Тело эстайра разорвало на мелкие части. Ядро монстра стало дырой в ткани пространства, из которой лезли жадные щупальца чего-то непредставимо огромного. Что это было такое? Как можно было допустить превращения себя в… ЭТО⁈

На чистых инстинктах я сплёл самое убийственное заклинание, на которое вообще был способен и швырнул его в средоточие хищных нитей. В ответ пришла такая волна ненависти, что я чуть не вырубился окончательно. А это были всего лишь чужие эмоции…

— Дерьмовые какие-то эти врата на самом деле, — послышался приближающийся голос командира Витязей. Рыков тащил на себе Аларака. Даже сил архимага Смерти не хватило, чтобы выдержать присутствие того существа, которое обеспечило многоножку эфирной защитой. — А ты столько мне про них лапшу на уши вешал, что я уже ждал невесть чего!

— А дев ты видел? — устало ответил ему молодой архимаг. — Вообще мрак! Ты там самый красивый был, командир!

— Дальше сам побежишь, — проворчал в ответ Ратай и сделал вид, что сбрасывает Кота, но это была только видимость. Парни сбрасывали напряжение так, как могли. Потому что проблем у нас меньше однозначно не стало.

Вместо одного крайне сильного ментально чудовища, появилось что-то непонятное. И я даже не был уверен, что эта новая сила реально обратила на нас внимание. Скорее мы просто зацепили своими действиями чужие интересы и это вызвало лёгкое недовольство. Как мошки, досаждающие медведю в малиннике.

— Отпускай, — достаточно придя в себя, приказал я дружинникам и бойцы тут же поставили меня на землю. Рыков сразу швырнул куда-то вперёд Аларака и я услышал несколько заковыристых ругательств на родном языке африканца.

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть расходящиеся в небе тучи. Та сущность, которая уничтожила эстайра, действовала по тому же принципу, что и в прошлый раз. Ещё немного и к земле протянутся голодные нити, поглощающие энергию из всего вокруг. Вот только в этот раз рядом с нами не было громадных аномальных тварей, которые могли послужить громоотводом. Оставалось надеяться только на скорость собственных ног. Потому что что-то противопоставить разворачивающейся за нашими спинами катастрофе я не мог даже близко. И неизвестно пока сколько времени пройдёт, прежде чем у меня получится разобраться в этом явления.

А в момент появления разрыва в ткани реальности стало понятно, что разбираться с этой проблемой придётся. Причём не просто ради развлечения. Тот голод и та ненависть, которые затопили пространство на километры вокруг, невозможно было остановить. Пока жив обладатель подобных эмоций, он будет продолжать своё дело.

— Егерей жалко, — неожиданно произнёс Рыков. — Толковые были парни.

— Толковые, — на бегу кивнул я. — И преданные своему делу.

— Потому и погибли, — вздохнул Ратай.

— Как и мы однажды помрём, — усмехнулся Аларак. — Сегодня уже совсем близко к великой хозяйке оказались.

— Тебе бы только жаловаться! — усмехнулся командир Витязей. — Ты от этого похода больше всех выиграл.

— Выигрыш Кота будет полезным только если мы выживем, — наставительно ответил африканец и слегка поморщился. — Но пока мне в это слабо верится.

Маг Смерти быстро оглянулся и ещё немного прибавил скорости. В этот раз небо затягивало настолько плотно и масштабно, что выбраться из-под туч не получалось. Одно радовало — взгляд хозяина всего этого светопредставления сместился с нашей группы куда-то в другое место. Туда, где даже на таком расстоянии ощущались эманации магических взрывов чудовищной силы.

— Ещё километра три-четыре, — заметив впереди одно из тех деревьев, которые показал мне Семикрылый, произнёс я. Быстро стало понятно, что это не просто набор бессвязных образов, а вполне осознанный план действий. Осталось только добраться до финальной точки этого плана и понять, что делать дальше.

— Похоже, мы рано похоронили Белого Волка, — неожиданно произнёс Кот. Чувствительность Аларака выросла многократно. Я ощутил странную активность позади нас только спустя несколько секунд, да и то только из-за предупреждения африканца.

— Не помешаем? — прозвучало сверху ещё через минуту. Размытый силуэт Бестужева приземлился рядом со мной, и я понял, что тело барона стало практически прозрачным и почти невесомым. Что это было за заклинание с ходу понять не получилось. Что-то на основе аспекта Воздуха. Оно же помогало командиру егерей двигаться во много раз быстрее обычного человека. — Должен признать, что я зря тебя не послушал, Сокол. Действительно нужно было уходить. Зато теперь мы знаем, почему от найденной нами в Краснодаре туши эстайра остались только лохмотья.

— Оно того стоило? — спросил я и тут же увидел, как с ближайших деревьев начинают падать на землю бойцы из подразделения Белого Волка. Егеря не зря считались самым элитным подразделением в Российской Империи. Если и были у барона потери, то вполне допустимые для такой операции.

— Ещё как! Но командир будет в ярости, когда узнает стоимость этой нашей вылазки, — тяжело вздохнул Бестужев. Похоже, егеря применили вообще всё, что у них было, чтобы выбраться из опасной зоны. Но я при этом был полностью уверен, что барон поступил правильно. Какой смысл беречь расходные артефакты если при этом большая часть твоих людей достанется на поживу чудовищу из ядра аномальной зоны? — Куда бежим?

— Пока прямо, — коротко ответил я и Бестужев, к моему удивлению, только молча кивнул.

Вполне возможно, что для барона этот рейд стал настоящим провалом, но я получил от похода во много раз больше, чем рассчитывал. Теперь осталось понять, что мне со всеми этими знаниями делать. И где найти средства, чтобы завершить работу прежнего главы рода Разумовских по созданию артефакта тотальной блокировки аномальной зоны.

При этом с ходу возникала огромная масса вопросов. Многие из них не имели ответа в принципе, но ключевое значение имел только один — насколько подобные мои планы соответствуют намерениям правителя Российской Империи? Если допустить, что в уничтожении моего отца и братьев виноват кто-то другой, то мне стоило прямо сейчас, под руку с Бестужевым, отправляться в столицу и пытаться пробиться на приём к Императору. А если нет?

В такой ситуации всего один неосторожный вопрос может обрушить такую лавину, с которой я просто не смогу справится на текущем уровне силы. Мне нужна была прочная база за спиной. Нужен был статус, при котором никто не решится вмешиваться в дела Разумовских. И мне нужен был чистый Эфир. Наверное, нужен даже сильнее, чем в те времена, когда я открыл его в первый раз.

Размышления мои прервал тяжёлый рокот, докатившийся до нас со стороны ядра аномальной зоны.

— Ну, сейчас пойдёт веселуха! — проворчал Вепрь. — Рассыпались!

— Уже попадали в похожую ситуацию? — глядя, как разбегаются по лесу Витязи, спросил Бестужев.

— Да, — коротко ответил я и, выдвигаясь вперёд, приказал. — Левее забираем!

Когда в землю воткнулась первая жадная магическая нить, мы уже были неподалёку от озера. Каким бы могущественным не был создатель этого шторма, его силы тоже были ограничены. Накрыть своими тучами все глубинные территории он не мог. Но я при этом даже не представлял, сколько под этот удар попало обитателей аномалии. И в этот же миг я задумался о том, что могло бы произойти, если бы эстайра загнали имперские силы где-то на подходе к столице или в Твери. По крайней мере, у меня сложилось впечатление, что туча росла в размерах каждый раз, когда погибал кто-то из обитателей аномалии. Вот только местные существа обладали рядом качеств, которые намекали на их изначальное предназначение для таких целей. А что тогда с людьми?

— Прыгай! — раскидав свой голос по всему сводному отряду, приказал я и первым сиганул с обрывистого берега в озеро. Следом полетели Витязи и егеря. Я тут же нырнул глубже и начал создавать вокруг своих людей дыхательные пузыри. Тем же самым занимался Бестужев. Поэтому мы оба развернулись к поверхности водоёма. И поэтому оба увидели, как в озеро начали, одна за другой, бить красноватые молнии.