— Думаю, вам нужно возвращаться к управлению своим владением, Ярослав Константинович, — нейтрально произнёс Бестужев, но я видел, что барон с трудом скрывает улыбку. — Своих людей я найду самостоятельно. Спокойной ночи, ваша светлость. Благодарю вас за помощь.

Я кивнул и первым вышел из машины. Толпа у ворот тут же радостно взревела, будто фанаты, увидевшие на футбольном поле свою любимую команду. Персона легендарного защитника отечества и лучшего боевого мага страны, который вышел из автомобиля следом за мной, никого не интересовала. Волк, воспользовавшись всеобщим вниманием ко мне, незаметно ушёл в сторону и скрылся за воротами посёлка.

— Здравствуйте! — жестом попросив чуть сбавить радостные крики, произнёс я. — Мы только что были на встрече с губернатором Твери. Гон официально завершён. Не только у нас, но и по всей стране. Поэтому мы наконец можем вздохнуть спокойно и вернуться к нормальной жизни. Я рад, что все дожили до этого момента и рассчитываю на вашу помощь. В ближайшее время у нас будет много работы. Настолько много, что я даже не знаю, с чего начать…

— А что за работа? — с широкой улыбкой на лице, спросил Пескарёв. Он, как обычно, был готов сходу врубиться в любую задачу.

— Тяжёлая работа, Олег Дмитриевич, — улыбнулся я в ответ. — Нужно будет обеспечить всем жителям моих владений такой уровень жизни, чтобы даже в столице только и говорили, как хорошо всем на землях Разумовских. Нужно будет так сделать, чтобы люди не боялись оставить детей без присмотра. Чтобы семьи заводили и родичей звали, потому что в будущем своём уверены на все сто процентов. Тут никаких ресурсов и денег не хватит. Тут человеческие руки нужны. Только ими будущее можно построить.

Люди на площади притихли и начали переглядываться между собой. Я видел, как постепенно до них доходит смысл моих слов. Как они начинают обсуждать и прикидывать варианты. Такое обсуждение было одним из главных факторов дальнейшего развития ситуации. Только после того, как люди смогут поверить в то, что они действительно способны всё изменить, получится выйти на длинный путь восстановления рода Разумовских. Потому что без людей у аристократов останутся только громкие фамилии и амбиции. Никакая магия не поможет дворянам прокормить себя и защитить свои владения.

А ещё я заметил барона Бестужева, который стоял на территории посёлка, прислонившись плечом к стене барака. Рядом с Волком стояли двое его ближайших подчинённых и все три егеря внимательно слушали мою речь.

— И то верно, ваша светлость! — наконец высказался за всех Пескарёв. — Рук-то у нас хватает. Вы только скажите, куда силы приложить, а мы уж не подведём! Верно я говорю?

— Верно!!! — выкрикнул кто-то из толпы и тут же поднялся настоящий гомон. — Правильно говоришь, Дмитрич! Кто ещё, как не мы? А уж Ярослав Константинович укажет, что делать! Не подведём!

— А теперь давайте по домам все! — приказал я. — Отдыхать надо. Мне работать утром, да и вам тоже.

Люди начали расходиться. Бурное обсуждение возможных перспектив продолжилось. Пескарёв что-то на ходу втолковывал старосте Сумани. Жители двух населённых пунктов стремительно сближались, пытаясь найти общие точки для сотрудничества. А я точно знал, что таких точек достаточно много. На стремительно пустеющей парковке остались дружинники.

— Ну что, орлы? — тепло улыбнулся я. — Отпуска, зарплата и премия? Могу ещё сказать, что без вас бы рухнуло тут всё давно уже. Но это вы и так знаете.

— Сейчас и так на границе будет, как на курорте, ваша светлость, — усмехнулся в ответ Серый, а все остальные дружинники начали улыбаться. — Тварей выбили по полной, деревья почти всю границу перекрыли. Только и остаётся, что ловушки проверять.

— Значит, много людей не понадобится, — кивнул я. — Всем к семьям и детям. У кого нет, те сами разберутся. Николай Петрович, сделай график отпусков на ближайшие две недели.

— Завтра займусь, — отозвался Аршавин. Я вдруг понял, что Шатун предельно серьёзен и это мне не понравилось.

— На пару слов, — кивнув в сторону леса, произнёс я. Мы отошли к краю парковки и я внимательно посмотрел на Шатуна. — Что такое, Николай Петрович? С княжнами что-то? Где они?

— С вашими сёстрами всё в порядке, Ярослав Константинович, — тут же ответил Ратай. — В Сумани они. Решили не беспокоить егерей и не привлекать лишнее внимание.

— Что тогда? — требовательно спросил я. — Выкладывай!

— Малышня россожей заболела, — опустив глаза, тяжело вздохнул Аршавин. — Сутки почти. Как шарахнуло по всему подземелью вспышкой энергетической, так и лежат.

— А чего раньше не сказал? — нахмурился я. — Знал же где я. Мог связаться.

— Вепрь сказал, что вы с Бестужевым куда-то по очень важному делу сорвались, — снова вздохнул Шатун. — Сёстры ваши сказали, что не нужно вас беспокоить. Они от россожат не отходят. Пытаются что-то сделать, но пока не выходит ничего. А мы с ребятами переживаем. Сильно нам мелкие во время волны последней помогли. Может перенапряглись просто?

— Может и так, — не стал спорить я и, взглянув на ночное небо, добавил. — Поехали в Сумань. Заодно по пути мне расскажешь, что и как у вас тут происходило.

Ратай молча кивнул и направился к ближайшей машине. Видимо, поспать сегодня если и получится, то не очень долго. Зато увижу сестёр. Я по ним уже порядком соскучился. Бешеная гонка последних недель наконец завершилась и можно было нормально отдохнуть. Пообщаться с семьёй, заняться восстановлением семейного бизнеса… На лице сама собой появилась саркастическая улыбка. Верил ли я, что получится долго и беспечно отдыхать? Скорее нет. Хотел ли я использовать временную передышку по максимуму? Определённо, да!

— Мне и нечего особо рассказывать, Ярослав Константинович, — выехав с парковки, произнёс Аршавин. — По сравнению со всеми соседями, у нас тишина полнейшая стояла. Наверное из-за того, что весь крупняк вы с егерями до этого выбили, а мелочь пожрали тёмные твари, которые к Антиповым ворвались.

— Ты про россожей говорил, — напомнил я. — Они же вас зачем-то перемещали?

— Больше для подстраховки, ваша светлость, — ответил Ратай. — Огнеросты чётко отрабатывали. Да ещё ваша сестра на себя управление родовой сетью взяла. Плюс барьеры стационарные и накопители для магов. Ребята Грифа по максимуму ваш приказ отрабатывали. Нам только добивать особо живучих зверей приходилось. Там и было-то всего с десяток четвёрок в самый горячий период. Мы заранее россожей провезли по ключевым точкам, чтобы они всё пометили. Би и Бо оперативные группы таскали. Считай, сотня бойцов Рыкова всю границу держала. Мои ребята защиту магов обеспечивали. Всё по уму сделали. Ещё и резерв стоял нетронутый.

— Хорошо, — кивнул я. На самом деле, это было не просто хорошо. Подобрать нужные слова не получалось, но от случайностей всё равно никто не застрахован, поэтому я с некоторым напряжением спросил. — Потери?

— Убитых нет, — коротко ответил Шатун и я откинулся в кресле, прикрыв глаза.

Главная ответственность любого владетеля — жизни его подданных. Так было в те времена, когда я связывал себя с первыми носителями моей силы, так было и сейчас. Можно было найти тысячу причин того, почему я обязан был пойти с Бестужевым в глубинный рейд. Но ни одна из них не могла стать достаточно весомой, если бы сейчас Шатун мне сказал, что на защите владения полегла половина дружины.

Это недопустимо. Да, это был тот выбор, который иногда нужно делать, но которого всегда хочется избежать. В будущем не допустить подобного могло только могущество рода Разумовских и его влияние. Это дополнительные ресурсы и средства. Это лучшие маги и артефакты. Отборные бойцы и качественная подготовка новобранцев. И всё это было мне нужно уже сейчас. Вернее, ещё вчера. Достаточно вспомнить барьеры Воронцовых и весь запас артефактов, переданных светлейшим князем, чтобы сделать простой вывод — имея достаточно денег, можно спасти много жизней.