Договорить звёздную историю он не успел, потому что тут к ним подошёл сам Абдулов.

– Толян, я это… короче, извиниться хотел, – промямлил он. – Если созреешь, можем, короче, после школы с пацанами пивка бахнуть за гаражами. Я угощаю.

Пашка затаил дыхание. Если ща окажется Толик крысой, которая только и рада к популярной кодле примазаться, сведёт он ему в ноль не одни только драки, но и умение ссать, блин, стоя!

– В жопу себе закачай то пивко, – доверительно порекомендовал Толик. – Свободен.

Настроение Пашки без всяких там баллов оплатных, само собой тут же поднялось на максимум. Всё-таки друг его – отличный пацан!

На алгебре из уважения к Зинке занимался Павел Андреевич уроком. А вот на обществознании залез в свои собственные навыки. Поднял драки (ближний бой) с серединки шкалы до конца, потом ещё, хохмы ради, игру на гитаре (всегда хотел научиться) и внезапно попавшееся на глаза айкидо. Захотелось опробовать. Интересно, а если убрать айкидо и схлестнуть их с Толиком, то кто победит?..

Приближался урок химии. Час благородных дел.

Лебедев по этому поводу как-то позеленел даже немного. Пашка уже, понимания ради, поискал в его памяти по слову «лабораторная», и выяснил, что задолжал Лебедев их химичке с начала семестра, и на сегодня она назначила ему последний срок сдачи. Лебедев подошёл к проблеме широко, собрал бабки и купил какие-то ответы в интернете, но очень боялся, что ему зададут хотя бы один вопрос и разоблачат полностью.

Нажать ей просто принять лабораторки?

Пашку разобрала досада. До появления чудо-игрухи он не мог бы себе позволить покупать готовенькие домашки. Это прямо запредельно как-то. Живут же, мать твою, российские школьники! А ему, Пашке, надо на таких свои баллы растрачивать.

Приложуха дала змею и лисицу.

А кто спонсирует Лебедеву ебланство? Если батя его кровный даже алименты сраные не платит?

Уж не Пашкин ли отец там проявляет невиданную щедрость в чужой семье?!

В конце концов, Бог Всемогущий пришёл к компромиссу, который должен был устроить и игруху, и его чувство справедливости.

Наведя на молоденькую химичку камеру, он вошёл в «назначить действие» и прописал: «вызвать Лебедева к доске и весь урок спрашивать по лабораторным работам, вытрясти из него всю душу, но всё равно проставить за каждую… – Пашка замялся, но потом-таки набрал: – …четвёрку».

Он приготовился к свободному уроку с бесплатным цирком.

Но всё пошло не по плану.

На седьмой минуте мытарств Лебедев положил мел и промычал едва слышно:

– Карина Аркадьевна, я всё скатал. Я ничего не знаю.

Запрограммированная училка не сдалась:

– Значит, будем разбираться. Пиши на доску всё и рассказывай, почему, ты думаешь, там именно это.

– Эй, а чё, так можно было?! – подал голос Краснопупинский, и класс заржал.

К концу первой лабораторной на глазах Лебедева были слёзы.

– Можно мне выйти? – взмолился он. – Я не знаю…

Нужно отметить, что Лебедев в целом был существом неразговорчивым. Самой хохмой было смотреть, как он рассказывает наизусть стихи. Пашка не помнил ни разу, чтобы отпрыск батиной шалавы сдал Лидочке что-то при классе. Походу, бубнил рифмы потом наедине, в романтичной атмосфере, так сказать.

Может, нажать ему сделать химичке комплимент? Вот это совсем ржака выйдет. И как она потом выкрутится, чтобы поставить нормальную оценку?

Пашка почти решился, испытывал он к Лебедеву, которому раньше по большей части сочувствовал, теперь что-то, очень близкое к ненависти.

Но вдруг одноклассник бросил на пол мел, обхватил себя за плечи и начал покачиваться из стороны в сторону, пялясь на тряпку для вытирания доски. 10-й «Г» заржал, Краснопупинский, кажется, взялся снимать на телефон видео, и только Подушкина вскочила, какая-то непривычно свирепая, и закричала, словно бы даже на учительницу:

– Что вы делаете?! Уведите его! Да как можно смеяться над человеком! Да что вы за придурки все!

Карина словно бы отмерла, вскочила со стула, попробовала Лебедева неловко за плечи взять. А потом они с Подушкиной вывели его из класса под всеобщий ржач.

– Припадочный! – объявил громко Краснопупинский. – Так и назовём.

– Лучше «Брачный танец длинного Лебедя», – подсказала Мирошина.

– Точно! – встрепенулся Пуп и что-то застрочил в телефоне.

– А ты так и потекла от брачного-то танца? – вдруг спросил Толик и из-за парты встал. – Привлёк Ванька, получается, самочку?

Светка покраснела, все покатились со смеху, а у её подружки Милы Юловой даже слёзы выступили, подмочив некачественную тушь. Толик прошёл вперёд, обогнул средний ряд и подвалил к Пуповой парте.

– Удаляй на хер, – опершись о столешницу руками, потребовал он.

– Чё?

– Если ты в прошлый раз не понял, уточни вон у Абдулова, как лучше сейчас поступить, – в наступившей гробовой тишине проговорил Толик. – Или Кумыжному звякни, он тебе промычит популярно. Удаляй видос. Или я те ща весь твой кирпич до заводских настроек обнулю.

Краснопупинский бросил какой-то растерянный взгляд на Абдулова.

– Удали лучше, – обречённо объявил тот.

– Помочь? – зловеще уточнил Толик и навис над ним ниже.

И тогда бесстрашный задира Егор взял и стёр своё сокровище на глазах всего класса.

– Всплывёт откуда-то в инете, урою, – пообещал Толик. – Те если скучно, лучше соревнования по отжиманию устрой.

Пашка Соколов не был уверен, что ему очень уж понравилось данное представление. Во-первых, проехаться по Лебедеву, чтобы подучился мамку свою в узде держать, было так-то его, Пашкиной, идеей. Во-вторых, превращался Толик уверенно в какого-то супермена, героя и легенду, блин. А, на минуточку, это Пашка тут, вообще-то, бог, а не Толик! И только Пашкиной волей превратился Толик в Джеки Чана! Так что не фиг перед всеми так уж лихо петушиться.

А что он устроит, когда ещё и выглядеть станет не жиртресом?

Не погорячился ли Пашка с дарами?!

Телефон вздрогнул. В пуш-уведомлениях показались дракон, змея, запятая, перевёрнутый «игрек» и «икс». Пашка разблокировал экран, и прилога сообщила:

«Вы достигли 57-го уровня!»

Толку от них теперь только…

Перед литературой Пашка загрузил себе в башку стихотворение Фета за восемьдесят баллов, и сдал его на отлично. Лебедев на уроки не вернулся, но Подушкина сообщила тем, кому было интересно, что его просто отпустили домой. Последнее квестовое задание Пашке засчитали после пятого урока: наверное, замученная совестью Карина Аркадьевна добралась до журнала. Во всяком случае, англичанка почему-то обходилась без оного до самого звонка.

Пашка просидел почти весь урок молча, стиснув зубы, сжав кулаки и таращась в нарисованный на парте фаллос. Потому что прочитал очередной квест и прийти в себя не мог, даже получив от игрухи пару утешительных драконов.

«38. Поговори со своим отцом о его любовнице. Награда – 30 000 баллов».

Вот интересно, а что бы сказал Лавриков, если бы ему начали вместо радости такие вот подставы устраивать одну за одной? Чего бы полезного насоветовал?!

Это уже было похоже на тотальное намеренное издевательство!

Словно бы Пашка язык высунув нарабатывал себе сороковой уровень для того, чтобы делать неприятные вещи!

Что вообще значит «поговорить с отцом о любовнице»?! Уточнить, как он её и куда?

Пашка с отцом отродясь не разговаривал, не то, что на скользкие темы, а даже и просто так! Если у того бывало херовое настроение, начинались доёбки – и были такие «разговоры» самыми содержательными за всю Пашкину жизнь. Что Пашка думает по поводу пацанов, которые не умеют считать? Причина общения – двояк по алгебре. Какая у новых штанов заявленная износостойкость? Можно погуглить? Причина – заборный гвоздь, оставивший дыру, где не нужно. Сколько раз в год мальчик может убраться в своём свинарнике, чтобы не упреть? Причина – бардак в их с братом комнате.