Помимо всего прочего, у иномирцев имелись артефакты, нарушающие целостность моей техники. Внутри Теневого Облака образовывались своеобразные островки безопасности, внутрь которых моей стихии ходу не было. Да и я сам бесконечно не мог поддерживать технику такого масштаба, поэтому стоило моим бойцам занять позиции на стене, как я безэмоционально погасил свою технику, открыв нас всему миру.

Большинство обороняющихся собралось либо внутри немногочисленных зданий, либо как раз-таки в «островках безопасности», так как они, очевидно, были наслышаны обо мне от своего господина и в них присутствовал страх быть мною убитым. Могу с уверенностью заявить, что это сыграло нам на руку, так как гвардейцы не просто занимали удобные позиции для дальнейшего продвижения, но и взяли по наводке Кей места скопления иномирцев на прицел своих артефактных оружий. Стоило последней Тени развеяться, как нашему общему взору открылись обороняющиеся, вставшие плотным строем и готовые в любой момент выпустить защитные конструкты, что должны будут сохранить их жизни от нашей первой волны атакующих техник. Вот только вместо энергетических конструктов над всем замком послышался хлёсткий рык Зубинина:

— Огонь!

Выстрелы прозвучали… скованно. Половина пистолетов издала противный «пшик». Четверть оружий разорвалась в руках стреляющих, однако они повреждений не получили, так как благоразумно нажимали на спусковой крючок, будучи полностью защищёнными Покровами. Тем не менее выстрелы были. Последняя четверть пистолетов сработали как надо, разорвав тела обороняющихся иномирцев, что были уверены в своей защите, на части. Как я сказал, мои кузнецы и командир гвардии слегка доработали имеющиеся у нас модели артефактного вооружения.

— Перезаряжай! — гаркнул Зуб, не обратив внимания на неудачу.

Команды остальным гвардейцам давать не приходилось. Они аккуратно убрали оружие внутрь своих пространственных колец, дабы в полной сохранности, если они уцелели и не взорвались при выстреле, доставить их кузнецам-иномирцам. А затем встали вокруг оставшихся стрелков, дабы прикрыть их от залётных техник противника, который, вот так новость, отчего-то взволновался.

То тут, то там начали возникать защитные конструкты. Иномирцы, несмотря на опыт в сражениях, не понимали, чем их атакуют, отчего начали мельтешить, как мошки перед глазами. Похоже, никто из них не имел возможности сходить в наш мир и столкнуться с огнестрельным вооружением. Впрочем, неудивительно, ведь можно отправить в наш мир тех, кого не жалко, а стоивших чего-то большего бойцов оставить при себе. Вполне разумный подход, ничего не скажешь.

Прежде чем иномирцы совладали с собой и укрылись за бронёй первобытного танка, гвардейцы смогли выстрелить ещё три раза, каждый раз пожиная очередные жизни.

Что могу сказать? Артефактный огнестрел показал себя просто превосходно. Пусть с некоторыми эксцессами, однако я смог убедиться в его работоспособности в другом мире. Эту сферу определённо стоит развивать, чуть ли не сделав её основной. Результат занимательный даже сейчас, когда у нас есть лишь пистолеты, чего можно ожидать, когда Олаф и Рунор справятся с автоматическими и крупнокалиберными винтовками, представить страшно.

В то же время становится очевидным, что прогресс и у иномирцев не стоит на месте. Им удалось создать на рубеже энергии и механики нечто, способное самостоятельно передвигаться. Однако до наших танков им очень далеко. А если взять в учёт тот факт, что оружие поддаётся модернизации артефакторами, то и наша бронетехника вполне себе способна. Тем не менее, развитие данной сферы требует колоссальных временных затрат и денежных вложений. Если мой Род преуспеет в этом деле, то даже таким мастодонтам, как Сахаровы и Курчатовы, придётся подвинуться.

Дабы проверить, насколько иномирцы преуспели в танкостроении, я отправил в их механическую конструкцию, которая отдалённо была схожа с лошадью, Теневую Дугу. Сопротивлялась она недолго: буквально пару секунд. Затем, разорвавшись на мелкую крошку, она похоронила в себе тех, кто находился внутри, не выдержав напора моей техники.

Раздался очередной залп артефактного оружия, за ним — крики боли. Медленно, но верно поголовье иномирцев, обороняющих замок рихта, сокращалось. В какой-то момент они догадались закрыться каменными валунами, что были призваны Одарёнными со стихией земли. Однако и мои бойцы были не промах: помимо того, что защищали стрелков от летящих в них техник, что были пущены иномирцами, укрывшимися в зданиях, они ещё успевали разрушать как эти самые здания, так и защитные конструкции иномирцев.

— Может разовьём успех, сжав их в ближнем бою? — предложил подошедший ко мне Зуб, не отводя взгляда от строя гвардейцев, в ряды которых сами собой затесались и Потапов, и Скворцов, и Эллис.

— Мы никуда не торопимся, дружище, — стоя на краю стены, скрестив руки на груди, отмахнулся я. — Их господин сейчас наблюдает за происходящим и покамест ничего не предпринимает. Нам необходимо дождаться его хода. И если для этого потребуется оборвать жизни десятков иномирцев, то я готов пойти на такой шаг.

Кровожадно? Возможно. Вот только щадить здесь некого. Сомневаюсь, что рихт и князь Волконский спрашивали согласия со стороны похищенных ими людей. Нет. Они просто брали их силой и отправляли в другой, сука, мир. Причём делали это без разбора, похищая как взрослых мужчин и женщин, так и детей со стариками.

Пощада? Нет, её не будет.

Казалось, что мои мысли оказались высечены на моём лице, потому как Зубинин, бросив на меня короткий взгляд, твёрдо и чётко кивнул, после чего вернулся к командованию бойцами.

Стрелки успели выстрелить ещё с полдюжины раз, прежде чем над замком раздалось властное:

— Достаточно!

Сработало это лишь на иномирцев, отчего они, как послушные болванчики, погасили свои Покровы и погасили техники. Возможно, бесчестно, но мои бойцы влупили в этот момент практически всем, чем было, воспользовавшись моментом. И сделали правильно, ведь подобного приказа со стороны Зубинина или меня не последовало, а значит, и прекращать огонь нужды не было.

Зуб кинул на меня короткий взгляд и лишь после того, как увидел мой короткий кивок, скомандовал:

— Прекратить огонь!

В отличие от иномирцев, наши бойцы гасить свои Покровы и развеивать техники не стали. Молодцы.

Тем временем на открытую площадь замка вышел десяток иномирцев. Они были заметно сильнее тех, которые сражались прежде, защищаясь от нашего натиска. Вслед за ними шёл он. Рихт. Его я узнал сразу. Кто ещё будет расхаживать по своему миру, будучи одетым в иномирный костюм. Похоже, классическая тройка рихту нравилась больше, нежели средневековый камзол.

Выглядел он обычно. Встреть я его в своём мире вряд ли бы смог уличить в нём иномирного засланца. Может быть, иностранца… При условии, что не видел бы душу стоявшего передо мной человека, разумеется.

Короткие тёмные волосы, карие глаза. Походка, принадлежащая человеку, занимающему высокое положение. Одним словом, рихт чувствовал себя хозяином положения несмотря на то, что его войска были практически полностью разбиты.

Каждый из иномирцев, исключая рихта, вёл перед собой пленника. Людей из нашего мира я узнал не только по душам, но и по славянским чертам их лиц. Удерживая клинок возле их горла, иномирцы искренне полагали, что я отступлю.

Мой взгляд зацепился за молодое девичье лицо одной из пленниц. Его черты были мне отдалённо знакомы. Это была дочь того самого мясника с рынка, который продавал мне высококлассное мясо. Сходства были, так сказать, «на лицо».

— Ну что, граф, теперь ты готов поговорить? — самодовольно усмехнувшись, вопросил рихт, встав неподалёку от того, что осталось от его бойцов.

На явную провокацию и желание поставить меня в уязвимое положение я лишь произнёс короткое:

— Чайя.

Секунда не успела истечь, как головы иномирцев, ведущих пленников, упали наземь, а в горло рихта упёрлось чёрно-белое лезвие моего духовного клинка, удерживаемого богиней. В это же время Кей благополучно переместила всех мирных граждан Российской империи, оказавшихся в столь незавидном положении, к нам на стену. По их ошарашенным лицам было легко понять, что они сами не успели осознать, что произошло.