— Я хочу узнать имя хозяина Полей Памяти, — твёрдо произнёс я и увидел, как лицо слуги немного расслабилось. Он даже слегка улыбнулся.

— Это место принадлежит миру и у него нет единого хозяина, — охотно ответил мне слуга.

— Я думаю, что ты ошибаешься, — спокойно произнёс я. — Как выглядит арка в центре Полей?

После этого моего вопроса оборотень молчал почти минуту. Я видел, с какой скоростью работал разум Антипа. Его взгляд скакал по моему лицу, будто он пытался понять, что я имею в виду и откуда у меня вообще появилась такая информация. Одновременно я ощущал на себе касание дара своего собеседника, но очень осторожное. Несмотря на волнение, Антип очень хорошо себя контролировал.

— Я не могу ответить на этот вопрос, ваша светлость, — произнёс оборотень. — Это слишком сложно описать.

— Нарисуй, — кивнул я на небольшой столик, где стояли письменные принадлежности и лежала пара блокнотов для записей. — Я пока отдохну. Не забудь про то, что температура вокруг меня не должна опускаться ниже восьмидесяти градусов.

— Как прикажете, ваша светлость, — уже ни о чём больше не спрашивая, ответил древний слуга моего рода.

Я улёгся на кровать и закрыл глаза. Толстое одеяло лежало на мне в два слоя, но это практически ничего не давало. Тело просто не создавало тепло. Я был холоден, как лёд, и близок к тому, чтобы все процессы в организме полностью остановились.

Только спустя несколько минут стало понятно, что Антип уже давно включился в работу. Для архимага его уровня создать локальное повышение температуры было пустяковой задачей. Скорее всего, никаких промежуточных этапов не было — просто в радиусе метра от моей кровати воздух резко прогрелся до нужной температуры.

В целом, для меня тоже не было особо сложно создать что-то подобное. Не было сложно до вчерашнего дня. Сейчас же, когда все сферы разума были заполнены энергией аспекта Смерти я физически не мог дотянуться до огня. Воздух и Вода тоже были недоступны. И только Жизнь, которая была сконцентрирована в каждой клетке моего тела, никуда не ушла и стойко противостояла новой силе. Если бы не владение аспектом Жизни, то выдержать получение дара Смерти у меня бы не вышло. Но даже так подготовки, проведённой ранее, было слишком мало.

Я начал проваливаться в сон. Тело охватило то приятное чувство, которое возникает зимним утром. Когда ты лежишь в холодной комнате под тёплым одеялом, на грани того, чтобы немножко замерзнуть. Тебе вроде бы тепло, но ты понимаешь, что если вдруг одеяло сдвинется, то всё может резко поменяться.

На самом деле спать я не планировал. Мне нужно было стабилизировать Источник и подготовить сферы разума для перераспределения пяти аспектов. Потому что если не сделать этого сейчас, то мой дар мог стать переменным. Тогда я мог в одно время использовать одну силу, а в другое — все остальные. А может и вообще только по одному в один период. Такой расклад меня не устраивал, поэтому как только тело немного прогрелось, я занялся делом.

Глубокая медитация позволяла менять настройки организма практически в реальном времени. Знаний аспекта Жизни у меня хватало с лихвой, но не все из них я мог применить. Для некоторых моё тело было просто не готово. Я физически не мог перестроить реакции нервной системы или какие-то особенности деятельности мозга. В отличие от архимагов аспекта Жизни, которые в совершенстве владели собственным телом и могли менять его характеристики по своему усмотрению и в зависимости от окружающей обстановки, мне приходилось действовать крохотными шажками.

Я брал рассеянное в пространстве вокруг меня тепло и постепенно разогревал, ускорял свой организм. Причём делал это не повсеместно, а специально оставлял часть нетронутых, холодных и почти неподвижных зон. Но старался делать это там, где подобное состояние дел не угрожало моей жизни.

Мне потребовалось шесть часов непрерывной работы, прежде чем я почувствовал стабильные изменения. В этот раз работа шла совсем иначе. У меня не было критического недостатка энергии, как во время получения предыдущих аспектов. Но при этом излишки силы девать было попросту некуда. Сформированные наросты на сферах разума выглядели несколько инородно, но я рассчитывал, что со временем они интегрируются глубже и перестанут выделяться. Правда, этот ход на некоторое время лишал меня возможности получить шестой аспект. Но прямо сейчас у меня и в планах ничего подобного не было.

Вместилища для силы Смерти были похожи на неряшливые глиняные комки, прилепленные к красивым фарфоровым чашкам. При этом мне приходилось постоянно держать высочайший уровень давления. Со временем это должно было сказаться на слиянии добавленных деталей с моей энергосистемой.

— Фух, — открывая глаза, выдохнул я.

С минуту назад тело вернулось к нормальной температуре. И я ощутил, что всё вокруг буквально горит. С меня градом лил пот, и я чувствовал себя, как после жесточайшей лихорадки.

— Антип…

Собственный голос показался мне слабым, хриплым и каким-то невнятным. Но слуга отреагировал немедленно, оказавшись рядом всего через секунду.

— Слушаю, мой господин, — произнёс оборотень.

— Можно больше не нагревать ничего. — прохрипел я. — Дай воды.

Я уселся на постели, принял стакан от своего слуги и жадно выпил. Снова вернувшееся ко мне ощущение былой силы дарило спокойствие и уверенность в завтрашнем дне. Я тут же сосредоточил внутренний взгляд на своём Источнике и увидел довольно интересную картину. Сферы разума, подпитываемые родовой сетью, были заполнены до краёв, но при этом выглядели так, будто в них находилась только мана аспекта Смерти. А всё потому, что правильно распределённый по поверхности сфер разума дар скрывал всё, что находится внутри.

— Получилось, — довольно улыбнулся я.

Мне очень понравились слова Насти о том, что я похож на серую кляксу аспекта Смерти. Отравление силой подобного рода было лучше, чем любая маскировка, которую я мог придумать. Чашу Императора это вряд ли обманет, но для всех остальных послужит отличным показателем того, что князь Разумовский может погибнуть в любой момент. Станет ли эта маскировка причиной ухудшения моей репутации среди дворян Империи? Вероятно, да. Выгодно ли мне это на текущем этапе? Определённо, да.

— Господин, вот то, о чём вы меня просили, — произнёс Антип и с поклоном передал мне исписанный лист бумаги.

Я внимательно посмотрел на рисунок и понял, что все мои худшие ожидания и предположения подтвердились.

— Спасибо, Антип, — возвращая бумагу оборотню, ответил я. — Можешь уничтожить.

— А что по поводу тех знаний, которые… которые вы хотели получить с Полей Памяти, ваша светлость? — усилием мысли сжигая без следа рисунок, спросил Антип.

— Уже ничего, — невозмутимо ответил я. — Того, что мне нужно, на твоих полях нет.

Оборотень пару мгновений смотрел на меня и молча шевелил губами, но слов я не разобрал. Да и язык был мне незнаком. А потом слуга низко поклонился и молча ушёл.

За окном было ещё светло, но вечер был уже не за горами. И, немного подумав, я решил предупредить всех, кто завтра поедет со мной в МАМИ, о времени сбора. Чтобы никто не опоздал. А сам ещё немного побродил по дому, приходя в себя после спонтанной перестройки. Потом плотно поужинал и лёг спать. В этот раз организм благодарно отреагировал, наградив меня приятным, крепким, здоровым сном.

Будильник сработал в час ночи. Я взял время с запасом, чтобы спокойно добраться до столицы. На какие-то пробки наткнуться не рассчитывал, потому что ночью трафик не такой плотный. Оказалось, что я встал одним из последних. В гостиной ждал Антип, а Кот, Бетюжин и Николай Петрович ещё не приехали. Настя собиралась у себя в комнате, и вниз мы спустились практически одновременно.

— Можно было так не торопиться, — спокойно произнесла девушка.

— Рассвет в районе четырёх, — пожал плечами я. — Лучше приехать немного заранее.

— Неужели ты действительно думаешь, что вся знать Москвы соберётся ради князя Разумовского прямо посреди ночи? — фыркнула девушка. — Анатолий Викторович меня предупредил, что начало церемонии будет в районе шести утра.