— Здравствуй, Александр, — глубокий мужской баритон вырвался из динамиков мобильного устройства. — Поздравляю с назначением. Весьма достойно.

— Добрый день, Игорь Владимирович. Благодарю за теплые слова, — проговорил я, чтобы затем усмехнуться: — А я вот тоже звоню, чтобы поздравить вас с назначением.

— Это с каким? — сквозь телефонный разговор я услышал, как князь Донской напрягся.

— На пост министра здравоохранения и лекарского дела, — после моих слов в трубке что-то звякнуло, хрустнуло, а затем мой собеседник сдавленно выдохнул:

— Саша, я не хочу.

— Понимаю, Игорь Владимирович, но я тоже не хотел становиться Канцлером, — признался я. — Но я им стал, так что теперь мне необходимы союзники во дворце, которых у меня сейчас нет от слова «совсем». К тому же вы, по моему скромному мнению, прекрасно подходите на пост министра лекарского дела.

— Ну, хоть жену мою дергать не стал, и на том спасибо, — буркнул раздосадованный князь.

— Анне Сергеевне и так хватает в жизни потрясений. А это в ее-то положении противопоказано, — хмыкнул я и тут же учтиво поинтересовался: — Кстати, как она?

— Прекрасно, Александр. Взяла отпуск, оставив всё на графиню Демидову, и сейчас вместо своих учеников строит всех «домашних», — хохотнув, вернул повышенное расположение духа князь. — Спасибо, что спросил, — в голосе мужчины были слышны нотки искренности. Ему и вправду был приятен мой интерес. Однако не прошло и секунды, как Игорь Владимирович серьёзно спросил: — Когда я должен приступить к исполнению своих новых обязанностей? — вот это я понимаю. Немного старческого брюзжания, после чего принятие новых вводных и желание скорее приступить к делу. Князь Донской — достойный представитель высшей аристократии.

— Уже завтра император собирает совет министров, — Игорь Владимирович в очередной раз сдавленно хрюкнул в трубку и хотел было что-то сказать, но я ему не дал этого сделать, добавив: — Но ни меня, ни вас на нём не будет. Михаила я уже предупредил — он не возражает.

— Так, а где же мы в таком случае будем?

— На моем мальчишнике, — не стал дальше мариновать князя в неведении, сказав прямо. — Напоминаю, у меня через неделю две свадьбы.

— Я помню, Саша, ведь мне предстоит женить тебя на двух прекрасных представительницах русской аристократии, — гордо вымолвил Донской.

— Отлично, буду вас ждать в своем имении, — заверил я. — Семёна с собой прихватите. Он тоже мне не чужой человек.

— Обязательно, если его Света отпустит, — князь начал искренне веселиться.

Мы ещё перекинулись парой слов, после чего тепло попрощались. Выбравшись из каменных баррикад, состоящих из мраморных статуй, обнаружил, что Ирэн уже вовсю разгребает кипу сваленных мной на нее документов.

— Уже уходите, господин? — не отрываясь от чтения, спросила девушка.

— Верно, — улыбнулся я. — Завтра мальчишник, к которому мне необходимо подготовить главный ингредиент.

— О-о-о, и что за он, если не секрет? — поинтересовалась Ирэн.

— Мясо, Ирэн. Вкусное и сочное мясо, которое прямо сейчас я отправлюсь выбирать лично.

— И куда отправитесь? — казалось, что девушка не желала меня отпускать, чтобы не оставаться в императорском дворце одной. Но это лишь казалось, ведь ее душа красноречиво говорила о том, что в ней играет искренний интерес, который я поспешил удовлетворить:

— На рынок, разумеется!

Рынок встретил меня присущей ему оживлённостью. Людей здесь было хоть отбавляй, несмотря на будний день. Они сновали туда-сюда, отовсюду раздавались крики и иностранная речь. Одним словом, ничего не обычного для простого обывателя не было. До тех пор, пока меня не заметили…

— Смотрите, Канцлер! — воскликнул кто-то из толпы.

Снующие туда-сюда люди замерли, поглядели на меня и двинулись дальше по своим делам. Всё. Несмотря на то, что большинство этих людей являлось простолюдинами или слугами какого-нибудь Рода, которые пришли закупаться свежими продуктами, дабы забить ими свои холодильники, у каждого из них есть свои дела, которые они не собирались бросать ради того, чтобы поглядеть на то, как Канцлер выбирает себе мясо для шашлыка. Меня такой расклад более чем устраивал, поэтому я не спеша двинулся в сторону торговых палаток, в которых продавался нужный мне продукт.

Казалось бы, что сложного в том, чтобы выбрать мясо. Для того, кто разбирается в теме, — ничего. А вот для тех, кто не так часто решает самостоятельно замариновать мясцо, — другой разговор. Я причислял себя к ряду первых, поэтому мне хватало нескольких минут у палатки, чтобы понять, что продаваемая в ней продукции мне не подходит. То много жировых прослоек, то сам жир уже слегка желтоватый, что говорило о не первой свежести мяса. Мозг автоматически отлавливал недостатки мяса, заставляя меня двигаться дальше.

Одним словом, хозяева палаток, в которых я ничего не покупал, получили бесплатную антирекламу. Я все же был Канцлером и графом, так что на меня нет-нет да бросали заинтересованные взгляды, а продавцы выпрямляли спину, стараясь держаться гордо. Вот и делал люд выводы, когда я решал ничего не покупать, что с продаваемым товаром что-то не так.

Один из продавцов вовсе с умоляющими нотками просил, чтобы я хоть что-то бесплатно взял. Но я был непреклонен, так как его продукт мне не подходил. На мальчишнике будут дорогие мне люди, так что все должно быть идеально. И даже умоляющий взгляд не смог изменить моего решения.

Тем не менее, вскоре мясо надлежащего качества все же нашлось. Удивительно, но это была одна из самых бедных, на вид, палаток, продавцом в которой был чрезвычайно устало выглядящий мужчина с огромными мешками под глазами. Однако меня это не заботило, ведь я нашел идеально подходящий мне продукт, поэтому поспешил набрать мяса разных видов в весьма внушительном объеме.

В отличие от остальных продавцов, мужчина спокойно складывал указанную мной продукцию по пакетам, не совершая лишних движений. Когда все было готово, и я достал наличные деньги, дабы расплатиться, он безэмоционально произнес:

— Для вас, Ваше Сиятельство, бесплатно.

— Не стоит терять прибыль ради того, чтобы угодить тому, кто выше статусом, — спокойно возразил я, протягивая деньги.

— Вы не поняли, Ваше Сиятельство, — вновь отстранился продавец. — Я не пытаюсь как-либо угодить вам, как Канцлеру. Это благодарность.

— За что? — удивился я.

— За подаренную мне надежду, — глядя мне прямо в глаза, сказал мужчина. — Моя жена и две дочери стали одними из тех, кто был похищен. Я был в глубоком отчаянии, пока за это дело не взялись вы, Ваше Сиятельство, сразу показав, что виновные не будут долго оставаться безнаказанными, — несмотря на усталость, его голос был тверд и в нем присутствовала уверенность в словах. — Среди освобождённых вами людей была одна из моих дочерей. И теперь я знаю, что есть шанс на то, что с остальными моими девочками все в порядке и они смогут вернуться домой. Поэтому это мясо — не подачка, а благодарность, Ваше Сиятельство.

На слова продавца я кивнул, убрав деньги и приняв пакеты с мясом. Уже будучи готовым уходить, я произнес:

— Я не могу обещать, что верну ваших близких. Однако если мне доведётся возможность спасти похищенных людей, то я приложу все усилия, чтобы это осуществить.

Мужчина ничего не ответил, отвесив мне благодарный поклон. Я молча направился на выход с территории рынка, пока одна демоническая лиса, будучи очень маленькой, положила продавцу в кассу сумму, пятикратно превышающую ту, что я должен был заплатить изначально.

Российская империя, Москва

Императорский дворец

Большой зал совещаний

Большой зал для совещаний представлял собой полностью изолированное от внешнего мира просторное помещение, лишенное каких-либо окон или дверей, присущих императорскому дворцу. Вход был лишь один, и тот всегда находился под надзором гвардии императорского Рода и камер видеонаблюдения.