За десятки лет методичной работы, вся территория барона была пронизана нитями его силы. Земля в этом отношении была очень удобным аспектом. Можно даже сказать, что каждый камень на территории соседа знал и помнил отпечатки его дара.

— По какому случаю пожаловали, ваша светлость? — встретив нас у ворот свой родовой крепости, без приветствия спросил Костров.

— По делу, Игорь Юрьевич, — вылезая из машины, ответил я. — Узнать хотел, как у вас обстановка и не нужна ли помощь.

— Помощь? — удивлённо переспросил сосед и озадаченно посмотрел на моих сопровождающих. — Лишние бойцы у вас появились, Ярослав Константинович? Или с эвакуацией хотите помочь? Так у меня грузовиков хватает. Да и населённые пункты все к границе внешней близко.

— Бойцы все на счету, — покачал головой я. — Да и транспорта свободного нет. Но есть излишек энергии родовой сети, который я могу направить на полезное дело.

— А подробнее? — заинтересованно спросил Костров. — У меня пока ничего интересного не произошло, если честно. С десяток трупов за первые часы после начала гона среди патрульных, но это дело обычное. Я бы сказал, что мои ребята в этом отношении далеко обошли остальных. Гон всегда начинается внезапно. Сколько бы к нему не готовились и как бы внимательно не следили за артефактами. Где-то найдётся крупная тварь, которая добралась до границы. А где-то сонный дружинник. Если эти два фактора совпадают по времени и месту, то появляются трупы. У Истомина больше сотни за первый час полегло. Вся сеть завалена записями. У соседей ваших, которые Алексея Андреевича землю под патронаж взяли, вообще чертовщина какая-то творится. Того и гляди губернатор силы свои отправит на помощь. Позорище! А может Прохором дыру заткнут, как это всегда сам Антипов делал.

— У нас пока нет потерь, Игорь Юрьевич, — ответил я и барон совершенно простецки присвистнул.

— Вот это удивил ты меня, Ярослав Константинович! — рассмеялся Костров и достал из кармана мобильник. — Минутку. По общей сводке, в первом круге уже больше тысячи трупов. А у тебя никого?

— Никого, — подтвердил я и с интересом посмотрел на телефон. — А у вас связь работает?

— Конечно, — удивился сосед. — А как без этого? Я думал, что твой аспирант, что с аспектом Земли, уже давно линию протащил во второй круг обороны. У Старковского и дальше канал выведен. Или чем твои маги занимались?

— В основном, по лесам за аномальными чудовищами бегали, — улыбнулся я. — Честно говоря, о таком способе связи не знал. Если будет нужно…

— Конечно, — тут же кивнул Костров. — И со связью помогу, и расскажу, как работает. Только делать не стану. И своих ребят не дам пока. Сам понимаешь…

— Понимаю, — даже не подумал настаивать я.

— А что за излишки там у тебя, Ярослав Константинович? — вернулся к изначальной теме нашего разговора Костров.

— Я там с растительностью аномальной эксперименты проводил, Игорь Юрьевич, — расплывчато ответил я. — Так получилось, что очень фон магический получилось насытить. Если есть такая потребность у вас, то могу часть границы вашего владения перекрыть. Но с лесом распрощаться на этой территории придётся.

— А в конкретную точку направить эту энергию сможешь? — после долгого молчания, прямо спросил Костров.

— Смогу, — уверенно ответил я.

— Пошли тогда, — не откладывая дело в долгий ящик, кивнул в сторону длинной постройки на другой стороны его имения барон. — Одну штуку тебе покажу.

Оставив охрану у ворот, мы направились к нужному зданию. На толстенных стенах по периметру имения, больше напоминавших защитные сооружения полноценной крепости, стояли часовые. Нас проводили подозрительными взглядами и я даже ощутил касание магической паутины. Что-то вроде проверки личности.

— Не думал, что когда-то придётся обращаться за помощью, но сам я такой проект не потяну, Ярослав Константинович, — на ходу поделился своими мыслями Костров. — Мы ещё с отцом вашим его обсуждали, но до дела тогда так и не дошло. Да и не придумали, как можно запитать моё изобретение. Костя предлагал соорудить конденсатор из аномальных минералов, но мне дешевле было пару тысяч дружинников нанять и обучить. Хотя теперь, при девятом уровне угрозы, не факт что у нас вообще получится что-то сделать.

— Впервые такое? — пользуясь случаем, решил узнать я положение дел у более опытного владетеля, который видел не один гон до этого.

— Здесь впервые, — особо выделив голосом первое слово, ответил Игорь Юрьевич. — Но во всём мире уровни примерно схожи. Даже общую классификацию пробовали вывести, чтобы можно было ориентироваться в проблемах соседа. Девятка означает, что сил владетелей первого круга точно не хватит, чтобы полностью остановить выход монстров из аномальной зоны. Сообщение императорской информационной службы уже видели, ваша светлость?

— Конечно, — кивнул я. — Его не только мне, но и Ратаям моим прислали.

— Это одна из особенностей управления землями в первом круге обороны, Ярослав Константинович, — продолжил барон. — Здесь постоянно умирают люди. Все настолько к этому привыкли, что даже есть отдельная статья о приемлемых потерях в течение рутинной обороны границы. Это неприятно, но это было и будет всегда.

— Но не так сильно и не в таком количестве, как в Африке, — понятливо хмыкнул я. Судя по тому, как вели себя Витязи, на Диком Континенте творились абсолютно безумные дела. И это калечило тех, кто принимал в них участие. Что уж говорить про наблюдателей, которые вынуждены были год за годом следить за смертью тысяч местных и сотен дружинников. В такой обстановке любой станет относиться к потерям, как к чему-то обыденному. Иначе можно запросто сойти с ума. А ведь барон как раз сделал имя и получил титул именно на Чёрном Континенте. Скорее всего он повидал столько, что любой прожженный местный циник покажется сентиментальной сопливой тряпкой.

— Не так, — согласился со мной барон и ненадолго замолчал. — Тебе сложно это понять, Ярослав Константинович. Ты по другому пути пошёл. Сложному и очень… дорогостоящему. Далеко не у всех есть возможность собрать под своей рукой столько одарённых воинов. Даже моя дружина на семьдесят процентов из обычных парней состоит. И никакие артефакты не смогут им дать то, что есть у Гридней и Воителей. Доля секунды реакции может спасти жизнь. Задержка на одно мгновение равносильна смерти. Особенно сейчас. Разумовские всегда были богатым и основательным родом. Мало балов и приёмов, много учений и проверок дружины. Этим мне твой отец всегда нравился. И ты явно пошёл в него.

— Выбор был невелик, — улыбнулся я.

— Выбор всегда есть, ваша светлость, — усмехнулся в ответ Костров. — Остаться в Москве и до старости ни в чём не нуждаться — тоже выбор. Но что-то мы отвлеклись… Стар я становлюсь. О чём говорил?

— О долге всех владетелей первого круга обороны, — понимая, что барон явно наговаривает на себя, ответил я. Соображал Костров получше многих молодых.

— Мы должны умереть, если это будет необходимо, — невозмутимо сообщил Игорь Юрьевич. — Многие об этом забывают и рвутся к границе за быстрой наживой и влиянием, но изначальная суть служения императору именно такая — лечь костьми, но дать время силам правителя организовать сопротивление ордам аномальных чудовищ. Риск гибели всего рода появляется уже с седьмого уровня угрозы во время гона. По сути, все мы смертники, которые до нужного момента купаются в роскоши и удовольствиях. Поэтому люди вроде Старковского никогда не рвутся в первый круг. Им достаточно подготовить всё необходимое для имперских егерей и регулярных полков, пока мы сдерживаем первый натиск.

— И сейчас этот процесс уже начался? — уточнил я.

— Сейчас? — удивлённо посмотрел на меня Костров. — Вы шутите, Ярослав Константинович? Сейчас просто общую тревогу объявили. Даже чудовища, из-за которых это произошло, только начали движение. Для некоторых видов аномальных зверей семьдесят-восемьдесят километров — мелочь. Их можно преодолеть за несколько часов. Но на самом деле это займёт в десятки раз больше времени. Инстинкты требуют от монстров продолжать усиливать себя в любой ситуации. Потому что это единственный шанс выжить. Они будут жрать друг друга, получая новые силы и мутируя прямо на ходу, пока на наши земле не обрушится вал сильнейших тварей. В первые часы выскочили слабейшие звери, что находились около края аномалии. Мне кажется, это что-то вроде инстинкта самосохранения. Они знают, что будут сожраны тварями из глубины, а снаружи у них есть шанс. И эти твари начального уровня уже положили около тысячи людей.