Она оторвалась от записей:

— Надо все же провести обыск у Фостер и навестить Аманду Круз. А еще поднять дела за этот вьюговей — найти, что случилось со Стеном Крузом. И навестить паб. Интересно, меня туда, как инспектора, пустят? Или придется устроить скандал? А еще Химический завод. И родственники, и сослуживцы Пикока — их расспросить о всех его связях. И рубашки. Надо разобраться с рубашками и воротничками.

— Изъять во всем городе? — почти в шутку предложил Грег.

— Желательно, — мрачно заметила Вик. — Как ты думаешь, будут еще жертвы или нет?

Грег пожал плечами:

— Про жертв не знаю. А вот бунт из-за воротничков, к сожалению, будет — все «белые воротнички» взвоют, а не только «острые». Все воротнички не изъять. Но идея хорошая. Я оценил.

Вик потерла висок:

— И где бы на все это взять время. Завтра еще будет жара — пожары могут повториться. Нам надо пережить еще день-два жары.

Эш внимательно смотрел на неё:

— Вики…

— Что?

— Тебя Брок так и не научил распределять дела?

— Это так заметно? — тихо спросила она.

— О да, Вик. Выбирай, что возьмешь на себя, а что оставишь нам. Пикока и его связи можно сбросить на Северный — пусть Лефевр отрабатывает свой хлеб. Паб и Джека Оливера отдать Грегори — он свой в Речном, ему проще будет собрать сведения о Мейси и его интересе там. Обыск у Фостер могут провести мои парни. И не смотри так — я уверен, что Фостер невиновна, но я не допущу нарушений во время обыска и не стану прятать улики — ты меня знаешь. Байо тем более до такого не опустится.

— Ты оставляешь мне неру Круз?

Грег кивнул:

— Это сейчас самое интересное в расследовании. Я бы сам отправился к ней, но я не могу бросить участок — тут «острые воротнички» решили стать поборниками справедливости. Так что ты скажешь?

Вик решилась:

— Хорошо. Я к Круз и на Химический. Вечером заеду — сверим данные.

— Умница. Алистера с собой возьмешь? Просто на всякий случай. Вы с ним раньше хорошо работали.

— Возьму, — улыбнулась Вик.

— Тогда пойдем, узнаем — чем нас порадуют Картер и прочие.

Радовать было нечем. Профессор из Университета отказался засвидетельствовать отсутствие эфирного следа на теле Мейси-старшего, аргументируя это применением пламени, которое могло уничтожить эфир. Картер забрал тело и уже уехал в морг, обещая провести вскрытие сегодня же. Орвуд тоже уже уехала — ей тут работы не нашлось из-за запрета на вызов души.

Еще и Хогг завис, получив задание с пабом.

— Джек Оливер и «Приют». Надо же.

Эш не выдержал и чуть повысил голос:

— Грегори! Выкладывай. Знаю я твою любовь к самодеятельности, но тут не до того.

Хогг подобрался и чуть ли не по стойке смирно встал:

— В начале вьюговея аккурат перед шаррафой, в пабе «Приют» у Старого моста была массовая драка с одним погибшим. Я точно помню, что в драке принимали участие младший Мейси и Джек Оливер. Остальных не помню — там целая толпа была. Как звали погибшего тоже не помню. И не надо спрашивать: чем закончилось дело — я уже тогда сидел в тюрьме Особо важных. Мне телефонировать в Речной? Попросить поднять дело из архива, если оно там, конечно?

— Хрень, — только и сказал Эш. — Помня, как служил суперинтендант Арно, дела может и не быть.

Вик с трудом удержала стон: по зиме ряды констеблей Речного участка были основательно почищены от продажных пилоток — все инспектора и сам суперинт Арно пошли под суд и уже несколько лун как отбыли на каторжные работы Гарии — шахтерском поселке на границе Аквилиты. Если дело о драке не найдется… Вик ползимы и всю весну разгребала завалы дел Речного участка и несколько раз ездила в Гарию — и это было не то, что хотелось повторять. Только бы дело нашлось! Надеяться, что семья Мейси соизволит заговорить об этом ничтожно мала.

— Так, мне ехать в Речной? — напомнил о себе Хогг.

— Езжай, только…

Грегори ехидно продолжил за Эшем:

— … только осторожно и взять с собой кого-нибудь. Я помню.

Алистера Арбогаста, предоставленного Эшем в качестве сопровождающего, Вик, устав от жары, загнала за руль своего паромобиля. Её немножко подташнивало, еще и головная боль давала о себе знать. Эфирная связь с Эваном стала совсем тоненькой ниточкой, только и чувствовалась легким теплом в сердце, а больше и не понять, что происходит с ним в Олфинбурге, столице Тальмы. Завтра он должен вернуться домой на дневном экспрессе.

Алистер скосил глаза на Вик и молча протянул очередную бутылку с колой, купленную в аптеке.

— Спасибо, — тихо сказала Вик, прикладывая ледяную бутылку к виску. Алистер не выдержал и накинул на Вик целебное плетение — он и такое умел. Прежде, чем он перевелся в новый Восточный дивизион, Вик вместе с ним вела не одно расследование, он не раз её лечил и спасал. Алистер был спокойный, молчаливый и крайне надежный парень — одно это уже показывало, насколько серьезно Эш относится к безопасности Вики. Надо будет Брока озадачить «острыми воротничками» или Эш не поймет и обидится? Мужские игры «Покажи свою крутость!» раздражали Вик, хотя именно Эш к такому не склонен, это Брок вечно всем пытается доказать, что умный, рыжий и незаменимый.

Паромобиль, провожаемый крайне серьезным взглядом Эша, замершего в окне своего кабинета, наконец-то стронулся с места и покатился под гору в сторону реки. Плетение начало действовать — виски перестало ломить.

По пути к Тисовой, Вик рассказала Алистеру все, что удалось узнать об Аманде Круз. Он лишь кивал, сосредоточенно ведя паромобиль — район Старого моста был весь перегорожен заборами идущей стройки: тут возводили новый железнодорожный вокзал и первый на всю дельту Ривеноук мост в Вернию.

Тисовая улица осталась еще со времен Чумной Полли: узкая, погруженная в блаженную тень, извилистая, поворачивающая от начавшейся стройки моста к набережной — закачивалась она как раз пабом «Приют»: на ветру качалась железная вывеска в виде кружки с шапкой пены. Вик, вышедшей вслед за Алистером из паромобиля, казалось, что даже сюда доносился её скрип. Дома здесь были старые, двухэтажные, сложенные из темных, разного размера камней, прочно скрепленных известковым раствором. Черепитчатые острые крыши с высокими каминными трубами были украшены старинными флюгерами в виде забавных фигурок животных. Первые этажи с непривычно мелкими, неповторяющимися по размерам и формам окнами были заняты лавками: галантерейными, овощными, молочными, книжными, табачными. В доме, где жила вдова Круз, на первом этаже было ателье. Вместо вывески болталась на цепях железная швейная катушка с воткнутой иголкой. Этому ателье, судя по вывеске, не одна сотня лет. В длинном, вдоль всего дома окне были выставлены немного пыльные куклы, одетые в наряды прошлых лет. Или это были маскарадные костюмы? Пандоры — Вик только читала о них в книгах.

Узкая полоска неба над головой медленно затягивалась похожими на перья облаками, изменившими Вернии. Кажется, ветер поменял направление, обещая, что жара скоро пойдет на спад. Отдельные лучи солнца еще косо падали в подслеповатые окна домов.

Вик открыла рассохшуюся, нуждающуюся в ремонте дверь с цветным витражом фрамуги. От неё по каменному полу прыгали разноцветные солнечные зайчики, когда облака скользили дальше в Аквилиту.

Ателье было небольшим. Большую его часть занимал огромный раскройный стол вместо прилавка. На нем в дальнем углу скромно притулилась электрическая касса, спрятавшись за ворохом белоснежного рубашечного батиста и картонными лекалами. Вдоль стен шли многочисленные полки с рулонами тканей, коробками с фурнитурой, выкройками и какими-то свертками — возможно, это были уже готовые заказы. Примерочная, судя по всему, скрывалась за одной из дверей. Пара манекенов в неприлично раздетом виде замерла у окна.

Вик принюхалась и тут же пожалела об этом — пахло странно. Шерстью, какой-то синтетикой, распаренными тканями, смолой, клеем и неожиданно камфорой. Последний запах как-то не ожидаешь встретить в ателье. Он несся откуда-то тонкой неприятной ноткой из задних комнат. Оттуда же доносились детские голоса.