Удивительно, но в глазах собравшихся здесь на торжестве аристократов появилось сомнение. Они начали понимать то, что им последние полтора года втирали откровенную дичь. Этого, пожалуй, достаточно.

«За то, что ты сказала, Катя, тебе влетит», — мыслеречью сказал я принцессе, которую Кей во время моей речи подключала ко мне.

«Пускай», — решительно ответила девушка, явно наученная тому, как общаться невербально.

Я улыбнулся.

— Разумеется, вы можете считать меня хвастуном, который кичится парой своих достижений. Разумеется, вы можете встать на сторону всеобщего любимчика. Тем слаще будет видеть на ваших лицах смятение, подобное сегодняшнему, — продолжил я для толпы, а Кате мысленно добавил: — «Наташа хотела тебя видеть.»

Решив, что на этом можно и заканчивать, кивнул Чайе, на что та воскликнула команду на иномирном языке, после которой среди гостей раздались испуганно-удивленные возгласы. От них в воздух взмыли Тени, которыми являлись подопечные богини. Девушки были истинно красивыми, поэтому затесаться среди аристократок для них не составило никакого труда. Они прибыли сюда еще задолго до нашего прихода.

— Мы уходим, — коротко скомандовал я. — Но напоследок, господа, будьте любезны, передайте графу Сахарову, что свадьбы между ним и моей сестрой не будет.

Вот такой вот я гаденыш: сорвал две свадьбы в один день.

Появившаяся рядом со мной Кей, взмахом руки открыла портал, из которого выпал испуганный Роман.

Перешагнув бедолагу, мы скрылись в разломе.

— Я скучала! — было первым, что я услышал, садясь в машину, в которой спокойно дожидалась меня Оксана под присмотром Ивана. Хотя, учитывая то, что водитель, в отличие от девушки, Одаренным не являлся, не понятно, кто еще за кем присматривал.

— Я тоже, — улыбнулся я, присев рядом с Оксаной и взяв ее ладонь в свою. — Честно признаться, было тяжко удерживать себя от того, чтобы не заявиться к вам полгода назад, когда я очнулся. Но мне было необходимым это время, чтобы мой Род вновь набрался сил.

— Понимаю и не осуждаю. Разве что чуть-чуть, — улыбнулась Оксана. — Главное, что ты успел… Осталось надеяться, что мой отец перестанет совершать ошибки и воздержится от того, чтобы вмешиваться в конфликт между тобой и Джоном Миссурийским, пусть я и являюсь основным объектом вашего противостояния.

— Подруга, ты вообще понимаешь, что он тебя, как бы похитил, и ты теперь, как бы, в плену? — усмехнулась занявшая переднее пассажирское место Кей. — Твой отец может смело объявить нам войну и встать на сторону Миссурийского.

— Пускай. Меня все устраивает, — отмахнулась девушка. — Он возжелал отдать меня тому, кого я не любила, использовав как разменную монету. Когда он сидел в своем поместье и старался не отсвечивать, было гораздо лучше.

Оксана ожидаемо взгрустнула. Как бы она не храбрилась, но ей все же довелось оказаться между двух огней. На одной чаше весов семья, на другой — я. Однако выбор девушка, похоже, сделала в мою пользу.

От переизбытка чувств, нахлынувших на Оксану за сегодняшний день, девушка переутомилась, отчего стремительно уснула, положив голову мне на плечо. За обратный путь в поместье она несколько раз вздрагивала, просыпаясь на недолгое время, даже несмотря на то, что вся дорога проходила в тишине, чтобы лишний раз не тревожить Оксану.

— Что ты там такого наговорил⁈ — налетела на меня Наташа, стоило нам вернуться в поместье. — У меня обрываются телефон и электронная почта! Половина спрашивает, правда ли, что ты очнулся. Остальные грозят нам карами небесными!

— Так, и что ты отвечаешь? — усмехнувшись, спросил я.

— Как «что»? Первым говорю, что правда, после чего ожидаю их реакции. Если она сходится с тем, что говорят вторые, то шлю в далёкое пешее путешествие, как ты учил, — улыбнулась Наташа, на что я слегка встормошил ее волосы.

— А есть такие, кто говорил нечто отличное, от угроз? — удивился я.

— Имеются. И их довольно-таки много, — хмыкнула Наташа. — Заверяли меня, что никогда не верили слухам, гуляющим по инфополю страны. Помимо этого, предлагали свою помощь в надвигающихся войнах с Миссурийским, Курчатовым и Сахаровым.

— Да что ты говоришь… — искренне удивился я. — И кто?

— Златовы и Донские, но последние только финансовую помощь предлагали, без привлечения своих людских сил. С Рода Анны сняли все ограничения, связанные с войной против Франции. А князь Донской решил, что достаточно заработал, чтобы немного отдать в сторону, — улыбнулась Наташа. — Не все потеряно, да?

— Да, — строго кивнул я, а затем твердо продолжил наполненным решимости голосом: — Вот только мы откажемся как от помощи первых, так и от денег вторых.

— Не сомневалась в том, что ты так скажешь, — вздернув носик, произнесла Наташа. — Поэтому вежливо им отказала. Вроде не обиделись.

— Несмотря на то, что наш Род весьма малочисленный по сравнению с теми же Курчатовыми или Сахаровыми, мы все еще являемся грозной силой, — объяснял я. — В отличие от вышеперечисленных, мы берём не количеством, а качеством.

— Но в таком случае нам нельзя распылять свои силы, следовательно, мы, скорее, будем защищаться, нежели нападать, — задумалась Наташа.

— Ты права и не права одновременно, — сказал я. — Дело в том, что мне нет нужды в толпе людей за моей спиной для того, чтобы на кого-то напасть. Я сам себе армия.

— И как мы поступим? — скрестив свои массивные руки на груди, спросил Зубинин.

Я собрал в своем кабинете всех лиц, которые будут непосредственно участвовать в будущих войнах. Помимо командира гвардии и моих фамильяров здесь присутствовали Кузнецов, Наташа и Потапов. Последний сам вызвался присоединиться к защите наших земель, потому как является моим вассалом, а значит, что его точно зацепит.

Кузьмич пропадал в Рифтах, соответственно, совещание проходило без его участия.

— Для начала дождемся первого шага со стороны наших противников. Готов поспорить, что это будет союз Курчатова и Сахарова, — уверенно произнес я. — Действий со стороны графа Миссурийского придется подождать.

— Почему? — поинтересовалась сестренка.

— Потому что над ним стоит «некто» еще. И Миссурийский поступит так, как этот «некто» ему прикажет.

— Допустим, ты прав, и в первую очередь к нам заявятся гвардейцы Курчатова и Сахарова. Учитывая то, что ты устроил на несостоявшейся свадьбе Миссурийского и Оксаны, они тебя за слабака считать не будут, — вклинился в разговор Кузнецов. — У них порядком своих собственных сил, так еще и вассальные Рода имеются. Боюсь, что как-либо контратаковать мы в ближайшее время не сможем.

— Двое друзей, в лице графа Курчатова и графа Сахарова, уверен, весьма сильно оскорбились тем, что их так ловко водили за нос. Помимо этого, у них должны были возникнуть хоть какие-нибудь догадки, почему же им раньше не приходило в голову, что что-то с моим Родом не так, — отвечал я на замечание Виталия Федоровича. — Уверен, что они захотят решить со мной вопрос самостоятельно и не станут привлекать своих вассалов. По крайней мере в первое время после начала вооруженного конфликта…

— То бишь поначалу нам будут противостоять всего лишь два каких-то графских Рода, которые являются лидерами в гонке вооружений Российской империи, — угрюмо вымолвил Зубинин. — Честно сказать, Саня, дела у нас обстоят откровенно хреново, даже несмотря на то, что у нас есть такой сильный ты.

— Но-но-но, — Кей взмахнула хвостом перед лицом командира гвардии. — Помимо этого, у вас есть такие сильные я и мои зверушки! — я кашлянул в кулак, на что демоница закатила свои лисьи глаза и добавила: — Ну… Еще и Темная со своей паствой есть, — бросила она косой взгляд на Чайю, которая после того момента, как мы покинули имение Долгоруковых, вновь превратилась в безэмоциональную красавицу.

— Но…

— Зуб, Кей права, — перебил я Зубинина. — Хваленая наземная техника ничто перед мелкими лисицами, способными передвигаться с помощью небольших разломов в пространстве. Там, глядишь, и пушка не стрельнёт или двигатель не заведется.