Огромная рука монстра с легкостью впилась пальцами в землю, вытаскивая увесистый ком земли. И швырнула в меня. Накачав молот в руке маной, я ударил, взорвав энергию в последний момент. Взрыв разметал землю.

Тем временем следом за мной бросились в бой все остальный. Даже османы. Перед лицом общего врага, угрожавшего всему живому, вражда забылась. В тварь полетели копья Лакроссы, обдавая её огнём или морозом от Вероники. Целый рой пуль от всех остальных врезался в чудовище. Потоки ледяной энергии от княжны, взлетевшей в небо слева от меня. Куча летающих сфер Лизы били маленькими молниями по рукам и лапам Врага. А толстые и горячие молнии прилетали от Альфачика.

Тварь ревела и закрывалась руками. Её шкура оказалась достаточно прочной и выдержала большинство атак. Но лишь большинство. Правая человеческая рука была ранена до мяса, некоторые лапы опасно подогнулись из-за того, что сочленения или замёрзли, или были обожжены. Но это нисколько не сделало монстра менее опасным. Он широко размахнулся руками и хлопнул в ладоши.

Воздух сотряс громкий звук. Между ладонями Врага появилась тёмная сфера и мгновенно расширилась во все стороны, лопнув в итоге, как мыльный пузырь. Но она успела сбить Василису и задеть всех остальных. Только я, дриада и Вдовина смогли защититься, окружив себя духовными сферами. Остальным пришлось хуже.

Агнес умудрилась поймать упавшую княжну, вытянув собственные руки и зацепив их за деревья. Василиса спружинила о них и мягко упала в траву. И только потом я подскочил к ней.

Княжне, как и всем остальным, было дико больно. Её лицо посерело, а я ощутил такую злость, что меня чуть не разорвало на месте. Нет уж, я разорву эту тварь, но сперва…

— Ты в порядке? — спросил я девушку.

— Да, — скривилась она. — Больно немного, но я ещё могу сражаться.

— Хорошо. Сделаем ещё одну попытку. Если не выйдет — отступайте.

Я развернулся к твари, которую в это время сдерживали Сергей Михайлович, Маститов и Альфачик. Волкодав и Лютоволк вцепились зубами в руки монстра. Волкодав с рычанием грыз свою, а Лютоволк неистово бил электричеством свою. Монстр отчаянно махал руками, пытаясь их сбросить, а Сергей Михайлович носился между лапами, пытаясь поразить их мечом.

И всё-таки до чего толстая у твари шкура! Меч оставлял лишь небольшие порезы. Но если понадобится, целую тысячу их сделаем.

Но метания Сергея Михайловича напомнили мне о древней легенде: как одним незамысловатым способом завалили тварюгу побольше этой. Кажется, где-то в Арктике дело происходило.

В это время все остальные пришли в себя и вновь атаковали Врага. Им досталось куда меньше, чем княжне. Василиса просто оказалась ближе всех в момент атаки монстра.

Вдруг тварь ударила обеими руками о землю, и Лютоволк с Волкодавом, громко скуля, отлетели в разные стороны. Часть боли Альфачика передалась мне. И эта тварь мне точно за всё ответит.

На остальные атаки она уже не обращала внимания, зато заметила Сергея Михайловича и стала пытаться пронзить его когтями на лапах. Учитель уворачивался. Пока что. Но тут подоспел я. Одну из лап я ударил молотом, накачав столько маны, что меня чуть самого от взрыва обратно не отбросило. Но я врос корнями в мёртвую землю. Краем глаза заметил, как там, где я ступал, начинала расти зелёная трава.

Лапа монстра треснула и переломилась, но я уже бил топором по следующей. Лезвие оружия ярко засияло зелёным и туго вошло в плоть соседней конечности. Не перерубило, но нанесло ощутимый вред. Монстр взревел от боли и бешенства и резко подогнул все лапы.

— В сторону! — завопил Сергей Михайлович и побежал, но споткнулся о коготь монстра и покатился по земле.

Я уже и сам обо всём догадался. Отпрыгнул ровно в тот момент, когда монстр оттолкнулся от земли и резко приземлился, пытаясь нас задавить. Промахнулся. Но по земле к нам скользнула волна чёрной энергии и почти доползла до лежащего на земле Сергея. Я топнул ногой по земле, посылая волну корней навстречу чёрной силе. Так и удалось рассеять вражескую атаку.

Вдруг по монстру сверху ударили из пушек. Снаряды врезались в туловище встающего монстра и пригвоздили его обратно к земле. Это стрелял чудом уцелевший османский дирижабль.

(осм.) — Добиваем! — заорал Хасан и бросился вперёд, размахивая двумя ятаганами.

Он, княжна, Лакросса и несколько османских солдат атаковали лежащего Врага. Но не успели они что-либо сделать, как в воздух взлетела одна из лап чудовища и полоснула прямо по ним когтем. Лакросса успела пригнуться. Василиса создала перед собой ледяную преграду. Коготь сразу разрушил её, но Василису не достал. Зато ударил по османским солдатам и Хасану. Солдаты упали и скорчились от боли. Их вены быстро чернели. Вскоре они умерли. Та же судьба постигла и Хасана. Вот только выглядело это иначе. Яд когтей распространялся медленно по песочному телу генерала. Это выглядело, как тёмное пятно, расползающееся в разные стороны.

Хасан упал на колени с недоумением глядя на свой живот.

Зараза! Я сам собирался убить Хасана несколько минут назад, но теперь хочу, чтобы он жил!

Ну всё, тварь, считай, что ты сдохла.

Я громко свистнул, но на мой зов явился вовсе не Альфачик, а Волкодав.

— Твой питомец слишком сильно ранен, — пролаял он. — Садись на меня, что бы ты там ни задумал! Но никому ни слова об этом…

Я схватился за загривок Волкодав и оседлал его.

— Ни слова! — снова предупредил поручик, повернув морду.

Переживал за свою репутацию человек, так что я кивнул ему в ответ.

И мы понеслись навстречу самой смерти. В одной руке я держал топор, а молот из другой перенёс в кольцо. Вытянул свободную руку и получил в неё моток паутины. Я на белоснежном Волкодаве и Гоша носились между лапами монстра, опутывая их паутиной. А он бил ими по нам, пытаясь задавить назойливых малявок. Но мы были быстрее. Проносясь мимо очередной лапы, саданул по ней топором и отрубил. Итого, осталось всего пять рабочих лап у твари.

— Давай! — заорал я и сунул в пасть поручика остатки паутины.

— Ни флофа! — глухо процедил он, не разжимая зубов.

Мы и Гоша рванули в разные стороны, затягивая путы. Монстр сопротивлялся.

— Р-р-р!!! — зарычал Маститов, не выпуская толстую нить паутины, упёрся в землю лапами и мотнул головой.

Обернувшись, я увидел, как монстр неуклюже заваливается на бок, поднимая тучу из пыли и сухой травы.

— Отлично! — рявкнул я, спрыгивая с Волкодава.

Изо всех сил побежал к лежащему монстру. В моих руках теперь был молот, и он сиял от огромной кучи энергии, что я влил в него. Не добегая нескольких метров, я подпрыгнул и размахнулся оружием. Ещё немного — и размозжу голову твари!

— Р-Р-РА-А-А!!! — вырвался рёв из моей глотки.

— Коля, нет! — раздался девичий крик.

Кажется, Вдовиной? Или какой-то другой?

Вдруг что-то мелькнуло, и из моей груди вырвался сдавленный хрип. Весь воздух вышел из лёгких от сильного удара. Лапа с когтем выбила из меня дух, а самого отправила в долгий полёт. Во время его я видел, как Враг разорвал путы и взмыл в воздух на своих крыльях. Стрелой он метнулся к дирижаблю и принялся рвать на куски бронированный баллон. Вскоре тот взорвался, видимо от случайной искры, и пылающая махина потянулась к земле. А тварь будто и вовсе не пострадала.

Я тем временем со всего маху врезался спиной в ствол толстого дуба.

Уф! Хороший вышел удар. И это несмотря на то, что я был полностью в Инсекте, то есть моё тело состояло из морёного дуба. На груди теперь косая рана, из глубины которой шло зеленоватое свечение.

Кряхтя, поднялся с земли. Топор валялся в стороне. Монстр летал в воздухе, атакуя серпами из чёрной энергии людей внизу. В него в ответ летела различная магия и строчки пуль. Всё же тварь не была бессмертной и неуязвимой: в перепончатых крыльях зияли дыры, поломанные длинные лапы безвольно висели, а на одной руке не хватало больших кусков плоти. Вот только монстр, выросший из духовного практика, этих повреждений будто не замечал.