Довольно улыбаясь и приветствуя встречающихся на пути людей, я добрался до массивных врат, ведущих в город. Стоило мне перешагнуть этот порог, как улыбка слетела с моих уст. В столице траур, и никому не захочется увидеть скалящегося во все тридцать два зуба Канцлера.

Приземлившись, на заднее пассажирское сиденье автомобиля, на котором красовался герб моего Рода, позволил себе звучно выдохнуть.

— Давно не виделись, босс, — послышалось с места водителя.

— И я тебя рад видеть, Ваня, — ответил я.

— Вас как обычно?

— «Как обычно» это как? — заинтересовался такой постановкой вопроса.

— На автомобиле по Москве вы никуда, кроме как во дворец, не ездите, — хохотнул парень.

— Не в глаз, а в бровь, Ваня, — поддержал веселье водителя и хлопнул по его сиденью, тем самым призывая начать движение.

Автомобиль плавно начал движение, а я в той же манере погрузился в свои мысли.

Вроде бы основная угроза мне и моим близким устранена: иномирцы больше не докучают Российской империи. Однако на душе всё ещё было неспокойно, словно в ближайшем будущем случится что-то, что кардинально изменит мою жизнь. Это не позволяло мне полноценно расслабиться. С другой стороны, чуйка меня не подводила никогда…

Императорский дворец облачился в чёрный, как того и требовал сегодняшний день, цвет. На главной площади собрались тысячи граждан Российской империи, желающих проводить брата императора в последний путь.

Благо меня это не касалось, и стоило нам подобраться ближе ко дворцу, как от него отделились два автомобиля, на дверцах которых был высечен герб императорского Рода, и сопроводили нас к самому входу в здание, минуя толпу.

— Ваше Сиятельство, Его Императорское Величество ожидает вас в своём кабинете, — глубоко поклонившись, сообщил мне вышколенный слуга, что встретил меня сразу, как я вошёл во дворец.

Кивнув ему, я направился в указанное им место. Заходил я без стука, как раньше. Однако Романов в этот раз отреагировал не так, как я того ожидал. Вместо раздражения на его лице играло волнение. Сам он был на ногах и, замерев по центру своего рабочего пространства, проговорил вместо приветствия:

— У нас проблема, Саша, о которой я не стал тебе говорить во время военной кампании, дабы не отвлекать тебя от дел насущных, — таинственно начал император, назвав меня, что удивительно, сокращённой формой имени.

В это же время он принялся мерить свой кабинет шагами, отчего мне постоянно приходилось мотать головой, дабы не терять его из виду.

— Миша, хватит мельтешить, — буркнул я в недовольстве. — Что случилось?

— Видишь ли, Саша… — Романов вновь замолчал, отчего я начал заводиться. Увидев на моём лице зарождающийся гнев, он с трудом продолжил: — Тело Алексея пропало. В склеп Романовых будет помещён пустой гроб.

— Миша, ты сейчас серьёзно? — изумился я и, не услышав ответа, в сердцах заключил: — Вас ни на минуту оставить нельзя. Не императорский Род, а детский сад!

— Новиков…

— Что «Новиков», Миша? Как ты мог тело своего брата потерять? Это ведь не заколка, а твой дворец — никак не стог! — вместо императора его рабочий кабинет начал мерить я.

— Ты думаешь, что я этого не понимаю? — устало проговорил Михаил. — Ума приложить не могу, куда исчезло тело моего брата. Рядом с покоями Алексея, где находилось тело, круглосуточно дежурили мои люди. Мышь проскочить не смогла бы. Однако никаких следов обнаружено не было, — повёл плечами император. — Оно словно испарилось, как по волшебству.

— Волшебства не существует, Миша. Ты и без меня это прекрасно знаешь, — угрюмо заявил я.

— Знаю, — кивнул Романов, после чего в бессилии расставил руки: — Но имеем, что имеем: мой брат точно мёртв, а его тело исчезло.

— Не совсем так, — вклинилась в наш разговор Чайя, самовольно покинув моё духовное вместилище. — Ты прав лишь касательно влияния обыкновенных Одарённых, а вот существа, наделённые божественной силой, вполне способны творить магию.

— Хочешь сказать, здесь постарался кто-то из… — чуть было не ляпнул «твоих», — богов? — добавил я после недолгой паузы.

— Сложно сказать, — пожала плечами богиня. — Для начала нужно осмотреть покои, в которых находилось тело принца до момента его исчезновения. Если божественное вмешательство имело место быть, то я это определённо почувствую.

Я перевёл взгляд на Михаила, который внимательно нас слушал. Резко подобравшись, он двинулся в сторону двери, ведущей на выход из его рабочего кабинета.

— Идём, — скомандовал он, указав рукой на дверь. — Я проведу вас в покои моего покойного младшего брата.

Прекрасно. Труп принца не просто пропал, а исчез прямиком из императорского дворца. Стоит этой информации просочиться, и репутация Рода Романовых потерпит сокрушительный удар.

Говорить об этом Михаилу, как и напоминать о том, что снаружи ожидают тысячи людей, желающих проводить принца в последний путь, я не стал. Вместо этого просто пристроился подле Романова, желая поскорее разобраться с таинственным исчезновением тела Алексея.

— Каким образом вы собираетесь почувствовать влияние божественной силы? — на ходу поинтересовался Романов, слегка скосив взгляд на Чайю.

— А тебя это… — начала было отвечать богиня, однако я предотвратил очередной конфликт, сказав:

— С помощью артефакта.

— Что за артефакт? — продолжил допрос Михаил, не оборачиваясь и не обращая внимания на враждебности Чайи.

— Секрет Рода, — пожал я плечами, чем наконец заставил императора посмотреть на меня.

На лице Романова читалось недоверие. Тем не менее несмотря на то, что секретами Рода можно прикрыть практически всё что угодно, давить Михаил не стал. Возможно, не желал ухудшать и без того натянутые между нами отношения. А может, попросту понимал, что правдивого ответа от меня ему добиться не суждено.

Император, кивнув самому себе, внезапно завернул в сторону, исчезнув за поворотом среди множества однообразных коридоров императорского дворца. Пройдя вслед за ним, мы вскоре оказались возле массивной двери, рядом с которой всё ещё присутствовали гвардейцы. Их наличие оставалось для меня загадкой, потому как сложно было представить, что и от кого они здесь охраняли, если тело Алексея исчезло.

Стоило нам приблизится, романовцы поклонились императору, после чего исчезли восвояси после короткого кивка Романова. Михаил же протянул ладонь к массивной дверной ручке и замер. Некоторое время он не мог решиться на то, чтобы отворить проход в комнату своего брата. И когда всё же решил сделать это, то в его действиях отчётливо читалась надежда на то, что тело Алексея будет на месте, ровно как до его исчезновения.

Однако, увы. Дверь отворилась, и перед нами предстал вид на идеальные покои покойного принца Российской империи. И ничего не намекало на присутствие здесь тела последнего.

Чайя сходу шагнула вперёд, при этом слегка задев Михаила своим плечом. В мгновение ока оказавшись у огромной кровати, она замерла возле неё ненадолго, после чего изрекла:

— Интересно…

Постояв некоторое время, она склонилась над постелью покойного принца, словно принюхиваясь. Однако продлилось странное действо недолго, и богиня столь же быстро, как приблизилась к кровати, отошла от неё.

— Две новости, — коротко произнесла Чайя, остановившись рядом со спокойным мной и не находящим себе места императором.

— Дай угадаю, одна из них хорошая, другая — плохая, — изрёк я очевидное, на что богиня положительно кивнула и продолжила:

— Можешь расслабиться, Михаил, — Чайя слегка похлопала Романова по плечу, словно тот был обыкновенным юнцом перед мудрой женщиной. — Вашей вины в исчезновении тела Алексея нет. Сомневаюсь, что вы смогли бы противопоставить хоть что-то божественному вмешательству.

— Значит, ваша догадка подтвердилась, — с облегчением выдохнул император. — Но является ли это плохой новостью?