«Орловы способны на слияние со своими фамильярами-птицами, а ты выбрал какую-то богиню, — с обидой пробурчала Кей, глядя на происходящее моими глазами. — Вот и думайте…»

«Не язви, кицунэ. Наступит и твоё время вознестись, — произнёс я не своим голосом в мыслеречи, после чего также неосознанно добавил: — Наверное…»

«Отлично! Ваша связь ещё и крепнет прямо во время слияния! Просто прекрасно! — совсем не искренне порадовалась за нас с Чайей демоница, обрывая ментальную связь, однако для меня это не стало преградой, и я смог услышать: — А я чем хуже?»

«Ничем, Кей, — добавил я уже от себя. — Лично я давно был готов впустить тебя в свою душу. А вот сама ты отнюдь не горишь желанием идти на такой шаг, лишь бахвалишься, прикрываясь колкостями и бросаясь обидами.»

Возможно, мои слова могут прозвучать обидно и в некоторой степени болезненно для демоницы, однако в них заключена правда. Как бы кицунэ ни ярилась в порыве слиться с моей душой, она всё ещё не до конца верит тому человеку, который прервал её призыв, пожертвовав своей жизнью. Да, нас можно назвать близкими друзьями и даже боевыми товарищами, учитывая то, через что мы прошли вместе, однако этого всё еще было мало для того, чтобы наши души слились воедино, заставив врагов дрожать от нашей совместной мощи.

Эти мысли пронеслись в моей голове за толику мгновения, и я не скрывал их от девятихвостой лисицы. Она должна была их услышать и сделать определенные выводы, чтобы наша с ней связь стала ещё крепче.

«Дам тебе время подумать, Кей», — заключил я и оборвал связь.

В трёх сражениях, развернувшихся подо мной, тем временем наступал момент кульминации. Демон уже практически полностью покрылся льдом, а иномирец, управляющий ветром, лишился одной из своих рук, участвуя в бесконечных догонялках с моей сестрой.

Орловы же, объединившись со своими фамильярами, нашинковали всех змей на кусочки, а те, что выползали из своей хозяйки, не успевали коснуться своими слизкими телами земли, распадаясь на части. Используя свои крылья в качестве полноценных клинков, они всё ближе и ближе подбирались к телу последовательницы богини Мерит. Однако, как бы они не старались, оставить хотя бы пореза на балахоне девушки им не удавалось.

Сама же владычица змей выглядела так, словно происходящее её вовсе не заботит. Но это лишь на первый взгляд. От моего взора не укрылось того, как в душе девушки происходили некие метаморфозы, пока сама она стояла незыблемой глыбой невозмутимости, прикрыв глаза.

«Обращается, — подсказала мне Кей. — Боюсь, у Орловых нет шансов, несмотря на их выросшую после объединения с фамильярами силу.»

В следующее мгновение змеи из-под балахона последовательницы Мерит перестали выползать, а сама она, резко распахнув глаза, оскалилась, отчего сквозь её зубы показался змеиный язык. Орловы отпрянули, чтобы сразу же быть атакованными со спины. Из земли пробился огромный чешуйчатый хвост, который ударил по княжичу и княжне как бейсбольная бита по мячу.

Орловы отправились в непродолжительный полёт, который быстро прервали благодаря обретённым крыльям. Вот только их противнику только это и нужно было, чтобы вновь прицельно атаковать их хвостом, который в этот раз показался из другого места.

Последовательница Мерит играла в перебрасывание телами Орловых, а те ничего не могли с этим поделать. Как бы они ни изворачивались, как бы ни старались совершить неожиданный для своего противника манёвр, однако каждый раз их ждал очередной змеиный хвост колоссальных размеров. Тем не менее, крепости их тел можно было позавидовать, потому как единственное, чего добилась девушка в балахоне, так это сломанной руки княжича и разбитого носа княжны. Хотя из земли к этому моменту уже торчало несколько десятков змеиных хвостов, которые замерли в ожидании момента для атаки.

Представительница иного мира, похоже, упивалась своим превосходством над Одарёнными Российской империи. Она никак не стремилась закончить свою схватку, желая показать Орловым свою власть над их жизнями. Её глаза яростно вращались, как у заправского безумца, а сама она продолжала размахивать руками.

«Пожалуй, следует немного помочь нашим Неограниченным товарищам», — подумал я и взмахнул белым клинком.

В следующее мгновение улицы Якутска огласил собой полный боли крик, больше похожий на змеиное шипение. Все торчащие из земли хвосты безвольно опали, будучи срезанными идеально ровной линией у соприкосновения с земной твердью.

Орловы решили воспользоваться шансом, подаренным им мной. Мгновенно сократив дистанцию, пока последовательница богини заходилась в агонии, и атаковали с двух сторон, желая разрезать её своими крыльями-мечами на несколько ровных частей. Однако в момент, когда их конечности должны были коснуться девушки в балахоне, та резко замолчала, после чего открыла свою пасть настолько широко, что двое Неограниченных угодили прямиком в неё.

«Максимально отвратительное зрелище, — прокомментировала увиденное кицунэ. — То ли дело мои прекрасные и пушистые хвостики! Это я тебе, Саша, так сказать на будущее говорю.»

Тем временем у Орловых не было возможности увернуться от глядящей на них пропасти. Они не могли остановиться, потому как сделали ставку на эту атаку. Будучи подвластные своей инерции, единственное, что они предприняли, так это раскрутились вокруг своей оси, выпуская из себя тысячи перьев-лезвий и поражая ими всю полость пасти владычицы змей.

Схлопнувшись, физиономия последовательницы Мерит не вернулась к прежнему облику, оставшись гигантских размеров змеёй. Показав свой окровавленный язык, огромная ползучая тварь двинулась, взрывая землю, в сторону Романова и моей сестры, которые заканчивали свои сражения в весьма необычной форме.

Наташа и Алексей стояли и немо глядели на то, как мужчина-иномирец, который лишился уже второй руки прорывался сквозь лёд принца к демону, что уже был полностью покрыт стихией брата императора. Сестренка порывалась добить своего противника, однако представитель венценосной семьи удерживал её, потому как понимал, что вложил чрезвычайно много сил в свою технику и она может навредить Наташе.

Иномирец же без устали прорубался сквозь лёд, невзирая на новоявленные раны, образованные от контакта с ледяной крошкой. Когда последний рубеж техники Романова дрогнул, а иномирцу удалось коснуться иссиня-красного тела демона, Кей разверзлась в истерическом хохоте:

«Насмешка судьбы! Все, сука, сегодня с кем-то объединяются! Ты и Чайя! Орловы и их фамильяры! Теперь ещё и этот рогатый ублюдок со своим человеком! — негодованию хвостатой не было предела. — Лишь я одна остаюсь не при делах!»

В следующее мгновение лёд Романова взорвался, разлетевшись мелкой крошкой по округе. Когда поднятая в результате взрыва ледяная пыль осела, взору Наташи и Алексея предстал процесс слияния иномирца и демона. В это же время к ним сбоку подбиралась колоссальных размеров змея, которой выступала последовательница богини Мерит.

«Пора, пожалуй», — подумал я и скользнул вниз, позволив своему телу отдаться во власть свободного падения.

Алексей Романов был уверен в своей победе. Ещё бы! Ему попался самый удобный противник из всех. Такой удачи брат императора не испытывал уже давненько. Однако, как бы ему ни свезло, расслабляться он не собирался. Имея гору опыта за своей спиной, принц Российской империи понимал, что если даст слабину, то демон, о расе которых Алексей до этого момента имел представление лишь по неподтверждённым слухам, обязательно этим воспользуется и перевернёт ход сражения в свою пользу.

Нет, брат Государя прекрасно осознавал цену ошибки и не собирался давать своему противнику ни малейшего шанса на победу. Алексей методично сжимал ледяные тиски вокруг краснокожего, с каждой секундой приближая его кончину.

Внезапный порыв ветра заставил члена венценосной семьи удивится. Возле его техники, в которую принц изрядно вложился, отчего она лишь одной своей аурой наносила чудовищный урон живым существам, появилось ещё одно действующее лицо.