Сам императорский дворец кишел людьми. Усиленная охрана, множество ищеек Тайной Канцелярии и взволнованных слуг — всё говорило о том, что Михаил приказал найти всех причастных к исчезновению его родных, а также то, каким образом похитителям удалось проникнуть на территорию дворца, минуя охранные системы, состоящие из множества защитных и обнаруживающих артефактов. Помнится, Кей как-то не смогла открыть для меня портал из дворца наружу, и тогда я изрядно встрял. Понятное дело, что нынче такого и быть не может, однако это наводит на некоторые мысли.

Нашу колонну пропустили без вопросов, ведь всем было известно, что в момент происшествия во дворце у меня в самом разгаре была свадьба. Однако у самого входа во дворец всё же вышла небольшая заминка. Я беспрепятственно покинул автомобиль, проснувшаяся Анна юркнула вслед за мной и ухватила меня под руку, а вот Анастасия и её дочь медлили. Немного подождав, я чуть было не влепил со всего размаху себе ладонью по лбу, осознав, что не все во дворце знают о наличии у пропавшего без вести императора ещё одного ребёнка.

Пришлось вновь прибегать к иллюзиям хвостатой. Только в этот раз Ирину превратили в Ирэн. Младшая сестра императора была девочкой смышлёной и всю свою жизнь скрывалась, так что с лёгкостью смогла изобразить молчаливую сопровождающую экс-императрицы, когда самой Ирэн пришлось сидеть в авто и не отсвечивать. Кажется, мою помощницу это более чем устраивало. Как оказалось, девушка совсем не любила холод, поэтому сейчас отогревалась, пользуясь автомобильной печкой, невзирая на долгую поездку из Иваново в Москву.

Михаила, разумеется, о нашем приезде сразу оповестили, поэтому к тому моменту, как его мать покинула автомобиль, тот уже стоял в распахнутых настежь огромных вратах дворца. Вид у него был настолько измотанный, что, казалось, он постарел лет на двадцать за сегодняшний день. Даже заметив свою мать, ему не удалось расслабиться.

Чеканя шаг, венценосный дошёл до позиций своей родительницы и пристально её оглядел. Убедившись, что с ней всё в порядке, Михаил бросил на меня обеспокоенный взгляд. Разглядеть иллюзию Кей ему не удавалось, поэтому он не мог понять, где же находится его младшая сестра. На это я лишь молча прикрыл глаза, мол, всё в порядке, и уселся обратно в автомобиль, на котором приехал.

У Романова, определённо, осталось множество вопросов, однако мне до них дела не было, ведь впереди нас с Анной ждала наша первая брачная ночь.

Не спали я и моя новоиспечённая жена практически до самого рассвета. Поначалу, несмотря на прошлую близость, присутствовал некий трепет. Новый статус, что воцарился между мной и Анной, брал своё. Мы оба хотели даровать друг другу наивысшее удовольствие. Тем не менее, воинственность моей жены сыграла свою роль, и в какой-то момент Анна набросилась на меня как львица. В свою очередь, я не стал жаться и показал своей супруге, что тоже не являюсь домашним котиком.

Когда в окно нашей спальни пробились первые лучи солнца, Анна уже блаженно спала на моей груди, тихо посапывая и чему-то улыбаясь. Нежно поглаживая свою жену по стройной ножке, закинутой на мой живот, я почувствовал небывалый прилив бодрости несмотря на то, что не спал уже больше недели к ряду. Пришлось гасить это чувство в зародыше и насильно заставить себя уснуть. Не хотелось бы выглядеть на сегодняшней свадьбе выжатым овощем, когда Оксана будет сиять. Благо я Одарённый, и нескольких часов сна мне хватит с лихвой.

Проснувшись, я обнаружил, что Анна уже покинула постель. Принял сидячее положение и довольно потянулся, после чего подошёл к окну и открыл его нараспашку. В лицо сразу же подул слегка прохладный утренний ветерок, а по ушам ударили крики и возгласы слуг моего Рода, что заканчивали последние приготовления к сегодняшнему торжеству.

Прислушался к своим чувствам. Большинство моих близких, включая отца и младшего брата, собрались в гостиной, ожидая начала празднества. Анна вместе с Оксаной закрылись в комнате последней. Вместе с ними там же присутствовали моя мать и обе сестры. Видать, им удалось убедить мою будущую жену, что они могут оказать помощь в приготовлениях.

До начала торжества ещё больше половины дня, так что у меня впервые за последнее время появилась возможность быть предоставленным самому себе. Вот только чувство, что я практически ничего не успеваю, не давало мне расслабиться, поэтому, облачившись в обычный костюм, я направился в подвал, а оттуда в личный Рифт, куда был отправлен Волконский. Уж больно мне хотелось пообщаться с ним на тему иномирцев.

По пути столкнулся с Кузнецовым и предложил тому составить мне компанию, тот быстро согласился, так как организует безопасность сегодняшней свадьбы Зубинин. Пока мы шагали по лесному массиву, что отсекал замок и сруб, в котором был расположен портальный переход, я отметил изменения, произошедшие с главой моей службы безопасности.

Виталий Фёдорович больше не напоминал собой того боевого руководителя пусть и необычный, но школы, к которому я ходил почитать книги и порасспрашивать его о жизни Рифтера. Теперь это был не обычный старик, а статный мужчина с широкими плечами. Он словно помолодел лет на тридцать. В добавок к этому, его добрый взгляд сменился на цепкий, пронизывающий взор, способный, казалось, заглянуть в саму душу стоя́щего напротив человека.

Метаморфозы произошли не только с телом Кузнецова, но и с душой. Она стала ярче, насыщеннее. Будто незыблемый монолит, душа занимала собой большую часть груди Виталия Фёдоровича, источая уверенность в себе, своих силах, Роду, котором тот присягнул, и будущем.

Одним словом, Кузнецов превратился из школьного учителя в настоящего аристократа. И пусть он является личным дворянином, я планирую это в ближайшее время изменить. Сомневаюсь, что Романов откажет мне в том, чтобы я наградил своих людей потомственным дворянством, а некоторых и вовсе — титулом. Глядишь, это, а также мои свадьбы, станут дополнительным стимулом для некоторых к продолжению своего Рода. Например, насколько я знаю, у Кузнецова никого нет. Теперь же, когда он вновь пышет здоровьем, это можно с лёгкостью изменить. Осталось лишь убедить в этом самого главу моей службы безопасности.

— Саша, я спиной чувствую твой пронзительный взгляд, — не оборачиваясь, усмехнулся Виталий Фёдорович.

— На то он и пронзительный, — хохотнул я. — Давайте, пожалуй, ускоримся. Нам необходимо вернуться до того, как всё начнётся.

Кузнецов кивнул и ускорил шаг. Я, в свою очередь, устремился вслед за ним, и уже спустя пару минут спешного хода мы стояли возле камеры, в которой был заточён Волконский. Войдя внутрь, я оценил внутреннее, так сказать, убранство камеры. На таковую она была похожа лишь функционалом, так как больше являлась скорее личной комнатой, нежели местом заточения пленника. Стол, пара стульев, широкое окно, пусть и с решёткой, и, главное, удобная кровать, а не классические нары. Князь обнаружился сидящим на краю этой самой кровати и смотрящим в стену напротив невидящим взглядом. Казалось, что вся суть бытия легла на плечи этого человека.

Усмехнувшись, подошёл к пленнику вплотную и со всего размаху влепил ему пощёчину, возвращая в реальный мир.

— Как ты смеешь поднимать руку на высшего аристократа⁈ — вскочив на ноги, взорвался негодованием Волконский, однако тут же осёкся, вспомнив, где и по какой причине он находится.

— Я тебе даю выбор, князь, — хмыкнул я, не обратив внимания на тираду министра иностранных дел. — Либо ты сам мне всё расскажешь, а затем тебя будут судить по законам Российской империи. Я, так уж и быть, замолвлю словечко, что ты сотрудничал со следствием. Либо… — я сделал небольшую паузу, из-за которой Волконский судорожно сглотнул, — я сам вытащу все твои воспоминания. Как понимаешь, церемониться конкретно с тобой никто не будет, так что твой разум вряд ли переживёт то, что выпадет на его судьбу.

Волконский медленно усадил своё заднее место обратно на край кровати. На его лице отображался весь ход его мыслей, судя по которым, можно было сделать вывод, что он сейчас размышлял над тем, какое решение принять.