— Выглядите так, будто попали в плен к садомазоизвращенцу, — хохотнул я на ухо дриаде.

А та воззрилась на меня так, словно я сказал нечто такое, за что в приличном обществе четвертуют.

— Как ты узнал⁈ — яростно зашептала Маша.

— Не понял.

— Слушай. Когда мы туда снова отправились, я думала, что пространство примет вид моей Мурманской квартиры, но… в общем, моя воля оказалась недостаточно сильна, похоже.

— Так что там было-то?

— Садомазопещера. И… Боже, я семьсот лет жила в одиночестве, но при этом оставалась женщиной, если понимаешь, о чём я.

Я угукнул в ответ. Маша продолжала:

— Иногда в руинах я находила множество старых книг, инструкций, журналов и прочих интересных штучек. И… некоторые из них были интереснее других. В общем, мне было скучно, и я баловалась ими. Это сейчас, когда у меня нормальной мужской… кхм! Короче, охладела я к этой теме. Только до этого дня думала, что я разбираюсь во всяких извращениях. Но то, что увидела в пещере… Боже, да я половины названий не знаю! И не уверена, что некоторые из штук нельзя использовать в качестве пыток…

— Ладно, — я изогнул бровь, — но если это не твоя воля оказалась сильнее других, то чья же? Только не говори, что Мечникова…

— Нет. Не Мечникова, — хмыкнула дриада и посмотрела на графиню Кремницкую.

— А… — с облегчением выдохнул я. — Она же советник Имперской Канцелярии, госслужащая, их там ещё не так имеют. Уверен, для неё то, что вы увидели, обычный вторник.

И что-то мне подсказывало, что я недалёк от истины. В самом деле, у неё же всё время вид такой, будто она не спала целую вечность и видела ещё не такое дерьмо.

Как бы там ни было, это дело графини Кремницкой. Её голова для меня — потёмки, и пусть так и остаётся. Лишь бы ко мне или моим нежным местам со своими штуками не лезла — это не по моей части.

Но вообще, любопытно, каким образом этот заводной апельсин выбирает, чьи фантазии реализовывать. И только ли для отдыха он был спроектирован и создан? Ладно, с этим можно и позже разобраться.

Всего за полчаса мы нашли подходящий путь через подземные тоннели. Выходил он аккурат недалеко от того места, где сейчас находились войска Деникина. Они по-прежнему пробивались через лес, но их продвижение ускорилось. Лес, созданный дриадой, закончился, начался обычный бурелом, а с ним у мятежников особых проблем не было. Поэтому время наше быстро истекало. До конца глухих дебрей оставалось не так уж много километров.

К несчастью, нужный тоннель оказался небольшим. По нему мог пройти только небольшой отряд, а о технике вовсе пришлось забыть. Её вывели на позиции прямо в лесу на небольшой возвышенности. Войско Деникина находилось на предельной дальности для орудий. Хоть что-то.

Удара в тыл со стороны второй части колонны Деникина мы не боялись. Во-первых, не успеют добраться до нас. Во-вторых, их уже окружали дружины верных Императору дворян и несколько полков наёмников. Несладко придётся мятежникам.

Обо всём этом доложила Маша. Она видела ситуацию с высоты птичьего полёта благодаря своим птенцам. Правда, недолго. Птенцы Рукх устали и отправились на отдых.

Вскоре тоннель закончился. Наш маленький отряд состоял из трёх десятков человек, Лютоволка и древнего паука с раздутым эго. Как по мне, то, что надо для хорошего боя. Два десятка самых отдохнувших дружинников во главе с князем Мечниковым будут нас прикрывать на всякий случай. А мы проникнем в стан врага.

Вот только едва мы вышли на свежий воздух посреди густого заснеженного леса, как до наших ушей докатились рокот взрывов и треск выстрелов.

— Похоже, к ужину мы опоздали, — зло рыкнула Лакросса.

Вот люблю её боевой настрой. Сразу становится такой сексуальной. Хотя и в остальное время…

Чёрт, опять отвлёкся. И по дороге на это тоже отвлекался. Похоже, силы свои я восстановил даже чрезмерно! В самый раз, чтобы убить убийцу моего отца. И спасти друга.

— Лишь бы к десерту не опоздать, — рыкнул я. — Вперёд, пока Билибина не спасли без нас! И Деникина не трогать! Он мой…

Штаб дружины Деникина

Четыре часа назад

Странный колдовской лес с огнеупорными деревьями закончился, и начался обычный. Продвижение авангарда дружины Деникина ускорилось. Тяжёлые танки легко пробивали целые просеки в глухом лесу, техника полегче и пехота следовала за ними. Но князя Деникина всё равно взбесило, что Дубову и Мечникову удалось сбить его с курса. Все эти метели, странный лес, попытки пробиться друг к другу двух частей колонны… Он потерял целый день. Может, два. А в ситуации, когда счёт времени идёт на минуты, такая задержка может стоить победы.

Князь Деникин последние несколько часов беспрерывно пытал герцога Билибина. Сам. Лично. Ему это не доставляло удовольствия, но бывает такая работа, которую лучше выполнить самому. Последние полчаса Билибин уже не огрызался и даже не кричал.

Сквозь сжатые зубы герцога князь влил тому в рот целебное зелье и смазал ожоги специальной мазью. Последние покрывали половину тела Билибина.

Кузов штабного грузовика, где и находились Деникин с герцогом, слегка покачивался на ухабах и раздробленных гусеницами деревьях. Спустя пару минут зелье и мазь подействовали, и Билибин немного пришёл в себя.

— Знаешь, Вадим… — шепнул он разбитыми губами. — Я ведь могу называть тебя Вадим? За последние пару часов мы стали довольно близки, ты так не считаешь?

— Я бы на вашем месте, герцог, поберёг силы, — отвечал князь, моя руки. — Вы так и не ответили на мои вопросы.

— Зря теряешь время, Вадик. Лучше спасайся, пока ещё можешь. Я же не тупой, понял, что дела твои плохи. Да и ты это понял. Дубов крепко тебе насолил, да? То ли ещё будет… Ведь ты его отца убил… Наверное, это была самая первая ошибка в твоём дурацком плане.

— Что ты несёшь… — скривился, будто от зубной боли, князь.

— Дубовы. Не стоило их трогать. Никому и никогда. Я понял это, едва увидел сына барона, убитого тобой. Если понадобится, они и против Императора пойдут. А тут какой-то Светлейший, ха! Тьфу… — герцог выплюнул сгусток крови. — Ты идиот, князь. Едва ты замыслил пойти против Дубовых, как твои дни оказались сочтены.

Деникин разозлился. Гнев клокотал в нём, как в огромной доменной печи, которая вот-вот взорвется, заливая расплавленным металлом всех вокруг. Князь вскинул руку, чтоб заставить Билибина заткнуться, но тут грузовик остановился, и в дверь кузова постучали.

Это был сотник Вяземский.

— Мой господин, вот сообщение, которое вам должны были доставить! — поклонился сотник, когда князь вышел наружу, и протянул маленькую коробочку. — К сожалению, герцог Слонин погиб от руки Дубова.

— Дубова? — рыкнул князь, сжимая коробочку в руке.

— Я видел это своими глазами, господин.

— Как же меня достали эти Дубовы… Что-то ещё, сотник?

— Да. Господин, разведка докладывает, что к нам приближаются войска Императора и дружина Мечникова.

— Когда они будут здесь? И сколько их?

— Около двух с половиной тысяч. Подойдут к нашим позициям через три-четыре часа. Войско возглавляют царевичи. Прикажете принять бой?

— Да, сотник. Приказываю окопаться и подготовиться к бою. Ударим всем, что есть, чтобы смести их и прорваться к столице. Если Император хочет сперва убить своих детей, то так тому и быть.

— Да, Ваша Светлость.

Сотник развернулся и отошёл от машины. Спустя всего секунду раздались его зычные команды. Огромное войско тут же зашевелилось и пришло в хаотичное, на первый взгляд, движение. Деникин же вернулся в кузов, запер за собой дверь и открыл коробочку. Внутри слабо мерцал голубоватый кристалл. Он был насыщен особой защитной магией. Только тот, кому адресовано сообщение, скрытое в нём, мог его прочесть. Враги не знали об этом, так что, даже если бы Мечникову и Дубову удалось перехватить сообщение, попытка его прочесть стоила бы им жизни.

Может, так и стоило поступить?