— Много дел? — участливо поинтересовался граф.

— Всего одно, — негромко рассмеялся я. — Вчера к нам из столицы прибыла комиссия экзаменаторов из столицы для проверки рангов моих дружинников. Промаялись с ними до обеда.

— Вот как? — удивлённо воскликнул мой собеседник. — А почему из регионального отделения человека не прислали?

— А это вам лучше у Николая Дмитриевича Бежанова спросить, — усмехнулся я. — Он возглавлял комиссию и принимал экзамены у моих людей.

— И как всё прошло? — с очень ощутимой паузой, осторожно поинтересовался Кривошеев.

— Замечательно, ваше сиятельство, — весело ответил я. — Мои дружинники не только успешно прошли на заявленные ранги, но ещё и четыре повышения взяли за счёт имперской казны. Правда, пришлось понервничать немного и перестраховаться на всякий случай. Но в целом я очень доволен результатами моих людей.

— Вы не перестаёте меня удивлять, ваша светлость, — восхищённо произнёс граф. — Насколько я знаю, появление сына Дмитрия Аркадьевича на любых экзаменах равносильно приговору для некоторых его участников. Ума не приложу, как вам удалось всё это провернуть, но это тема для отдельной беседы. Сейчас у меня не так много времени, а услышать всё хочется очень подробно. Поэтому перейдём к делу. Группа аспирантов может выехать к вам уже в эти выходные.

— Если они прибудут в Себыкино в воскресенье, то это будет просто замечательно, Анатолий Викторович. — ответил я. — К сожалению, лично их встретить не смогу, но мне могут понадобиться услуги ваших людей ближе к ночи.

— У вас планируются бурные выходные? — поинтересовался мой собеседник.

— Можно и так сказать, ваше сиятельство, — не вдаваясь в подробности, ответил я. — Аспирантов встретит Николай Петрович. Я его предупрежу заранее.

— Может тогда лучше в субботу? — предложил Кривошеев. — Ребята лёгкие на подъем…

— Не стоит, — ответил я. — Воскресенье отличный вариант. И, если вам не сложно, официальное распоряжение о летней практике этой группы оформите на следующей неделе.

Маги академии, по моим расчётам, не должны были принимать участия в намеченных событиях, но рисковать не хотелось. Учитывая, что информация в этом мире распространялась быстрее ветра, я вполне допускал, что о визите аспирантов станет известно раньше, чем они доберутся до места своей практики.

— Как скажете, Ярослав Константинович, — не стал спорить ректор МАМИ. — Всё равно практика начинается с первого буднего дня.

— Вот и замечательно, Анатолий Викторович, — улыбнулся я. — Ещё раз благодарю вас за ваше щедрое предложение и напоминаю, что мы ждём вас в гости в июле. Или раньше, если позволят дела.

— Всего хорошего, ваша светлость, — ответил граф и повесил трубку.

Желудок напомнил о том, что, кроме чая, он уже не видел ничего целую вечность и я отправился на первый этаж. Как только вышел за дверь, окунулся в плотное облако ароматов свежей выпечки и вместе с ним поплыл в гостиную. Там за столом болтали мои сёстры. Нюша увлечённо рассказывала о своём визите в Себыкино, а Настя слушала её с рассеянной улыбкой.

— А вот и наш соня! — тепло улыбнулась Настя и с интересом осмотрела меня. — Как-то не похоже, что ты хорошо выспался, Яр.

— Просто голодный, — усаживаясь за стол, ответил я. — Как прошла твоя вчерашняя прогулка?

— Замечательно! — довольным голосом ответила княжна. — Константин читал стихи собственного сочинения посреди ночной Твери, а Андрей, как оказалось, мастерски играет на гитаре. Если бы не толпа охраны, было бы вообще прекрасно.

— Я просил Аршавина послать с тобой пару человек, — чуть улыбнулся я. — Не думал, что он отправит половину дружины.

— Николай Петрович выполнил твой приказ, брат, — рассмеялась Настя. — Это Старковские притащили с собой почти двадцать человек. Константин сказал, что дед запретил встречаться со мной без охраны. Будто я могу на них напасть!

— Мало ли что, — улыбнулся я, а для себя отметил, что Иван Николаевич тоже был не рад ночной встрече молодых людей. И риски граф оценивал очень трезво. — Ты говорила, что собрала нужную информацию по оборудованию. Сейчас можем всё обсудить.

— После завтрака? — неуверенно предложила Настя и я сразу понял, что заниматься делами она сейчас не хочет. Слишком хорошее у неё было настроение.

— Пришли мне на почту тогда всё одним файлом, — тяжело вздохнул я. — И когда у меня уже будет свой личный выходной?

— Может, завтра? — улыбнулась девушка. — Пятница отличное время для отдыха!

— Может завтра, — кивнул я и принялся за еду. — Раз не хочешь заниматься делами, то возьми на себя организацию праздника для наших дружинников. Ребята прошли проверку и получили ранги. Счёт нам выставят завтра, но оплатить можно на следующей неделе. Получилось даже меньше, чем мы рассчитывали.

— Это отличная новость! — довольно ответила княжна и я согласно кивнул.

Возвращаться в кабинет не хотелось, но дела ждать не будут. В итоге, до самого обеда я вёл переговоры с десятком анонимных собеседников и готовил почву для финального аккорда воскресной охоты.

А потом начался праздник, продлившийся до самого вечера. По сравнению со вчерашними посиделками новобранцев, Настя устроила ветеранам настоящее представление. Девушка не меньше меня испытывала благодарность к основе нашей дружины и сделала всё возможное, чтобы порадовать бойцов. Даже награждение полноценное организовала и пригласила какого-то ведущего для мероприятия из Твери. Как она смогла провернуть это всё за пару часов я бы даже не взялся сказать.

Праздник гремел до позднего вечера и мы всей семьей тоже приняли в нём участие. Алкоголя был самый минимум, но веселились все с неудержимой силой. Сам факт того, что теперь род мог себе позволить подобные развлечения, уже безмерно радовал всех дружинников и их семьи. К вечеру из особняка вышел Антип, которого тоже попытались привлечь к общему веселью. К удивлению собравшихся, старик не стал упрямиться и сел за общий стол. Всё было настолько хорошо, что мне даже не верилось. И я должен был подумать о том, что за целых полдня отдыха и безделья придётся заплатить самую высокую цену.

В шесть утра следующего дня раздался стук в дверь. На пороге стоял свежий и бодрый Аршавин. Ратай, с загадочной улыбкой, позвал меня на утреннюю разминку и я слишком поздно осознал всё коварство главы ближней дружины.

Пятница прошла, как в тумане. Ратай подготовил для меня за пределами поместья целую полосу препятствий и не поленился учесть все мои возможности. На вполне разумный вопрос, что уже пора заканчивать, Аршавин ответил только многозначительной улыбкой. Дело было к обеду, а с полосы я выполз только ближе к ночи. Мало того, что Ратай с диким энтузиазмом решил подготовить меня к грядущей охоте, так ещё и большая часть ветеранов дружины изъявили желание добровольно принять участие в этом безумии.

Вторая часть дня состояла из сплошных спаррингов. С оружием и без, против одного противника и против нескольких сразу. Бойцы сменяли друг друга, а мне иногда давали передохнуть. Правда, оказалось, что выносливости моей хватило бы на пятерых. Окончательно измотать меня не удалось, несмотря на все усилия Шатуна. Но устал я дико и проспал на следующий день почти до обеда.

— Нужно поговорить, Николай Петрович. — выбравшись из дома и найдя Аршавина неподалёку от тренировочной площадки, произнёс я. — Что по поводу лимузина Антипова-младшего?

— Ещё вчера продали, ваша светлость, — сообщил Ратай. — За двести десять тысяч какой-то бродяга купил. Полоз даже проверять не стал, кто это такой. Только деньги пересчитал и ключи отдал.

— Хорошо, — кивнул я. Ещё одной проблемой стало меньше. — Надо обсудить расстановку наших людей.

— Усилить дозоры? — тут же уточнил Николай Петрович, но я покачал головой.

— Я хочу, чтобы завтра вы выделили десяток ветеранов и разместили их неподалёку от базы нашего соседа в аномалии, Николай Петрович, — приказал я. — Надо оставить с ними один вездеход и квадроцикл. Оружием снарядите отряд, как для дальнего выхода в аномалию. Ещё нужно усилить группу в Себыкино. Оружия тоже не жалейте. В поместье оставьте минимальную охрану. Моих сестёр отправьте на экскурсию к Олегу Дмитриевичу.