разумовский, — Император не спрашивал, а утверждал и в ответ снова получил «салют бокалом», на этот раз уже полным. — И какие у тебя дела с Разумовским?

— Это не мой секрет, Алексей… — с лица Адамса ушла улыбка. — Даже не так. Это не секрет. Это… — он пощелкал пальцами, подбирая слово. — Это тайна, Алексей. Большая тайна, которая хочет пока оставаться тайной. До поры до времени, друг мой.

— Откуда ты про него вообще, узнал? — скривился Романов, ответ Адамса ему не определенно не понравился. — Снова твои пророчества?

Тут уж Адамс улыбнулся. Улыбнулся искренне и как-то по-детски, состроив обиженное выражение лица.

— О каких «пророчествах» ты говоришь, Алексей? Не существует никаких «пророчеств», тебе ли не знать?

— Да-да, — тут уж Император позволил себе мимолетную улыбку. — Все совпадения случайны и вот это вот все. И твое пожелание не вылетать мне тогда в Индию, было просто… пожеланием? А если бы я тебя не послушал тогда и полетел, что бы случилось, Джон?

— Кто знает? — развел руками Адамс. — Кто знает…

— Мда… — Император поднес к губам стакан и скривился, поняв, что он пуст. — А ну, дай мне бутылку.

— Мне самому мало, — со смехом сказал президент Конфедерации, но с всё же толкнул бутылку, она проехала по отполированной дубовой столешнице прямо в руки Императора.

— Мы это исправим сейчас, — хмыкнул Романов, налив себе и нажав кнопку на коммуникаторе. — Иван, еще любимый напиток для нашего дорого гостя, будь любезен.

Буквально сразу же открылась дверь и Иван принес две бутылки, одну поставив перед Императором, вторую — перед президентом.

— Очень предусмотрительно, спасибо, — кивнул Романов и Иван, поклонившись, быстро исчез, как будто его здесь и не было. И Император снова обратился к президенту. — Ну, теперь у нас есть топливо для долгого разговора. Если не хватит и этого, то Иван принесет еще, пусть это и разорит мою коллекцию. Но я хочу услышать всё, что ты можешь мне рассказать. Возможно, мне тоже есть, что тебе рассказать.

Джон Адамс неторопливо налил себе из новой бутылки, полюбовался, как янтарный напиток играет в лучах солнца, отхлебнул, удовлетворенно кивнул головой, откинулся в кресло и посмотрел Императору прямо в глаза. На краткий миг, Алексею Александровичу показалось, что ему смотрит прямо в душу какое-то очень древнее и могущественное существо. Хотя… Нет, не существо. Человек, один человек, который в свое жизни видел столько боли, сколько не выпадает на долю целого поколения.