Если бы делал всё с нуля, то пришлось бы использовать массу разных ингредиентов и ресурсов. Когда защитный артефакт использует энергию какого-то аспекта для создания вложенных заклятий, то ему приходится строить их, как и любому магу. Только делает амулет подобное исходя из заложенных в него инструкций. Поэтому и сложно вместить много функций в маленький объект. Артефакторы, как обычные программисты, должны были прописать рунный код на поверхности объекта. Только программисты работали с виртуальной реальностью, а артефакторы и маги – с настоящей.

В моём случае всё было в десятки раз проще. Доступ к управлению родовой сетью у меня был абсолютный. Превратить готовый к использованию амулет в ещё одну ячейку защиты моего владения и добавить ей определённые функции оказалось не очень сложно. Точно легче, чем объяснить древней системе заклинаний почему пользоваться этой ячейкой будут какие-то посторонние люди, а не представители рода Разумовских. Но и с этой задачей я справился. А в течение следующих двух часов повторил это ещё семь раз. Все амулеты делал с возможностью удалённого контроля. Вернее, артефакты просто на постоянной основе транслировали в сеть состояние и местоположение своего носителя. А ещё я мог воздействовать на выделенные ячейки родовой сети при помощи её сил. Но надеялся, что эта функция мне не понадобится.

Пока ковырялся с амулетами, окончательно сформировал в голове предложение жителям Сумани. На выходе из подвала меня уже ждал с увесистым рюкзаком в руках Антип. Я благодарно кивнул слуге и поспешил к своему вездеходу. По пути в Сумань жадно ел и думал о том, что живу, как какой-то бродяга. Ем на ходу, сплю непонятно где и постоянно куда-то бегу. Единственное, что давало надежду и хоть как-то успокаивало – вся моя суета давала очень ощутимые результаты. И однажды я тоже буду сидеть с важным видом в дорогом кресле, раздавая указания множеству помощников. Но это точно будет ещё не скоро.

– Что у вас? – высадившись посреди посёлка и найдя старосту неподалёку от главного жилого здания, с ходу спросил я. – Логово нашли?

– Здравствуйте, ваша светлость, – вздрогнув от неожиданности, растеряно помотал головой Сашок. – Нашли. То есть, почти нашли. Не нашли. Но нашли кое-что другое.

– Так… – пытаясь понять, что именно ответил мне Берёза, произнёс я. – Хотелось бы услышать внятный ответ.

– Логово россожа не нашли, Ярослав Константинович, – сообщила подошедшая к нам Скопа. Лена выглядела усталой, но полностью довольной жизнью. – Слишком далеко и по пути очень много сильных монстров. Сильно больше обычного. Но там не потеряешься – явно заметны следы старого логова россожа. Даже на поверхности. Максимум придётся круг в пять-шесть километров прочесать подробно.

– Понял, – замедленно кивнул я. – А что тогда нашли, если не логово россожа?

– Рощу, – мечтательно ответил Сашок. – Настоящие огнеросты. Но без мага Жизни там делать нечего.

– А подробнее? – заинтересованно произнёс я.

Я знал достаточно много о самых распространённых обитателях аномальной зоны. Повадки наиболее часто встречающихся зверей жизненно необходимо было выучить на зубок. Но даже так иногда возникали пробелы, если мы сталкивались с чем-то более редким, вроде лент или ураганного вепря. А вот по поводу аномальной флоры мои знания были значительно скромнее. Времени этому аспекту я уделял меньше по одной простой причине – растения не могли передвигаться самостоятельно и попасть на территорию людей им было трудно. За редким исключением. Но такие исключения уже больше походили на обычных чудовищ.

– Огнеросты это мутировавшие сосны, ваша светлость, – охотно пояснила Лена. Сашок пребывал в каком-то странном состоянии. То ли слишком устал, то ли временно помутился рассудком. По крайней мере, адекватного участия в диалоге он не принимал. – Растут по одному, да и то, почти не встречаются. А роща… Роща это когда один огнерост сумел высеять потомство. На такое лет пятьдесят нужно. Не меньше.

– Для дерева не такой уж большой срок, – не понял восторгов Сашка и Лены я. – Если условия подходящие, то и быстрее может получится.

– Не для огнероста, Ярослав Константинович, – будто вынырнув из полусна, замотал головой Сашок. – Вы простите, меня пылью накрыло. Ветер резко сменился. Это к вечеру пройдёт.

– Пылью огнероста? – понимая, что начинаю терять нить повествования, уточнил я.

– Ей самой, – кивнул староста и тяжело уселся прямо на землю. – Я ещё ничего, а Рыжик вообще потерялся от пыльцы этой. Сильная роща попалась. Старая очень.

– Лена? – хмуро посмотрев на девушку, произнёс я.

– Иди к себе, Сашок, – помогая парню подняться, с теплом и заботой в голосе произнесла Скопа. В её исполнении звучало это так непривычно, что я невольно покачал головой. – Я позже приду, как с князем поговорю. А ты поспи пока.

– Ага… – рассеянно кивнул староста. – Ага… Только ты не задерживайся.

– Это действительно стоящая находка? – когда Берёза ушёл, сразу перешёл к делу я. – Что за пыльца?

– Давайте я обо всё по порядку расскажу, ваша светлость? – пару мгновений помолчав, предложила Скопа. – А то так непонятно совсем будет.

– Давай, – согласился я. – И княжну заодно поищем.

– Так она на ферме, Ярослав Константинович, – тут же ответила Лена. – Даже спальник свой приказала перетащить в логово улитки. Также ещё несколько ребят из её отряда поступили.

– Отряда? – удивлённо переспросил я и Скопа уже хотела ответить, но я её остановил. – Об этом потом. Сначала огнерост.

– Сосна-мутант, – пожав плечами, спокойно начала рассказывать девушка. – Отличается малым ростом и красной горячей хвоей. Вырастает до пяти метров. Древесина считается одной из самых ценных для создания артефактов аспекта Огня. Настолько ценной, что в нашей аномалии почти не осталось этих деревьев вообще.

– Интересно, – хмыкнул я. В качестве разового дохода вариант был достаточно перспективным, но тратить на него силы и время прямо сейчас я посчитал не очень разумным.

– Это та часть, о которой известно всем жителям защитных кругов аномальных зон, – улыбнулась Скопа. Мы подошли к зданию фермы и, пропустив спешащих нам навстречу двоих мужчин в маскировочных халатах разведчиков, зашли внутрь. – Пару раз за последние годы мы находили рощи огнеростов. Одну уничтожили дружинники князя Антипова, а вторую сожрала стая теневиков. Я видела, как это происходило и могу сказать, что огнеросты очень дорого продали паукам свои жизни.

– Не понял, – честно признался я. В этом не было ничего унизительного или постыдного. Особенно когда разговаривал с человеком, превосходящим тебя в каком-то вопросе.

– Одно дерево обладает удивительными свойствами и аспектом Огня, – пояснила Лена. – Для растений это вообще редкость. Поэтому размножаться огнеростам очень сложно. Но если такое случается, то свойства всех деревьев в роще сильно меняются. Они становятся почти неотличимыми от обычных деревьев. Сила аспекта увеличивается пропорционально количеству деревьев и уходит в корни. Если на территории рощи появляется что-то живое, то оно мгновенно сгорает, становясь топливом для роста деревьев. Чем больше топлива, тем больше роща. Только за пределами аномальной зоны они расти не могут. Мы пробовали ветки приносить, но они сразу умирают на нашей стороне.

– Пыльца? – уточнил я.

– Пыльца появляется только когда роща разрастается в количестве примерно пятидесяти деревьев и больше, – ответила Скопа. – По крайней мере, на малой роще, которую уничтожили антиповцы, её не было. Работает как сильнейший феромон для всего живого и заставляет любить и обожать огненный деревья. Зовёт прикоснуться к ним… Я еле смогла оттащить Сашка и Рыжика. Иначе бы сгорели до тла.

– Вот как… – обдумывая слова девушки, протянул я. – А зачем нужен маг Жизни?

– Мы пару раз пробовали пересадить огнеросты, ваша светлость, – ответила Лена. – Они умирают уже через сутки. Сашок считает, что в этом они похожи на живые организмы. Если рядом будет маг Жизни, то сможет удержать отросток от гибели. И через пятьдесят лет будет ещё одно полноценное дерево. А там может и роща своя появится.