Кроме Кей меня интересовало положение дел Такахаси. Старик всё ещё сопротивлялся, однако сбежать уже не пытался. Надменность на его лице сменилась обречённостью. Ещё бы, когда против тебя выступает глава твоей же страны, то становится вовсе не до веселья.

Именно император Юкихито сейчас противостоял человеку из своей же делегации. Остальные японцы были либо повержены, либо старались не вмешиваться в поединок своего лидера. Оно и понятно, Юкихито так рассвирепел, что от него шла весьма скверная аура, отпугивающая всяких инициативных личностей.

Вмешиваться в сражение представителей страны восходящего солнца я также не стал. А вот отказать себе в помощи обычным воинам, что сошлись в битве с остатками ёкаев, я не смог.

Несколько десятков точечных ударов исподтишка, и романовцы выдыхают. Переживать по поводу того, что я не сошёлся лицом к лицу с восточной нечистью, посчитал излишним. На кой ляд я тогда тварь из Теневого пространства изгонял, как не для того, чтобы этой самой Тенью пользоваться?

К тому моменту, как все ёкаи были уничтожены, император Юкихито уже одолел Такахаси и вёл беседу с главой Российской империи. Лица у обоих были чересчур серьёзными, что было совсем неудивительно.

Как виновник торжества, я посчитал своим долгом присоединиться к разговору двух императоров. А они, казалось бы, только этого и ждали, потому как стоило мне подойти ближе, то Юкихито воодушевился, а лицо Михаила стало ещё более смурным, чем было во время разговора наедине с лидером страны восходящего солнца.

— Миша, ну чего ты на меня так смотришь? Лучше бы поблагодарил меня за то, что тебе не придётся разбираться с Японской империей на поле брани, — указал я на венценосного коллегу Романова. — Уверен, что Такахаси стоит и за теми вещами, что мы видели в лесах близ Владивостока.

— О чём вы говорите, Александр Петрович? — сходу спросил Юкихито на чистом русском языке. — Я, конечно, понимаю, что поступок главы весьма уважаемого клана Японской империи из ряда вон выходящий. Но смею надеяться, что нам удастся оставить данный инцидент вне известности широкой общественности. Конфликт с великой страной, которой первой удалось избавиться от иномирцев, весьма нежелателен.

— У нас есть сведения полагать, что кто-то из представителей Японской империи связан с иномирцами, — заявил Михаил, не став делать из этого тайны.

— Ставлю свой завод, что это Такахаси, — улыбнулся я. — Уж больно болезненно старик воспринял наличие у меня кицунэ. А если взять в учёт тот факт, что недавно ко мне присоединилась Юри, которая и указала на страну восходящего солнца, то… — я отрицательно покачал головой, показав, что более чем уверен в правоте своих слов.

Романов в очередной раз нахмурился. Черты его лица заострились, превращая главу Российской империи в хищника, вышедшего на охоту.

— Почему вы сохранили жизнь Такахаси? — холодно спросил он у восточного коллеги.

— Он глава одного из самых уважаемых кланов моей империи, — поморщился Юкихито. — Если бы я избавился от него здесь и сейчас, то последствия были бы незамедлительными.

— То есть вы предлагаете нам спустить произошедшее на тормозах? — жаргонно спросил я.

— Нет, что вы, Александр Петрович! — возмутился Юкихито. — Такахаси, как и все причастные, понесут заслуженные наказания, о чём я обязательно сообщу, предоставив все необходимые доказательства. Будь у меня данные, подтверждающие участие иномирцев в делах Такахаси…

— Мы их дадим, — строго произнёс Романов. — Но лишь после того, как убедимся в серьезности ваших намерений.

— В ином случае я лично явлюсь к вам в гости, дабы спросить сатисфакции. Никто меня не остановит, — добавил я, глядя Юкихито прямо в глаза. — И это не угроза, Ваше Императорское Величество, а лишь предупреждение, которое легко может стать явью.

Похороны пустого гроба, в котором должно было находиться тело Алексея Романова, закончились весьма быстро и сумбурно. Его просто спустили в склеп, после чего закрыли решётчатые ворота в усыпальницу. В этот момент за этим процессом следили лишь Романовы и, должно быть, я. Остальные, в свою очередь, справлялись с последствиями минувшего сражения.

После Михаил сразу отправился давать комментарии по поводу того, с какой же целью ему пришлось использовать Темницу Рода Романовых. Романов-старший решил поддержать своего сына, когда мать пошла приглядывать за Екатериной и Татьяной. Обе принцессы и без того были морально подавлены, а здесь им пришлось с внезапным нападением справляться.

Император Юкихито же собрал остатки своей делегации и то, что осталось от Такахаси, после чего незамедлительно отправился в Японию. Настроения не предполагали к длительному нахождению восточного лидера на территории Российской империи. Нам лишь оставалось ждать того, как он поступит с кланом, что предал его, дабы добраться до меня и моих кицунэ.

Покинув императорский дворец, я даже ненадолго замер, когда оказался в автомобиле. Впервые за долгое время мне не нужно было нестись куда-либо сломя голову, чтобы спасти, защитить или ещё как-нибудь помочь. Я буквально оказался предоставленным самому себе.

Понятное дело, что проблем, связанных с Родом, всегда хватает и будет хватать, однако сейчас я волен самостоятельно выбрать, чем заняться. И выбор мой пал на проблему с ошейниками, блокирующими ток энергии. Разработка моих кузнецов-иномирцев и Шелкова попала не в те руки. С этим необходимо было разобраться уже давно, однако ситуация, мягко говоря, не располагала.

Приняв решение, я вернулся в Родовое имение, где сразу же отыскал Кузнецова. Именно ему было поручено разобраться с тем, кто такие Ковровы и каким образом у них оказалась продукция нашего Рода, ведь поставлялась она лишь ограниченному количеству лиц. К сожалению, в число последних входила Тайная Канцелярия, и несмотря на то, что Ирэн плотно занялась организацией, люди бывают разные.

Виталий Фёдорович нашёлся в гостиной, где он разбирал десятки писем. Все они были высланы на его имя, а потому и вскрывать их приходилось ему самому.

— Неужто женитьбу предлагают? — усмехнулся я вместо приветствия.

— К счастью, нет, — улыбнулся в ответ мужчина, после чего поднялся на ноги. Мы поздоровались и расселись уже разом. Виталий Фёдорович принялся аккуратно собирать письма обратно в конверты, приговаривая: — В основном, это отчёты из дальних мест, куда обычными средствами связи дотянуться нет возможности.

— Вот оно как… Может, тогда есть вести по Ковровым и нашим ошейникам? — закинул я удочку, перейдя сразу к делу.

— Всё весьма неоднозначно, — нахмурился Кузнецов. — Сами Ковровы перестали существовать в тот роковой день.

— Поясни, — заинтересованно попросил я.

— Признаюсь, в первую очередь меня, как главу службы безопасности, заинтересовал даже не тот факт, что у них оказались артефакты, изготовленные нашими мастерами, а то, что они торговали людьми. Молодыми девушками, в частности, — я кивнул, предлагая мужчине продолжить. — Однако вопросов задать никому возможности не оказалось: всех членов этого немногочисленного Рода нашли мёртвыми. В абсолютно разных местах и с разными причинами смерти. Одного из них, самого старшего, нашли в туалете с простреленной грудью. Арбалетным болтом…

— Смерть весьма незавидная, — хмыкнул я. — Кто-то, кто забрался повыше, обрубал концы?

— Я тоже сделал такой вывод, и принялся копать дальше, подключив Ирэн, — продолжал рассказ Кузнецов. — Казалось бы, какие-то следы должны были остаться.

— Однако?

— Однако всё попросту было уничтожено, включая всю документацию. Остались лишь мёртвые тела Ковровых, разбросанные по стране. А те аристократы, кто так или иначе был связан с Ковровыми, не смогли сказать ничего толкового, будто не помнили о них, — пожал плечами глава службы безопасности. — Складывалось впечатление, что этого Рода не существовало вовсе. Честно признаться, я хотел опустить руки, но Ирэн заявила, что к делу могут быть причастны демоны.