Это было заметно по их усиленной ауре. Правда, после окончания всё вернулось к прежнему состоянию, но тут главное тренировки и ещё раз тренировки. Думаю, с третьего или четвёртого раза они смогут попасть в Духовное пространство. К тому же, я намеревался использовать зелье, которое должно облегчить эту задачу.

После часа мучений Лакросса с Вероникой буквально сорвались с места и заперлись в комнате синеглазки. Как они объяснили, им необходимо заранее начать готовиться: причёска, макияж и все дела. Я отмахнулся от этого руками и ногами.

За дверью Агнес что-то взорвалось, и из-под неё пополз жёлтый дым. Но крик гоблинши: «Я в порядке!» — меня успокоил.

В четыре часа в дверь постучали. За порогом стоял статный мужчина среднего роста в чёрном фраке с белой сорочкой, фуражкой шофёра на голове и в белых перчатках.

— Барон Дубов? — вкрадчиво спросил он.

— Чем обязан? — скрестил я на груди руки. Гостей я не ждал. Да и не любил их никогда.

— Его Императорское Высочество Владислав прислал за вами лимузин.

Ясно. Значит, за нами всё-таки проследили. Хотя я зарегистрировался под своим именем, так что, возможно, никакой слежки и не понадобилось. Впрочем, всё равно не люблю неприятные сюрпризы. По крайней мере, если в дороге что-то случится, буду знать, кто нас подставил.

Я посторонился, пропуская водителя в прихожую. Я уже был почти одет, только набросил смокинг и поправил бабочку на шее.

— Мы ожидали другого водителя, — нарушил я молчание.

Шофёр снял фуражку и склонил голову.

— Анатолия больше нет с нами.

— Он умер? — севшим голосом спросил я. Жаль беднягу, если так…

— Это неизвестно, Ваше Благородие. Но мы предполагаем, что да. Мы нашли его лимузин на севере от столицы, на границе диких земель. Судя по всему, его пытали, а затем… Мы надеемся, что он сбежал, но… Кто-то добрался до него. В полиции говорят, что этот кто-то выслеживал его последних пассажиров, то есть вас… Из следов обнаружили только пятна крови и бумажный пепел.

Я задумался. Вот как тот Чёрный байстрюк узнал, в какой стороне нас искать. А дальше выследить было делом техники. Чёрт. Надеюсь, хоть лесник не пострадал.

— А вы откуда столько знаете?

— Я же водитель, Ваше Благородие. Главное качество шофёра — умение слушать, когда это необходимо.

— Ясно, — протянул я. Шпионы. Шпионы повсюду в этом городе! — Соболезную вашему коллеге. Хороший мужик был.

— Да, — грустно ухмыльнулся водитель. — Знал город лучше, чем свои пять пальцев.

— Будьте уверены, если он погиб, то уже отомщён, — отчего-то мне захотелось подбодрить работягу. — Но, кто знает, может, Анатолию удалось сбежать…

В его глазах отразилось смятение, но затем он очень медленным и выверенным движением надел фуражку обратно и отцентрировал её, прикоснувшись к козырьку ребром ладони. Наклонив в лёгком поклоне голову, с благодарностью произнёс:

— Да, Ваше Благородие.

— Уже пора? — в коридор выглянула суматошная брюнетка. На её голове был форменный бедлам.

— Да, скажи Лакроссе, что нас уже ждёт машина, — обернулся я.

Послышался лёгкий цокот каблучков, и в прихожую вошла оркесса. Сзади раздался грохот упавшей фуражки, и она выкатилась мне под ноги. Да что тут говорить, у меня самого челюсть отвисла! Теперь я понимаю, чего они так носятся с этим балом…

Выглядела Лакросса просто… Чёрт, сказать «сногсшибательно», значит, оскорбить её! Вероника поработала на славу: такого красивого платья я никогда не видел. Не могу сказать, что я знаток, но повидал некоторое количество красивых девушек в красивой одежде. Такого великолепия я не видел никогда.

Платье выглядело нарочито простым, но, я был уверен, каждый стежок, каждая складка ткани выполняла строго определённую функцию. Длиной до пола, красное, с обнаженной спиной и декольте, которое подчёркивало идеальные формы девушки. Казалось, что оно целомудренное, но длинный разрез почти до талии, в который проглядывала бархатная кожа цвета бронзы, разом разрушал эту иллюзию.

Волосы девушка заплела в косу, но она начиналась не сразу от макушки, а сперва их стягивали несколько широких колец, похожих на трубку. Выжженная прядь обрамляла лицо с неброским макияжем.

Лакросса потупила ехидный взгляд, довольная достигнутым эффектом. Она прошла мимо меня к выходу, изящно подняв фуражку шофёра и шепнув на ухо:

— Так мы пойдём, или ты хочешь ещё посмотреть?

Жизнь полна соблазнов. Но мы и правда должны идти, раз сам царевич за нами машину прислал.

Спустились на лифте в холл. Лифтёр, пока ехали, отчаянно косился на девушку, стоявшую рядом со мной. Переживая за его зрение, я протянул руку сбоку от его щеки и повернул голову, чтобы та смотрела прямо на дверь. Парень покраснел до кончиков ушей.

Девушку я пропустил вперёд. Не мог не полюбоваться её чудной фигуркой и двумя идеальными персиками пониже спины. Да, думаю, такой красивой оркессы императорский дворец ещё не видел.

Снаружи нас дожидалась белоснежная машина с длинным капотом и просторным салоном. Множество золотых вставок и украшений внутри и снаружи кричали о высоком статусе владельца. Несколько парочек смотрели нам вслед, когда я помогал Лакроссе сесть в салон. Даже не знаю, на что они пялились больше: на машину, на девушку или огромного полуогра, её сопровождавшего.

Когда выехали на одну из центральных улиц, начался час пик. Но к нам, вырулив с парковок, пристроились машины полиции, разогнавшие поток, чтобы мы могли проехать быстрее. Сервис, ничего не скажешь.

Так что во дворец мы приехали всего за час. Всё это время девушка смотрела то в окно, то на меня, пряча смущенную улыбку.

— Хорошо выглядишь, — сказала она, когда мы подъезжали ко дворцу.

— Думаю, мой взгляд красноречивее комплиментов, — ответил я на любезность.

Подъездная дорожка была сплошь забита конными экипажами и дорогими машинами, а воздух пестрел от платьев, фраков и костюмов дворян. К балу всю территорию украсили. С деревьев свисали фонарики и гирлянды. Повсюду сновали слуги в белых блузках и предлагали гуляющим напитки.

Когда мы наконец подъехали к главному входу во дворец, слуги открыли нам двери, а затем услужливо проводили внутрь. Лакросса взяла меня под локоток и постаралась держаться ближе. Было видно, что её смущает всё это великолепие.

В этой части дворца мне бывать не доводилось. Две огромные двери вели сразу внутрь, где после небольшого коридора располагался огромный бальный зал. Я слегка (ладно, не слегка, но я же скромный человек) возвышался над остальными людьми, потому мог смотреть поверх их голов. Перед нами выстроилась небольшая очередь. Статный мажордом с сединой на тёмных висках объявлял всех вновь прибывших, заодно сверяя их имена со списком гостей.

Но перед тем как дойти до него, нужно было пройти через специальные рамки, которые улавливали оружие и магические артефакты. Когда нас проверили всеми возможными способами, я мысленно поблагодарил Агнес за изобретение неотслеживаемого пространственного кольца.

Сам зал был украшен ещё помпезнее, чем сад. Наверху висела огромная люстра на несколько тысяч магических свечей, стены украшены золотом, а еще огромные окна и высокий потолок. Напоминал бальный зал в Пятигорской ратуше, только больше и богаче обставленный. Также были столики с закусками, диваны, специальные уголки для игры в карты и просто для отдыха и бесед.

— Княжна Потёмкина из Великого Новгорода и княжич Черноусов из Владимира! — зычным голосом объявил мажордом пару перед нами. Высокий сухопарый юноша и прелестная блондинка на голову ниже его.

Несколько человек оглянулись на вошедших и помахали руками, приветствуя их и подзывая к себе.

Настала наша очередь.

— Как вас представить? — шёпотом спросил мажордом.

— Барон Дубов и Лакросса Морок, — ответил я.

Мужчина слегка ссутулился, наклонившись над резным пюпитром со списком гостей на нём, и близоруко прищурился, поправив монокль на глазу. Кивнул, ставя галочки напротив наших имён.