— Да, — решил Пашка и взял с кровати телефон. А потом бахнул стакан чистого коньяка, запил колой из бутылки и снёс к херам игрой своё опьянение вместе с последними гранями весёлости.

Лиля пошла в наступление: она уже впёрлась между Пашкой и Толиком, заслонив его и встряв по колени в табуретку с пирожками, а чтобы привлечь побольше внимания, взялась махать своими лапищами в варежках перед Соколовским носом. И, конечно, не умолкала.

Пришлось назначать Толику желание ночевать дома и уже сворачиваться.

— Слышь, Пашок, я, наверное, отчалю потихоньку, — услышал он тут же сквозь гвалт трёпа голос невидного за призраком Толика. — Завтра так и так опять к Ире все поедем, лучше бы не с бодуняры. Но конь заберу, сорян. Ща денег свободных мало, да ещё и предки в Турции. Эй, слышишь меня там за своей загрузкой-то?

— Давай. Давай, да, — крикнул Пашка.

— Ты чё орёшь? — заржал Толик, загоняя пробку в недопитый коньяк. — Мама твоя просила брата не разбудить. Сбил настройки громкости при дефрагментации данных?..

Очень довольный шутейкой Толик подхватил ещё пару пирожков и поднялся за Лилей на ноги, засунувшись боком ей в спину. Пашка отвернулся. Смотрелось это дико.

Зато снижение важности вокруг колдовских умений приятеля продолжало работать на ура. Жалко, что этой тупой пизде так про сам факт существования Пашки не нажмёшь.

Толик попрощался с собирающимися спать Другой мамой и Юлей, пожал Пашке руку (сквозь галдящий фантом) и отчалил. Происходящее начало отдавать шизой.

— Так! Замолчи, и я буду с тобой разговаривать! — объявил младший Соколов, когда снова оказался в своей комнате. Лиля от неожиданности и правда заткнулась. — Что, ты говоришь, делал Васин всё это время? У него были новые воробьиные квесты?

— Да! — подскочил на месте фантом. — Следить за этой хатой, и ещё за чуваками какими-то и… Сто-о-оп! — сощурилась вдруг Лиля. — Чего это я буду перед тобой отчитываться, если ты ведёшь себя со мной как козлина⁈ — возмутилась она. — Давай-ка объясняй всё мне нормально и по порядку! Откуда у вас всех такие телефоны?

— Ты мне сначала подробно рассказывай, что Васин растрепал Островской, — прищурился Пашка.

— Кому? — вскинула она брови куда-то под тупую шапку с помпоном.

— Тёлке, у которой кто-то умер. Что он ей про меня сказал? Или ты всё забыла своей пустой башкой уже? — схитрил Соколов-младший и попал в яблочко.

— Да я лучше тебя могу, что хочешь, запомнить! — взвилась трупачка. — Вообще обалдел! Игорёшка сказал, что его избрали, что квесты присылают с птицами дополнительно. Что Соколова надо было проверить, и он узнал про его суперспособности — это чел с таким телефоном на суперспособности чьи-то жалуется, прикинь! Что Соколов может как-то на память таких, как Игорёшка, влиять. И даже ими управлять. Что надо с ним осторожно, чтобы это всё не забыть тоже.

— Осторожно — это правильно, — проворчал Пашка. — А она чё?

— Обалдела! Позеленела почти от злости. А потом решила Игорёшку обхаживать, раз он особенный. Тоже хочет воробьёв, я уверена! Она сперва взбесилась, что он пришёл, а как про всё это узнала — прямо стала душечка. Может, они там уже трахаются вообще. Я не удивлюсь.

— То есть у Островской, ну у тёлки этой, своих воробьёв не было, так? — уточнил Пашка.

— Да ты чё! — замахала Лиля руками. — Она, знаешь, как офигела! И обзавидовалась сразу!

— Давай ты будешь следить за Васиным и Островской и сообщать мне всё, что они делают, особенно про воробьёв и слежку за мной, — предложил Пашка. — А я взамен буду с тобой нормально общаться время от времени. Хочешь, график назначим? И про игру расскажу, только ты всё равно не поверишь.

— Хера с два я от тебя уйду, блин! — упёрла руки в бока Лиля. — Ну ты вообще тупой, что ли? Я десять лет ни с кем не говорила! Ты вообще въезжаешь, каково это, когда тебя никто не видит⁈ — злобно прищурилась она.

— Тогда я ничего тебе не расскажу, мля! — разозлился Пашка, а телефон на столе завибрировал драконом.

— Да куда ты денешься! — расхохоталась эта ТП. — Я тебе дам общаться с кем-то, только в обмен на информацию. Только честную! Потому что я всё проверять буду, понятно?

— Да ты вообще не в себе! — чуть не заорал на всю квартиру Пашка. — С какого я буду отчитываться перед мёртвой тупой пиздой⁈

— Чего-о-о-о-о? Ты как меня назвал, козлина⁈ Ты думаешь, заимел волшебный телефон и теперь тебе всё позволено⁈ Да я тебе такой ад тут устрою, что тебя в психушку запрут, ты понял? А ну извиняйся! Извиняйся, кому говорят⁈

Пашка зажмурился и заткнул пальцами уши. Нарастающий галдёж призрака стал глуше, если напрячься, то шум крови даже перекрывал содержание, и можно было подумать.

Это был полный писец! Она же реально не отвяжется! За полчаса все мозги выебала, а что будет на постоянке⁈ Куда деваться-то⁈

Надо взять себя в руки и подружиться с ней. Чтобы хотя бы отсылалась на время. Или…

Пашка сильнее напряг уши, потому что фантом орал уже, кажется, прямо ему в лицо.

Чтобы избавиться от Лили, надо её развеять. Как батю. Отправить в Ад. Ну или в Рай, мало ли, вдруг раскается. Хотя это навряд ли. Надо, чтобы она поняла свою ответственность, иначе Пашка рехнётся за пару дней.

Он открыл глаза.

— Извини меня, пожалуйста. Ты права, я вёл себя как козлина, — объявил решительно младший Соколов и старательно подбавил в голос участливости.

— То-то же! — возликовала призрачная деваха.

— Я больше не буду тебя игнорировать и прятаться, — продолжал Пашка. — Только мне надо тебя лучше узнать, прежде чем посвящать в тайну. Вот ты говорила, что тебя водитель сбил, помнишь?

— Точно, придурок! Нёсся, как в жопу ужаленный, вообще не притормаживал на поворотах! А его даже…

— Не посадили, — закивал Пашка. — Я помню. Я так-то тебя внимательно слушаю. А вот ты же за ним наблюдала потом, мёртвая, да?

— Ага, — закивала Лиля. — Отмазался, мудила! И прикинь, даже не бабла занёс, а его взяли и оправдали!

— Наверное, у него были большие проблемы из-за этой аварии? — продолжал Пашка.

— Ну у меня явно бо́льшие! — всплеснула руками трупачка. — Я умерла, вообще-то, алло!

— А вот ему сколько лет, тому водителю? У него семья есть?

— Пиздюк маленький только родился тогда, такого же из него морального урода и убийцу вырастят! — вторила Лиля. — Даже интересно глянуть, что у них там из него получилось. Только фигушки я от тебя уйду.

— Это я понял. А вот проблемы из-за аварии у него хоть какие-то были? Или его просто оправдали, и всё? — налегал Пашка.

— Конечно, были! Ты чё? Он же человека насмерть сбил. Они там на адвоката раскошелились нехило, иначе бы он сидел сейчас! А может, таки занесли как-то и бабла, может, я пропустила.

— То есть в долги влезли?

— Хоть какая-то справедливость, — закивала Лиля. — Только на зону его надо было за меня!

— А ты вроде не по переходу шла? — осторожно вставил Пашка.

— И чё⁈ Там магаз, его видно! Все там ходят, даже трава вытоптана.

— Какая трава зимой? — смерил Пашка лыжный комбинезон ехидным взглядом.

— Ну так и что теперь всех давить, если не видно траву⁈ Офигеть логика! — возмутилось привидение.

— А ты не думала, что мужику какому-то тоже жизнь сломала, потому что до светофора не дошла? — проговорил младший Соколов, как считал, очень внушительно.

— Ты чё? Я умерла, а его даже не посадили! Ты вообще слушаешь⁈

Захотелось Пашке стать страусом и голову в пол засунуть.

— Ты бы меньше всяких чмошников защищал, понятно? — пошла в атаку Лиля. — Все вы, у кого возможности есть, телефон там волшебный, или должность хорошая, или лавешка — все вечно на других плюёте! У меня вся жизнь через жопу шла из-за таких вот, умников! Вот когда я варила мыло…

И она завела по новой свою дичь о том, какие вокруг все плохие.

Да ни за что такая не одумается, мля! Так и будет выносить мозги, пока Пашка кукухой не поедет и сам под машину не сиганёт, чтобы хоть в Ад от неё удрать. Это же надо было так попасть с этой клушей!