Мда-а-а… Я поставил в голове еще одну «галочку» в пользу Ратая. Мой главный дружинник не только силой не обделен, но и умом. Учитывая такой стиль общения, сдержаться ему было, думаю, чрезвычайно трудно. По силе он на голову превосходил всех этих наглецов. Вот только все эти провокации, скорее всего, тоже были с подачи старших. Убей или посади Аршавина и всё, весь надел можно забирать под предлогом защиты граждан Империи. Эх, Шатун-Шатун, как же мне с тобой повезло!

— А это уже нам решать, — зловеще усмехнулся Лось. — Парни заметили, что двое твоих пересекли границу. Правда, бойцы?

— А то! — сразу же закивали дружинники Антиповых.

— Боров твой и вон тот… щуплый, — поняв, что видит меня впервые, указал в мою сторону командир патруля. — Значит так. С вас пара огнелис живых и мы сделаем вид, что ничего не видели.

— Значит так, — негромко, но очень чётко произнёс я и прямо посмотрел в глаза командиру чужих дружинников. — За нарушение границы владений рода Разумовских, я назначаю виру в сто тысяч рублей. Николай Петрович, сделайте несколько снимков, чтобы нам было, что показать нашему доброму соседу.

Шатун зловеще улыбнулся и махнул рукой своим бойцам. Трое тут же достали телефоны и начали снимать машины соседей. Ракурсы выбирали так, чтобы на фото были хорошо видны зарубки на деревьях.

— Вы совсем страх потеряли, дикари⁈ — моментально растеряв напускное веселье, рявкнул дружинник. — Да я…

Я с нетерпением ждал продолжения фразы, но в этот момент начал истерично сигналить второй вездеход. Его с моей точки зрения было почти не видно. Соответственно, меня экипаж второй машины тоже не видел. Командир патруля недовольно обернулся и у него на груди тут же ожила рация.

— Саня, это новый князь! — быстро выпалил странно знакомый голос. — Молодой Разумовский.

Я чуть наклонился в сторону и увидел за лобовым стеклом мужика со знакомой рыжей бородой и красным лицом. Жаль. Довольно неприятное совпадение. Можно было выжать из ситуации немного больше. Но и так было неплохо. Попытка напугать незнакомого бойца соседей заставила дружинников Антиповых проехать лишний десяток метров. Этого было достаточно, чтобы зафиксировать нарушение. Названная вира была баснословно большой, но я был полностью в своём праве. Алексей Андреевич определённо попытается выразить свой протест и я с радостью его выслушаю.

А вот то, что я увидел дальше, мне определенно не понравилось. Лось хоть и был наглецом и провокатором, но он все же был дружинником не последнего рода, держащего периметр аномалии. И какой-никакой командир. Прямо сейчас он оценивающе смотрел на меня, моих людей, а еще украдкой бросил взгляд на свои силы. Прикидывает возможность нападения? Что за дичь тут творится⁈

— Ты язык проглотил, служивый? — презрительно скривился я, добавив в голос металл и одновременно обращаясь к аспекту Огня.

Не хотел я этого делать, снова перекос случится, но Огонь эффектней Воды в данном случае. Мне его нужно припугнуть, чтобы дурные мысли в голову не лезли. От меня ощутимо пахнуло жаром и мутное раздумье враз исчезло из взора дружинника Антипова.

— Возможно… — разом как-то сдулся Лось. Что ни говори, а бодаться с главой княжеского рода, обладающего магией, он был не готов. Не того полёта птица. — Возможно, произошло какое-то недоразумение, ваша светлость. У наших машин тормоза барахлят. Водитель сделал всё возможное, но сами понимаете — транспорт тяжёлый, да и под шинами не асфальт. Вот и получилась накладочка.

Аршавин аж крякнул от удовольствия. Такого поворота он точно не ожидал. Пять лет дружинники рода Разумовских терпели насмешки и оскорбления. Они делали всё возможное, чтобы выполнить свой долг и любой такой конфликт мог запросто перерасти в судебное разбирательство на самом высоком уровне. Всего несколько промахов, и сосед мог забрать остаток владений рода Разумовских. А сейчас вон оно как поворачивается…

И для моих людей сегодня настал настоящий праздник. Потому что ещё ни разу они не видели, как командир соседей по прозвищу Лось заискивающе лебезит и заглядывает кому-то в глаза, пытаясь оправдаться.

— Даже не сомневаюсь в этом, — спокойно улыбнулся я. — Однако, нарушение имеет место быть и оно зафиксировано. Тут уже ничего поделать нельзя. Если у Алексея Андреевича возникнут какие-то вопросы, то мы можем с ним встретиться на нейтральной территории. Мне как раз завтра нужно по делам в Тверь. С радостью пообедаю с официальным представителем рода Антиповых.

— Быть может, мы можем как-то уладить этот вопрос на месте, ваша светлость? — явно превозмогая себя, выдавил Лось и Аршавин, стоявший за моей спиной, издевательски расхохотался.

— И как же мы это можем сделать? — удивлённо поднял бровь я. — Быть может, вы сами выплатите виру за нарушение?

— Если бы она была раз в пять меньше, господин… — бледно улыбнулся дружинник и я сделал вывод, что живётся этим парням на содержании у Антиповых очень неплохо. Мало того, что у них водились такие деньги, так ещё и рисковать тёплым местом, сообщая о собственном провале, им очень не хотелось.

— К сожалению, такой вариант невозможен, — выждав немного, ответил я. — Вы служите князю Антипову и он несёт полную ответственность за все ваши действия. Поэтому, жду официального ответа от вашего господина.

— Хорошо, — поняв, что я и не собирался принимать его условия, убито ответил Лось. — Я всё передам Алексею Андреевичу.

Бойцы Антиповых начали забираться в свой вездеход. Лось шёл последним. Я некоторое время обдумывал возникшую идею, а потом позвал командира отряда.

— Ещё кое-что, — произнёс я. — Лично от меня передай Алексею Андреевичу. Слово в слово. Скажи ему, что князь Разумовский благодарит доброго соседа за гостинцы и просит присылать ещё.

Оба вездехода соседей медленно и очень осторожно сдали назад. Я наблюдал, как уже на своей территории они развернулись и на всём ходу рванули на северо-восток. В нашу сторону полетели комья земли и ветки. Лось не сумел удержаться от последней пакости, но выглядело это откровенно жалко. Да и не долетело до нас ничего.

— Ваша светлость! — рядом возник Аршавин и я мог поклясться, что так он не улыбался ни разу за последние пять лет. — Спасибо, ваша светлость! Это было…

— Пошли к машинам, Шатун, — хлопнув Ратая по плечу, улыбнулся я в ответ. — Повеселились и будет. Надо обход закончить и ребят твоих сменить. А потом в усадьбу возвращаться. Чудится мне, что князь Антипов очень быстро попытается недовольство своё показать.

— Не посмеет, — зло блеснул глазами Шатун. — Теперь уже не посмеет, Ярослав Константинович. Это раньше они могли в любой момент заявиться. А теперь, когда род Разумовских официально восстановлен, такое будет считаться нарушением законов Империи о частных владениях благородных семей.

— А до этого не считалось? — с интересом спросил я. На самом деле, этот закон регулировал много самых разных вопросов и я был уверен, что мои владения были хотя бы под относительной защитой властей.

— Считалось, — криво усмехнулся Аршавин. — Да только на бумаге. Если на деле, то тут уже слово обычного вояки против князя. В Верховном суде всем плевать, что у Разумовских официального главы рода не было всё это время. Я там даже говорить права не имею. А что скажет Алексей Андреевич и так понятно. Хорошо, что ни разу до этого не доходило.

— Спасибо за это, — кивнул я. — Понимаю, что было непросто выдержать, Николай Петрович. Больше я им такого не позволю.

— Да было бы за что, ваша светлость, — смущённо отмахнулся командир дружинников. Мы некоторое время шагали молча. Аршавина переполняли эмоции. Это было заметно даже по его походке. Остальные бойцы отряда тоже едва ли не летели над землёй. Но Ратай сдерживался, наслаждаясь давно забытыми ощущениями. Только когда мы уже дошли до машин, Шатун внимательно посмотрел на меня. — Ярослав Константинович, можно вопрос?

— Конечно, Николай Петрович, — забираясь на борт пикапа, ответил я. Мне, почему-то, комфортнее было ездить в кузове. Может сказывалась неприязнь к закрытым железным коробкам, в которых так сложно быстро отреагировать на изменившуюся ситуацию и чем-то ответить неожиданному противнику.