Четвёртый оказывается умнее. Бросается вниз по лестнице. Слишком медленно — я оказываюсь на площадке, когда он ещё не промчал пролёт. Укладываю пулю точно в затылок.

Теперь назад. Через пропахший пороховым дымом коридор.

— Магазины трофейные собери, — бросаю на ходу Тэкки. — Если не подойдут, замени ствол целиком. Дежурь у лестницы. Стреляй во всё, что движется.

Варраз кивает. Исчезает в коридоре. Я же делаю ещё несколько шагов. Снова открываю барабан, выбрасывая стреляные гильзы. И обвожу взглядом комнату.

Времени совсем мало. Уходить надо бы прямо сейчас. Через крышу, по пожарке, а потом раствориться в предрассветных сумерках.

Но покидать самое сердце этого осиного гнезда с пустыми руками мне абсолютно не хочется.

Оставлять сердце вражеской территории без досмотра — непозволительная роскошь. Рациональная часть меня требовала компенсации за потраченные ресурсы и риск.

Взгляд скользнул по стене за разбитым столом. Массивный стальной сейф, вмурованный в кирпичную кладку. Дверцу перекосило от случайного разряда электромага, но металл держал. Без автогена тут ловить нечего. Паролей я не знаю, а мертвецы кодов не выдают.

Однако, у денег есть запах. Особенно когда их много. Старая бумага, типографская краска и человеческий пот. Зверь внутри мгновенно взял след, отсекая вонь пороха и горелого мяса.

Шаг влево. Под ковром, у массивной ножки стола. Доски здесь пахли иначе.

Отшвырнул край ковра ногой. Выпустил один коготь, подцепил скрипучую половицу и с хрустом вырвал из пазов.

Тайник. Плотный, увесистый пакет в целлофане. На ощупь — купюры. Заметно шире обычных имперских рублей. Но с этим буду разбираться потом. Пакет отправился за пазуху.

Теперь — маги. У «электроника» на левом запястье тускло блестел широкий браслет из тёмного металла, покрытый мелкой вязью. Сдёрнул. Шагнул к тому, которого уложил первым. С закоченевших пальцев снял массивный перстень с мутным камнем. Оба трофея — в карман штанов. Потом разберёмся, что за хреновины.

Оставался Чжун. Присел над развороченным телом. Быстро прохлопал карманы, стараясь поменьше пачкаться. В заднем нащупал плоский тяжёлый смартфон. Забрал. Телефоны — кладезь контактов и переписок. Это я усвоил ещё на прежней работе. Правда, тогда речь шла о корпоративных айфонах, а не о мобильниках мёртвых китайских бандитов.

Что ж. В квартале уже выли сирены, но оставался ещё один момент, который никак нельзя упускать. Метка.

Три глубоких борозды на лбу Чжуна. Контур глаза. То же — на лицах всех остальных.

Снизу — топот и хриплые крики на китайском. Похоже спорят, кто пойдёт первым. Но пока не рискуют.

Хватаю пару бутылок с полок. Убойное пойло — судя по запаху, спирта там под шестьдесят градусов. Отзываю назад Тэкки-тапа. Плещу алкоголь на ковёр и деревянный пол. Поднимаю с пола коробок длинных спичек, которыми любят прикуривать местные азиаты.

Секунда и огонёк полетел на пропитанный ковёр. Спирт вспыхнул мгновенно. Синее пламя взметнулось к потолку, отрезая комнату от коридора. Серьёзного пожара не произойдёт — его быстро потушат. Но на небольшую панику рассчитывать можно.

— Наверх, — повернувшись к варразу, указывая на люк с лестницей. — Уходить будем через крышу.

Ночной воздух после сдавленной атмосферы комнаты показался идеальным. А вот звуки мне не понравились — сирены завывали всё ближе.

— Сюда, тарг! — Тэкки махнул в сторону тёмного края крыши.

Перебежали по хрустящей поверхности. Перемахнули на соседнее здание. Промчали ещё десятка полтора метров. Внизу — узкий, заваленный мусором проулок. Вдоль стены тянулась ржавая пожарная лестница. Та самая, которую я присмотрел при разведке.

Наконец подошвы коснулись мокрого асфальта. И тут же рядом полыхнул свет фар.

Две патрульные машины с визгом тормозов остановились около выхода из переулка, в который мы спустились. Дверцы распахнулись. Из салонов полезли городовые с оружием. С другой стороны, из темноты — ещё двое. Пеший патруль. Обычные мундиры. Но их слишком много для узкого пространства.

Тэкки вскинул ствол. Пришлось схватить его за руку. Нас пока не видели. К тому же нашей задачей не было их истребление. Нужно было лишь добраться вон до того поворота, в десяти метрах. Сделав так, чтобы нас не подстрелили по дороге.

— Я первый, — зашептал, не отрывая взгляда от фар. — Ты — по пешим. Строго по ногам. Как стреляю — разряжай и ныряем вон туда.

Варраз кивнул. Впился взглядом в приближающиеся фигуры.

Поднимаю револьвер. В прицеле — фигура полицейского, который стоит около патрульной машины с автоматом. Палец давит на спуск. Выстрел. Пуля входит в висок.

Тэкки вступает в ту же секунду. Жмёт на спусковой крючок, стремительно опустошая магазин. Один из пеших вопит, роняя оружие и валится на асфальт, зажимая простреленную ногу. Его напарник ныряет за выступ стены.

— Ходу! — рявкаю гоблину.

Срываемся с места. Ныряем в черноту прохода между домами. Бежим, петляя по грязным лабиринтам. Сзади — крики, беспорядочная пальба, рёв новых сирен. Бьют по пустым теням. Нас там давно нигде нет.

Остановились только в нескольких кварталах, между двумя зданиями. Я привалился к холодной стене. Тэкки — напротив.

Варраз скалился так, что клыки блестели в темноте.

— Тарг! Это ваще! — гоблин возбуждённо взмахнул пистолетом. — Как котят! Бам-бам — и в минус! А мундир-то, мундир! Как за ногу схватился и завизжал! Япь, лучшая ночь! Я столько стрелял!

Его энтузиазм порой здорово умилял. Тем не менее нам стоило двигаться дальше. Вот только отдать команду я не успел — пространство вдруг заполнила мелодия вызова, а в кармане завибрировало устройство. Звонил телефон мёртвого Чжуна.

Резкая, дребезжащая мелодия рвала тишину проулка.

Тэкки мгновенно заткнулся. Жёлтые глаза уставились на мой карман, а палец рефлекторно лёг на спусковой крючок. Варраз был готов палить в любую непонятную угрозу, даже если она исходила от куска пластика.

Я достал тяжёлый смартфон. Экран светился в темноте, высвечивая незнакомый номер без подписи.

Параноик мгновенно отвесил мысленную оплеуху. Захватить трубку убитого главаря — классический пример импульсивного решения. На адреналине, в дыму и крови, это казалось правильным. Сейчас рациональная часть сухо констатировала — взломать запароленный аппарат мне негде и нечем, а отследить нас по сигналу полиция сможет запросто. Тащить маячок в собственное логово — чистой воды идиотизм.

Тем не менее я его уже взял. И прямо сейчас он звонил. Поэтому я нажал кнопку приёма. Поднёс к уху. Молча.

— Чжун, ты охренел⁈ — из трубки ударил срывающийся, паникующий шёпот. На заднем фоне завывали сирены. — Какого хера у вас там пальба стоит⁈ Кого ты расстрелять решил, сука китайская? Мне полковник яйца оторвёт!

Голос человеческий, без акцента. Крыша в погонах. И этот кто-то сам выдал мне интересное — не все мундиры коррумпированы насквозь. Некоторые предпочитают сохранять видимость того, что всё ещё поддерживают порядок.

— Чжун? Мать твою, отвечай! Выносите товар!

— Чжун временно недоступен, — ответил я тихо. — Филиал ликвидирован в связи с банкротством.

На том конце — тишина. Сбивчивое, частое дыхание. Вот выругался вроде. И сбросил.

Пальцы трансформировались в когти легко и привычно. Движение — корпус смартфона хрустнул, разваливаясь надвое. Обломки полетели в мусор по разные стороны проулка.

— Ходу, — гляжу я на варраза, который с интересом разглядывает мои когти. — Скоро тут будет жарко.

Обратный путь превратился в настоящий бросок по вражеской территории.

Сирены теперь выли со всех сторон — злобно, как стая загонщиков. Полицейская машина завернула в соседний переулок, осветив фарами кирпичную стену. Вжались в тень под балконом. Переждали. Дождались, пока отблеск мигалки уползёт за угол. Двинулись дальше.