— Ваш план практически удался, господин, — посмотрел на меня генерал. — Люди свободны.

— Нет, — покачал головой я. — Судя по тому, что Олимпий сумел выжить, план сработал совсем не так, как я рассчитывал.

— Да, ваш брат был не самым умным среди Вершителей, — хмыкнул в ответ Бернхард. — Если он сумел приспособиться к новым условиям, то и другие тоже смогли.

— Вопрос в том, кто и как смог адаптироваться, — ответил я. — Почему ты выбрал Тверскую аномалию?

— Когда мы вышли из портала, то сделали ещё серию из десяти прыжков, чтобы сбить со следа погоню, — ответил Бернхард. — Мы оказались на Дальнем Востоке континента, где раньше были владения Сентина. Он вместе с остальными Вершителями участвовал в последней битве. И нам удалось спрятаться на его территории.

Я молча кивнул. Примерно так я и приказывал поступить Бернхарду. Думал, что это даст время моим соратникам, чтобы спокойно прожить остаток своих жизней.

— Мы думали, что сможем построить ритуал и удержать вашу сущность, — продолжил рассказ генерал. — Но не успели. Слишком быстро всё произошло. А потом выяснилось, что во владениях Сентина невозможно провести нужный ритуал. И я отправил лучших из своих людей чтобы они отыскали место. Одно из них оказалось в этом районе. Здесь на тот момент не то что города, а даже государства никакого не было. Ещё три места располагались слишком далеко, но там сейчас тоже должны ждать вашего пробуждения кто-то из наших.

— Кто именно? — уточнил я.

— Желар, Тириван и Дагор, — ответил Бернхард, назвав сильнейших из своих командиров. — Но я не уверен, что кто-то из них сумел дождаться. Всё слишком непостоянно, а никого из Чёрной Сотни с нами не осталось.

— Да, это большая потеря, — вспомнив свой личный отряд провидцев, согласился я. — Как ты сумел оставить Зерно?

— Это уже третье моё пробуждение, господин, — опустив взгляд, ответил Бернхард. — Честно говоря, умирать довольно неприятно, и каждый раз шансы вернуться из небытия становятся всё ниже. В прошлый раз я сделал всё возможное, чтобы создать такие условия, при которых ваше пробуждение в любом случае будет возможным. Вернее, что вам помогут, как только вы осознаете себя.

— И как же ты это сделал? — с интересом спросил я.

— Тогда меня звали Никодим Всеволодович Ожегов, — ответил мой первый генерал. — Я основал род Ожеговых и нашёл подходящих одарённых, способных выполнить поставленную задачу. Род Романовых славился своей честью и соблюдением клятв.

— Ясно, — хмыкнул я. — Значит, это ты помогал первому представителю правящей династии взойти на престол?

— Всё верно, господин, — кивнул Бернхард — Но не я один. Что вы знаете об основательнице рода Разумовских?

— Основательница? — особо выделив интонацией последний слог, удивлённо переспросил я. — Насколько я знаю, с изначальных времён сила и право управлять передавалось среди людей от отца к сыну. Как могла основать могущественный род женщина?

— Если эта женщина способна согнуть в бараний рог любого мужчину, то очень даже могла, — рассмеялся в ответ Бернхард. — В тот период, когда мы поднимали на трон первого Романова, всё было значительно проще. Если ты мог кому-то дать по зубам, то с тобой будут считаться. А если нет — готовься стать жертвой.

— Да, — усмехнулся я. — Столько лет прошло, а по сути до сих пор ничего не изменилось. Так что там с этой основательницей?

— Елена Степановна Разумовская, — ответил мой первый генерал. Для нас никогда не имел значение пол одарённого. Бернхард очень редко впечатлялся чьей-то силой, но тут я услышал в голосе моего старого соратника серьёзное уважение. — Эта женщина владела шестью аспектами и была равна по силе сильнейшим из слуг Вершителей, господин. До сих пор я так и не смог узнать, кто она такая на самом деле. Но в то, что среди людей родилась настолько одарённая девушка, не верил ни тогда, ни сейчас. За те пятьдесят лет, что я её знал, мне так и не удалось выяснить истоки её могущества.

— Интересно, интересно… — задумчиво, побарабанив пальцами по подлокотнику, пробормотал я. Женщина, очень сильный маг с силой и знаниями непонятного происхождения… — Шесть аспектов, говоришь?

— Да, повелитель, — решительно кивнул Бернхард. — Способность открывать новые аспекты Елена превратила в родовой дар. После этого в семье Разумовских стали появляться не только очень сильные артефакторы, но и талантливые маги. Оба эти направления Лена развивала на протяжении десятков лет.

— Те артефакты, которые сейчас считаются реликвиями рода Романовых — её рук дело? — поинтересовался я.

— Да, господин, — ответил Бернхард. — Все шесть. Книга, скипетр, перстень, чаша, меч и щит. С этим снаряжением основатель династии Романовых объединил под своей властью первые несколько городов и занялся созданием полноценного государства.

— Чашу я видел, — припоминая все особенности этого невероятного артефакта, произнёс я. Разобрать получилось не всё, но даже так можно было оценить работу древнего мастера. Одно то, что её создатель сумел предусмотреть практически безграничную емкость этого артефакта уже вызывало уважение. — Что с остальными?

— Перстень всегда находится у действующего императора. Это сильнейший оберег, — сообщил Бернхард. — По сути, артефакт, способный дать второй шанс. Что-то вроде Зерна Рождения, только с поправкой на особенности человеческой энергетики.

— Так… меч и щит? — смотря на генерала, задал следующий вопрос я. Пока что схема вырисовывалась довольно чёткая. Стоявшие у истоков Российской Империи одарённые не стали полагаться на слепой случай и собрали своему избраннику полноценный сет на любой случай жизни.

— Барьер и атакующий артефакт, — пожал плечами мой старый соратник. — В тот период, когда они часто появлялись на поле боя, основатель династии снискал свою первую славу и репутацию неуязвимого воина. При восхождении Романовых ни у кого не возникало вопросов в праве этого рода на власть. Все, кто думал иначе, очень быстро умирали. Другое дело, что питались эти артефакты за счёт жизненной силы будущего императора. И если бы мы с Еленой не поддерживали его за счёт собственной маны, род Романовых мог бы и не дожить до коронации. Это уже после, когда нам удалось вписать в книгу первые пять десятков одарённых, стало легче. Правитель частично подпитывался от них, и ему уже меньше приходилось тратить в сражениях собственную энергию.

— Любопытный ход, — хмыкнул я. — Величайшая сила первого императора, о которой писали во всех летописях, оказалась всего лишь сборной энергией десятков разумных. А что по поводу мгновенного убийства любого непокорного?

— Елена связала скипетр с книгой, позволив главе Романовых карать своих подданных прямо с трона, — слегка улыбнулся Бернхард. Похоже, моего генерала забавляла мысль о том, чего до ужаса боялись все аристократы Российской Империи. — Не все понимали связь с ритуалом внесения нового имени в книгу, но мы сделали всё возможное, чтобы в красках объяснить всем одарённым на территории зарождающейся Империи, что происходит и почему.

— Не думал, что ты способен на такие сложные комбинации, мой старый друг. Не в обиду, но ты раньше предпочитал более прямые пути, — покачал головой я. — Получается, вы обеспечили мощнейшую подпитку и непререкаемую верность главе правящего рода в обмен на то, что он выполнит данное вам обещание?

— Да. Это ещё один момент, который сильно смущал меня в Елене, — отозвался Бернхард. — Мы не раз разговаривали с ней на эту тему, и у меня сложилось впечатление, что основательница рода Разумовских не понаслышке знает о Вершителях и их последней войне. Она вообще была очень увлечена этой темой.

— А подробнее? — попросил я. Описание древней знакомой моего генерала всё больше и больше напоминало мне одну женщину из современного мира.

— Когда я впервые заговорил с ней о том, что есть вероятность пробуждения новых сущностей, которые жили много столетий назад, она очень внимательно меня выслушала и предложила свою помощь, — явно стараясь не упустить ни одной детали, ответил генерал. — Так как каждый Вершитель обладал всеми аспектами, дар самой Елены идеально подходил для пробуждения вашей сущности, господин. Поэтому мы поставили метки на всех потомков Разумовской и договорились с императором, что род Елены будет обитать в зоне вероятного пробуждения вашей сущности.