Однако, Иван только краем прошёлся по темам, которые могли привести к такому итогу. А насчёт гона спросил самые очевидные вещи. Что тогда он проверял? Почему я постоянно ощущал на себе давление его дара и только в последний момент обнаружил второй аспект? И почему собеседник сказал о том, что мне стоит поработать с остатками камня из логова россожа?

— Ярослав Константинович? — неожиданно прозвучал справа от меня голос Зейда. — Там ваша сестра уже некоторое время собирает вокруг себя армию союзников…

— Для чего? — повернувшись к Водяному, рассеянно спросил я. Леонид Евгеньевич смотрел на меня с каким-то непонятным интересом. Позади мага стояли немного взбудораженные охранники дворца.

— Краем уха я слышал разговоры о том, что они пойдут прочёсывать губернаторский парк, но я уговорил их подождать и дать мне время на ваши поиски, — слегка улыбнулся Водяной. — Должен признать, что я не ожидал, что на ваши поиски уйдёт почти час. Мы десять кругов тут уже навернули. Даже думали, что вы покинули территорию дворца. Где вы были всё это время, ваша светлость?

— Гулял, — размыто ответил я. — Должно быть, мы просто разминулись.

— Конечно, — серьёзно кивнул Леонид и жестом приказал охране расходиться. Почти два десятка бойцов и несколько магов. И это только те, кто был рядом с Зейдом. — Я тоже так подумал. Идёмте, Ярослав Константинович. Там уже скоро перейдут к основной теме вечера. Начнут, скорее всего, с особо отличившихся во время гона тверских дворян.

— Такие тоже есть? — выныривая из своих размышлений, удивлённо спросил я. — В Твери тоже были прорывы или я чего-то не знаю?

— Прорывов не было. Но причастными к великой победе хотят быть многие. За очень редким исключением, — на последних словах Леонид усмехнулся, явно что-то вспомнив. Мы почти дошли до входа во дворец губернатора. На просторном крыльце стояли отдельные группы людей. Начало мероприятия уже осталось позади, и аристократы привычно разбивались на компании по интересам. — Впрочем, я к такому уже начал привыкать, когда речь заходит о Разумовских.

— Что вы имеете в виду? — вежливо кивая редким знакомым озадаченно спросил я.

— Далеко не все тверские дворяне хотели участвовать в обороне города, — ответил Зейд. Перед нами открыли массивные двери из которых хлынул шум веселящейся толпы людей и музыка. — Многим было жизненно необходимо уехать на некоторое время в столицу. По важным делам или в гости к родственникам.

— В этом нет ничего плохого, Леонид Евгеньевич, — хмыкнул я. — Такие люди, чаще всего, не сильно влияют на общую обороноспособность.

— Евгений Александрович тоже так считает, — кивнул Зейд. — Но ополчение из кого-то формировать было нужно. Угроза гона девятого уровня требовала создания полноценной защитной линии из мелких родовых дружин. Некоторых пришлось вынуждать выполнить распоряжении губернатора. Хотя и по разным причинам.

— С теми, кто просто хотел уехать, всё ясно, — произнёс я. — Кто ещё?

— Те, кто горел желанием вступить в бой, — пояснил Зейд. — Кто-то рванул на помощь тем родам, которые объявили о своих проблемах. А кто-то всё ждал, когда уже Разумовские сделают то же самое, чтобы можно было прийти к ним на помощь.

— Даже так? — удивлённо поднял брови я. Одно дело — на словах выказывать поддержку на светских мероприятиях. Этим занимались очень многие. И совсем другое — пытаться реально помочь в отражении атак аномальных монстров. Тут и погибнуть можно…

— Даже так, — улыбнулся Водяной. — Знаете кто возглавил ополчение тверских дворян?

— Понятия не имею, — честно признался я.

— Барон Ожегов, — сообщил Зейд. — Этот молодой человек первые дни гона пытался вырваться из Твери, чтобы присоединиться к вашей дружине со своими силами. Пока ему подробно не объяснили, что подобное может быть воспринято, как нарушение законов Российской Империи. После этого барон смирился и пустил свою энергию в другое русло. И к этому многие оказались не готовы. На данный момент, светлейший князь Пожарский принял решение принять разработанную бароном Ожеговым многоступенчатую систему защиты Твери, как основную и обязательную к исполнению в период чрезвычайных обстоятельств. А эта схема в последний раз менялась больше сорока лет назад. Причём в прошлый раз инициатором был кто-то из ваших родичей, Ярослав Константинович.

— А вот и он! — возмущённо воскликнула Настя. Девушка заняла со своими союзниками левый угол зала и явно готовилась к активным действиям. Я увидел рядом с сестрой барона Кострова и младшего княжича Антипова. Чуть дальше стояли Старковский, Новиков и Корчаковский. Ожегов держался чуть в стороне, будто не решаясь присоединиться к остальным, а компанию барону составляли граф и графиня Калинины.

— Не гневайтесь, Анастасия Константиновна! — ещё на подходе поднял руки Леонид Евгеньевич. — Как и обещал, возвращаю вам вашего дорого брата в целости и сохранности. Как и говорил с самого начала, князь Разумовский изволил гулять по парку, а не стоять в толпе гостей.

— Добрый вечер, господа, — поздоровался я. — Прошу меня простить за доставленные неудобства. Так вышло, что я не очень люблю шумные собрания. Нужно было предупредить Анастасию Константиновну, что я буду отсутствовать некоторое время. Я пропустил что-то интересное?

— Только прибытие генерал-лейтенанта Полякова, — ответил за всех Старковский. — Военные приехали высшим офицерским составом своего корпуса и произвели настоящий фурор среди женской части гостей.

— Фурор… — не сумел сдержаться Антон Антипов. — Мне довелось прочитать материалы о подвигах этого человека во время этого гона, и я вообще удивлён, что нас сюда пригласили. Уже после трёх статей у меня сложилось стойкое ощущение, что генерал-лейтенант едва ли не в одиночку отстоял границу владений графа Старковского.

— Господин Поляков мыслит очень творчески и масштабно, — без особого энтузиазма попытался оправдать военного Иван Николаевич. — Но стоит признать, что его офицеры действительно выглядят образцовыми военными. Дамам подобное очень импонирует.

— Не всем, — произнесла Настя. — Далеко не всем. К счастью, на этом приёме сегодня много разных гостей. Пожалуй, я вас покину, господа. Раз прогулка моего брата успешно завершилась, я хотела бы наконец расслабиться и отдохнуть.

— Вы полностью в своём праве, Анастасия Константиновна, — произнёс я. — Желаю вам, чтобы этот вечер завершился без происшествий.

— И я вам желаю того же, Ярослав Константинович, — холодно ответила девушка.

— Обиделась, — понимающе произнёс Костров, когда Настя отошла достаточно далеко. — Но пожелание хорошее. Толковое.

— Соглашусь, — произнёс я, а потом увидел, как в нашу сторону целеустремлённо проталкивается несколько крепких ребят. Никого из них я не знал, а вот они меня точно знали. — Только оно вряд ли сбудется.

Аспект приближающихся одаренных был виден издалека. Причем, не только внутренне, но и внешне. Аспект Земли делал своих адептов похожими на земляную глыбу — мощную и несокрушимую. Стоящий рядом со мной барон Костров был тому ярким примером.

Вот только если Игорь Юрьевич был больше похож на замшелый здоровенный булыжник, веками лежащий на пути воды и перенесший испытания временем и стихиями, то идущие ко мне мужчины были «камешками» молодыми, хотя и довольно «крепкими».

— Ваша светлость, разрешите отрекомендовать себя и моих братьев. Зиновьев Григорий Викторович, — смело начал самый старший из них, после легкого уважительного кивка. — Мои братья — Сергей и Семен Викторовичи. Ваше благородие, — учтиво поклонился он Кострову.

— Привет, Гриша, — по-доброму, но немного смущенно улыбнулся барон. Странное сочетание для старого вояки. — А говорят огневики самый импульсивный и резкий аспект. А тут «родичи» решили взять быка за рога.

— Разумовский, — коротко, но вполне дружелюбно, представился я. Больше из вежливости, так как было очевидно, что молодые люди подошли ко мне целенаправленно. Ну, как молодые. Старший видимо был инициатор беседы и навскидку ему было тридцать с небольшим. Два других были явно младше тридцати, а от худощавого Семена явно веяло вторым аспектом Воздуха.