Эван заскочил в управление буквально на пару минут — отдал распоряжения о шаррафе, посетовал, что переговоры с рабочими пока зашли в тупик, зато бочки с нипритом все же убрали, и понесся на экстренное совещание к лер-мэру. Грег даже не успел сообщить о проверке пограничных амулетов. Что ж, пусть пока Эван побудет в счастливом неведении. Все равно амулетов нет.

В начале седьмого в кабинет постучался сержант Арбогаст, замирая на пороге:

— Нер суперинтендант, разрешите…

Грег, не отрываясь от бумаг, кивнул:

— Проходи, садись! — он поставил подпись под запросом в храм о магическом потенциале Хогга и поднял глаза на сержа: — Ал, что случилось? Что-то с химическим заводом?

Арбогаст выглядел откровенно потрепанным: зарос щетиной, глаза покраснели от недосыпа, короткие темные волосы слиплись сосульками — видимо, только-только принял душ. Несло от сержа розами и чем-то едким от немного пропыленной формы. Как и Грег, он сейчас был одет лишь в брюки и рубашку с закатанными по локоть рукавами. Он устало откинулся на спинку стула — Грег заметил, что Алистер позволял в его обществе быть самим собой. Это хороший знак — значит, в будущем Восточном дивизионе можно не ожидать от своего сержа пакостей, как сотворил Хогг.

— Нет, там все под контролем, — сухо отчитался Алистер. Для него новая должность была вызовом — он по жизни был молчуном, а теперь приходилось постоянно отчитываться, отдавать распоряжения и прочее. Медленно подбирая слова, он пояснил: — Северный сам справится дальше, хоть баррикады и остались, но запал воевать пока пропал — шаррафа разогнала всех штрейкбрехеров по домам. Точнее, по катакомбам.

Взгляд Алистера скользнул за спину Грега, рассматривая его мундир, висевший на кресле. От сержа не ускользнуло отсутствие фиксатора.

— Телефонировал некто нер Пти. Он представился вашим управляющим.

Грег вместо ответа лишь кивнул. Алистер продолжил:

— Он просил передать, что какие-то хулиганы повесили перед домом на дереве грызуна с запиской «Ты следующая крыса», что бы это ни значило. Я велел ничего не трогать — сказал, что констебли сейчас приедут и сами разберутся.

Грег не сдержал эмоций, вскакивая на ноги — кресло противно заскрипело ножками по деревянному полу:

— Хрррррень! Ну какая же хрень! — Родничок в сердце колыхнулся, помогая успокоиться. Грег вспомнил, что Лиззи не стоит тревожить и, до боли сжав кулаки, взял эмоции под контроль. Он уже почти невозмутимо снял со спинки кресла мундир, спешно надевая на себя. — Весь Речной на проверку отправлю… С таким сержем, как Хогг, они точно нуждаются в проверке комиссии по этике.

Алистер следом за Грегом поднялся на ноги:

— Спокойно, черный. — Он впервые в лицо назвал его по прозвищу — до этого констебли как-то стесняли с таким. — Наши уже едут к тебе домой — разберутся. Я послал Неша и Калло. Неш кого хочешь одним только своим видом запугает до икоты, а Калло умный парень — разберется.

Спешно убирая папки в бюро — он не Брок, чтобы бросать документы без присмотра, — Грег поблагодарил сержанта:

— Хорошо. Отправь кого-нибудь на поиски сержанта Грегори Хогга из Речного — только сильно не рискуйте из-за приближающейся шаррафы.

— Задержать? — уточнил Алистер. Как ни хотелось Грегу законопатить Хогга в камеру, но пока формально не за что. Надо действовать строго в рамках закона, иначе станешь таким же, как Хогг. Или, вспоминая лоа и его проделки, в его случае куда как хуже Хогга.

— Доставить на допрос. — Грег закрыл бюро на замок. Эфирные плетения не стал накладывать. — Еще… Кто сегодня из экспертов дежурит?

Зонт, мирно спящий в углу, решил не рисковать и сам прыгнул в руку Грега. Алистер лишь удивленно моргнул, когда зонт демонстративно хищно облизнулся, и, качнув головой в попытке прогнать случайную галлюцинацию — не иначе от жары, — ответил Грегу:

— Ларкинс из Сыскного, но я попросил Фрея задержаться. Его берем?

Грег не ожидал такого — Алистер собрался ехать с ним:

— Да. Его берем, а ты…

Сержант быстро сообразил к чему клонит Грег и перебил его, напоминая очевидное:

— Я лучшая ищейка, Грег. Ты же знаешь. Угроза высокопоставленному лицу требует привлечения лучших кадров…

— Там скорее угроза Элизабет.

Алистер парировал:

— Она рычаг давления на тебя. Это недопустимо. Кто-то еще нужен?

— Попроси операторов вычислительной машины задержаться — потребуется расшифровка визуалофиксатора. — Грег, зажав фуражку под мышкой, направился прочь из кабинета — длинный служебный день, начавшийся в два часа ночи, наконец-то подошел к концу. Виски чуть давило из-за волнения за Лиззи, в голове колыхался кофе — Грег выпил весь кофейник, который днем принес Одли. Под ложечкой противно сосало: не от голода — от страха. Кажется, пора увозить Лиз из города — если не получится приструнить Хогга, конечно.

— Кстати, могу я спросить, куда делся твой фиксатор? — Алистер шагал рядом, кивками прощаясь с оставшимися на ночное дежурство констеблями.

Грег криво усмехнулся своей предусмотрительности:

— Остался дома как раз для идиотов из Речного. Я его поставил на запись просто на всякий случай, даже не думал, что Хогг не успокоится с портовыми крысами.

— Пояснишь?

— По пути на Морской, — кивнул Грег. — Я проверять котел паромобиля, а ты…

— Я за Фреем и операторами, — отозвался Алистер. — Я быстро.

На улице было не менее душно, чем в управлении. Парило, несмотря на отсутствие солнца. Жаркие порывы ветра бросали в пот, заставляя жалеть о надетом мундире. Волосы тут же повисли сосульками. В салоне паромобиля было нечем дышать — там воняло смазкой, керосином и кожаной обивкой сидений. Грег открыл дверцы в надежде проветрить — котел совсем спустил давление, понадобится минут десять, прежде чем можно будет ехать. Из-за угла управления выехал служебный паромобиль с экспертом — Грег проводил его задумчивым взглядом.

Алистер, уже одетый по форме в мундир и дождевик, быстро сбежал по ступенькам крыльца, ловя пилотку, чуть не улетевшую в небеса под порывом ветра. Он сунул её под плечевой клапан мундира и, обогнув паромобиль, сел на водительское кресло. Грег, в последний раз вдохнув свежий воздух, занял пассажирское кресло.

Громкой барабанной дробью стучали по железу капота первые редкие капли, срывающиеся с небес. Улицы уже были пусты — Алистер под горку хорошо разогнал паромобиль, словно все демоны мира неслись за ними. Океан, бушующий и штурмующий сушу, мелькал в просвете домов — мутный и сливавшийся по цвету с ржавыми небесами. Грег быстро пересказал о случившемся с Лиз утром, заставляя Алистера темнеть лицом. Остановившись на железнодорожном переезде, где проносился мимо в попытке обогнать шаррафу вечерний тальмийский экспресс, сержант собрался с мыслями и сказал:

— Я с Хоггом не сталкивался — я начинал вместе с Броком в Северном дивизионе, когда как он, вроде бы, в Центральном, как и Одли. Я не знаю, насколько Хогг дружен со своими констеблями… Уже прошли те времена, когда зашедшего не на свой участок констебля отпинывали всем полицейским отделом и выкидывали за границу участка, но мой тебе совет: увози Элизабет на время разбирательства куда-нибудь подальше. Полицейские войны ничуть не лучше бандитских разборок. Рыжий навел порядок в городе, отучив констеблей от ненависти между дивизионами, он отучил полицейских брать взятки за «охрану» пабов, варьете, веселых домов на своей территории, но все легко вспоминается, тебе ли не знать. Пока будем наводить порядок в Речном, вам с Элизабет лучше быть подальше от города. Полицейские войны легко вспыхнут по новой, если констебли Речного решат, что их и Хогга наказывают незаслуженно.

Грег скривился — он не любил отступать, но рисковать Лиззи он не имеет права.

Алистер бросил взгляд на задумавшегося Грега и промолчал — он умел не мешать думать. Паромобиль бесшумно стронулся с места и свернул на Морской проспект под стоны и скрипы гнущихся от ветра деревьев.

Возле дома было суетно: стояли на страже Неш и кто-то из Речного, одетые в дождевики — ветер игрался их полами, заставляя трепетать, как вороньи крылья; нер Адаль в элегантном черном костюме замер на крыльце; чуть опередивший их в дороге Фрей уже во всю обследовал дерево, росшее перед домом вне зоны защитного эфирного экрана — видимо, сунуться под него Хогг, если это был, конечно, он, не решился. На одной из нижних мощных ветвей дуба болталась чья-то мелкая тушка с привязанной запиской. Та трепетала на ветру, как флажок. Алистер только скривился, выходя из паромобиля — до зубовного скрежета не хотелось новой полицейской войны. Времена противостояния констеблей и суперинтов тоже закончились. Кто-то из суперинтов понял, что констеблей банально больше и устроить кучу мерзких, но ненаказуемых пакостей им гораздо проще, а потому подал в отставку, а до кого-то дошло, что можно заслужить уважение тех, кто служит под твоим командованием. Речной, если это констебли действительно оттуда, зарвался.