По пути в имение Ратаи начали закидывать меня вопросами, но я их остановил единственным жестом. Аларак молча смотрел на меня в ожидании пояснений к текущей ситуации.

— Всё сложно, — хмуро произнёс я. — На данный момент, егеря наши союзники, поэтому мы будем им помогать решать их проблему, чтобы она не стала нашей.

— А она может такой стать? — разом помрачнел Рыков. В отличие от Шатуна, командир Витязей был на поле боя и сам видел то чудовище, с которым сражались люди Бестужева.

— Может, — кивнул я. — Тварь однозначно разумна. Она может управлять другими чудовищами и уже сейчас собирает себе новую армию, чтобы вернуться. Проблема в том, что в этот раз, помимо изначальных целей монстра, под удар могут попасть мои земли. Поэтому я решил нанести удар на опережение.

— За счёт егерей? — прямо спросил Аршавин.

— Это был бы идеальный вариант, — кивнул я. — Но прошлый их бой показывает, что с этим могут возникнуть проблемы. Поэтому нам нужно хорошо подготовить союзников. Артефактами они и так загрузятся по максимуму. Останется полноценная защита от Ментала. Александр Егорович, нужно собрать все остатки мази, которые есть у твоих людей. Мы отдадим егерям все готовые и заряженные амулеты Большакова, а я нанесу людям Бестужева первый вариант рисунка. Временный. Это снизит риски в будущем для нашего рода и даст нормальную защиту егерям на пару суток. Вряд ли егеря захотят повторить это приключение, но свою задачу мы выполним. Амулеты нужно доставить в Горынино. Ещё у старосты Сумани уточни по поводу моего заказа. Может он уже справился.

— Понял, — кивнул Рыков.

— Дальше, — сосредоточенно глядя в пространство перед собой, произнёс я. — На данный момент, род Воронцовых очень сильно обязан Разумовским. Если бы предательство Хромова вскрылось после того, как эстайр прорвал периметр, то всё правление артефактного дома отправилось бы на плаху. Сегодня я ещё узнал, что Лента участвовал в нападении на жандармов, но это мы и так предполагали. Для нас такое положение Воронцовых означает неограниченный резерв помощи на весь период гона. Светлейший князь сделает всё возможное, чтобы очистить имя своего рода.

— Мы слышали, — хмыкнул Шатун. — Сотня барьеров первого класса… Даже представить боюсь, сколько это всё может стоить.

— Не дороже жизней членов рода, — невозмутимо ответил я. — А для Воронцовых это вообще можно списать на внеплановые издержки бизнеса. Но нам это только на руку. Нужно расставить барьеры вдоль границы. Утром нужно связаться с Анастасией Константиновной, чтобы она запитала защиту от родовой сети. Эта задача на тебе, Николай Петрович. Как и защита владения на время нашего отсутствия. Я беру с собой костяк Витязей и Кота.

— А зачем тогда накопители, если барьеры от родовой сети запитаны будут? — озадаченно спросил Шатун.

— Для магов Грифа, — пояснил я. — Каждого посадить на гору накопителей, чтобы мог использовать в сто раз больше маны, чем обычно. Всех твоих ребят завали боевыми и защитными артефактами, которые передадут Воронцовы. Я уверен, что там найдутся подходящие вещи для любой ситуации. В бой вступать только после того, как все остальные возможности по уничтожению врагов исчерпаны. Пока мы не уйдём в аномальную зону, весь зверинец должен оставаться в подземельях Сумани. Предупредите Нюшу, чтобы не выходила на поверхность. Очень уж быстро и качественно Егор Алексеевич делает выводы.

— Егеря вообще заточены на обнаружение всяких странностей, — подтвердил Аршавин. — А люди Бестужева собаку в таких делах съели. Не факт, что уже кого-то из питомцев вашей сестры не обнаружили.

— Есть что добавить? — посмотрел я на молчавшего всё это время Аларака.

— Кот грустит, что его отправили в патруль, когда его братья и князь сражались с отродьями Тьмы, — проворчал африканец.

— А по существу? — чуть улыбнулся я.

— Тварь из аномалии — зло, — категорично заявил Кот. — Исикабукабу нужно уничтожать везде, где они показывают свои уродливые лица.

— Лица? — тут же насторожился я. Аларака с нами не было и он мог знать о внешности эстайра только со слов Витязей. Однако, мне показалось, что африканец в подобных подсказках не нуждается.

— Слуги Окибу с лицами людей и телами пауков, — пояснил Кот. — Они предваряют приход богини Тьмы. Они торят её путь человеческими черепами и костями детей. Легенды говорят, что вестники Окибу всегда жаждут добраться до людей, потому что им не хватает материалов для строительства божественного пути.

— Это всё? — понимая, что в древних легендах народов Африки, которые уже много поколений живут под влиянием аномальных зон, может содержаться очень много полезного, уточнил я.

— Ещё они противные, — сморщился Аларак. — Как щекотка в мозгах. Фу!

— Понятно, — хмыкнул я, а все остальные улыбнулись. Впереди показались ворота имения и я для всех сообщил. — Мне нужно примерно два часа, чтобы подготовить запас краски. Успевайте.

В обратную дорогу двинулись ближе к полуночи. За это время Ратаи дважды уезжали на места вторжения чудовищ, но родовая сеть сообщала, что ничего серьёзного там не было. Бестужев распределил своих людей удивительно компактно. Словно пытался показать, что не планирует вмешиваться в дела моего владения. Помощь тоже барон не предлагал. Наверное, видел, что мы и так неплохо справляемся.

— Готовы, Егор Алексеевич? — спросил я. Барон лежал на полу. Сухое жилистое тело опытного бойца было покрыто такими шрамами, которые даже лучшие медики и целители не сумели убрать. Но ни одной татуировки или рисунка на бледной коже Белого Волка не было. Только голова и кисти рук смотрелись инородными тёмными частями.

— Готов, ваша светлость. — спокойно ответил барон. — Сколько времени займёт ритуал?

— Пару часов, — окинув взглядом сотню лежащих на полу егерей, ответил я. После получения полноценного первого ранга, я мог выполнять в несколько раз больший объём работы за то же время. К тому же, такой предельной точности, как при обработке Витязей кристалидной краской, сейчас не требовалось. — Постарайтесь унять свой дар и никого не убить за это время. Магов я не обрабатывал, поэтому могут быть разные неожиданные эффекты.

— Что? — тут же напрягся Бестужев. — Вы не говорили, что ритуал не отработан на одарённых.

— В подразделении Витязей только один маг, — спокойно ответил я и указал на стоявшего неподалёку Аларака. — Вот этот.

— Не волнуйся так, могучий Волк, — сверкнул в темноте улыбкой африканец. — Кот присмотрит за тобой. И за твоими духами предков тоже.

Бестужев мгновение смотрел на Аларака, а потом молча лёг на пол и закрыл глаза. Кот на мгновение отпустил свой дар и я увидел, как по лицу барона пробежала болезненная судорога. Маги аспекта Смерти могли определять силу друг друга по уровню неприязни. Вернее, разницу в силе. И я впервые увидел адепта Смерти, которые нормально вынес присутствие африканца. Белый Волк был чертовски силён.

К утру из казармы начали выползать измученные егеря. Оказалось, что на представителей этого подразделения накладывали массу длительных заклинаний защиты и это чуть не стало причиной катастрофы. Но я сумел вовремя адаптировать схему заклинаний, чтобы они не разрушили имеющуюся структуру защиты.

В рассветных сумерках выстроились на границе Горынино три фуры с логотипами артефактного дома на бортах. Аршавин лично встретил и перегнал машины на базу. Сотрудники артефактного дома так торопились, что прибыли на место встречи раньше на несколько часов и ребята Шатуна уже потрошили многочисленные ящики, сверяясь с экспедиционными листами. На этом фоне два ящика без опознавательных знаков, стоявшие немного в стороне, смотрелись довольно бледно. Но именно они привлекли внимание Бестужева.

Барон вышел из казармы одним из первых и пару секунд удивлённо смотрел на суету вокруг. Кто-то из подчинённых притащил Белому Волку его одежду и Егор Алексеевич накинул на плечи камуфляжную куртку.

— Это из тех, что были при вас во время боя с эстайром? — рассматривая лежащие в ящиках амулеты, задал вопрос командир егерей.