Мы оба сдержанно посмеялись. Активность Хромова ощутимо портила жизнь нам обоим, но в моих словах была только доля шутки. Наверняка у хозяев артефактного дома возникнут вопросы насчёт странных встреч князя Разумовского и их доверенного специалиста за пределами зоны внимания охраны. Но это только в том случае, если мы не справимся за один день. А так всё оставалось в рамках прихоти молодого аристократа, которому взбрело в голову приблизить к себе обычного, хоть и очень умного, человека.

За завтраком быстро выяснилось, что Большаков, несмотря на худобу, умел и любил поесть. Ароматы свежей выпечки и масса разносолов на столе взбудоражили аппетит учёного и он моментально забыл, что уже ел недавно.

Когда перешли к чаю, в столовую зашёл Антип. Слуга сообщил о доставке материалов от артефактного дома и уточнил, куда их выгружать. Илья Петрович с интересом смотрел на большой грузовик с гербом Воронцовых, из которого вытаскивали одну коробку за другой.

— Пару коробок и одну канистру неси в подвал, Антип, — приказал я. — Остальное пока можно на улице оставить. — Прошу за мной, Илья Петрович.

— И что это? — оказавшись в приспособленной для работы с артефактами сокровищнице, поинтересовался Большаков. — Пока вижу только слегка устаревший рунный стол, ваша светлость.

— Конструкция связана с родовой сетью на моей земле, — начал пояснять я. Антип принёс и поставил у входа в помещение часть закупленных материалов и молча удалился. Я достал из коробки болванку амулета и положил её в рабочую зону рунного стола. — Нам нужно создать полноценный приёмник внешней энергии.

— Рассеянной? — деловито уточнил Большаков. — Это довольно обыденная задача, ваша светлость. Не для всех, но для опытных артефакторов точно. Я могу предложить вам готовое решение. Насколько помню, подходящие варианты есть даже в открытой продаже.

— Амулет должен работать с направленной энергией аспекта Огня, — добавил я. — Её нужно трансформировать в обычную ману.

— Уже интереснее… — задумчиво пробормотал Илья Петрович. — Что-то подобное используют Пожарские в своих северных владениях. Но это уже из разряда индивидуальных разработок.

— А ещё амулеты должны принимать заряд в условиях аномальной зоны и успешно передавать его в родовую сеть, — закончил с описанием задачи я и артефактор удивлённо уставился на меня.

— А… Позвольте вопрос, ваша светлость… — осторожно произнёс учёный. — Обычно, когда кто-то из людей идёт в аномальную зону, им требуются все их силы и даже накопители с амулетами, чтобы выжить. К тому же, возникает очень серьёзное препятствие в виде границы аномалии, преодоление которого требует чудовищного объема энергии. Все ранние опыты в этом направлении были признаны неудачными…

— Потому что исследователи не сумели создать заряд нужной насыщенности, — закончил за артефактора я и тот азартно сверкнул глазами.

— Боюсь, за день мы не управимся, ваша светлость, — произнёс Илья Петрович. — И я был бы очень вам признателен, если бы вы позволили мне присутствовать на испытаниях вашего изобретения.

— Сначала нужно создать амулет, — приглашающе указывая на рабочую зону, ответил я.

Мы начала около девяти утра и после этого прерывались только дважды, чтобы перекусить. К девяти вечера наконец получилось связать всё воедино и после пяти неудачных попыток получили условно рабочий амулет. Условно, потому что без полевых испытаний гарантировать какой-то результат было невозможно.

Большакова отправлял в Себыкино чуть ли не силой, но всё равно пришлось пообещать, что я поделюсь с ним конечными результатами. Настю за этот день я так и не видел, зато Антип появлялся с завидной регулярностью. В районе одиннадцати вечера, слуга снова напомнил о себе. Я к этому времени уже закончил с работой и сидел в любимом кресле в гостиной, наслаждаясь треском камина.

— Скоро полночь, ваша светлость, — негромко произнёс Антип. — Если вы не передумали…

— Не передумал, — поднимаясь из кресла и уверенно шагая к выходу из дома, ответил я. — Охоте быть. Веди, рхаз.

Губернаторский дворец

г. Тверь

Великий князь Евгений Александрович Пожарский задумчиво стучал пальцами по огромному дубовому столу, за которым он сидел, глубоко погрузившись в роскошное кожаное кресло. Князь находился в раздумьях и единственный гость в его просторном кабинете не торопился прерывать думы князя.

Леонид Евгеньевич Зейд всегда тонко чувствовал своего господина, точнее, его настроение и прямо сейчас был несколько напряжен. Это выражалось, в первую очередь, в его позе. Обычно расслабленный и, по мнению многих других приближенных Пожарского — даже нагловатый, Зейд сейчас сидел на стуле с ровной спиной. В стеклянном стакане с серебряным подстаканником медленно остывал нетронутый чай.

Новости об их походе в аномалию были восприняты князем весьма противоречиво. В целом — задача была выполнена. Причем выполнена с минимальными потерями — всего два трупа и четверо тяжелораненых бойцов группы, ну а «легких» уже поставили на ноги и вернули в строй. Для такого глубоко рейда — это было очень и очень хорошо, тем более, что «кадровый резерв» Пожарских был, поистине, неисчерпаем. А сам Зейд, как и его господин, жил и действовал по правилу: «Выживают сильнейшие».

Но вот всё, что произошло в процессе самого похода, так сказать «побочные» явления и результаты, несколько расстроили князя. Начиная с доклада о Витязях, их экипировке, поведении и, самое главное, результаты «сканирования» самих членов «африканской» части дружины Разумовских.

Самое важное и неожиданное, конечно же — наличие среди дружины Разумовского одаренного с аспектом Смерти. Весьма сильного одаренного, между прочим! Пожарский, по своему обыкновению, немедленно проверил его, используя все свои связи и возможности, после чего задумчиво хмыкнул. На немой вопрос Зейда, князь просто повернул к тому монитор. На экране возникла карточка бойца.

Иван Иванович Иванов.

Одаренный.

Возраст: 27 лет.

Место рождения: Неизвестно.

Аспект: Смерть (потенциал неизвестен).

Принадлежность к роду: Простолюдин.

Ну и дальше абсолютно общая информация и близко не отражающая самой сути темнокожего мага. Да, фотография тоже отсутствовала, что было весьма странно для такой щепетильной организации как Бюро Надзора.

— Иван Иванович, значит, — не удержался от улыбки Зейд, но глядя в абсолютно серьезные глаза князя, тут же осекся. — Это же явный подлог документов, не так ли?

— Занимайся, Леня, своими боевыми делами. Они у тебя отлично получаются. И не лезь в бюрократию и крючкотворство, — у князя раздраженно дернулся глаз. — Всё в порядке с документами. Я не знаю, как они это провернули, но у него даже гражданство есть. И да, по паспорту он действительно — Иван Иванович Иванов, — князь поклацал мышкой и картинка на экране поменялась. — Вот.

Зейд бросил взгляд и увидел копию паспорта. Всё так, как и сказал князь. А дата выдачи паспорта — около года назад.

— Как они так смогли и кто этим занимался? — удивился Зейд.

На это Пожарский вздохнул еще раз.

— Привет от покойного Разумовского. Остатки привилегий. Ну же, Лёня! Напряги мозги!

Зейд нахмурился, но тут же вспомнил их собственный вояж с бригадой «Пепел» по всему миру. Да, князь был прав, Зейд никогда не любил, да и не хотел возиться с бумагами, презирая бюрократию. Но он вспомнил несколько перспективных иностранных одаренных, которых князь завербовал к себе в бригаду, помимо денег посулив гражданство Российской Империи. И выполнив свои обещания. Там было что-то про «боевые заслуги» и «высокую полезность для государства». И да, решал эти вопросы глава рода. Видимо, покойный Константин Разумовский оставил какую-то работающую процедуру для главы Витязей.