Отряд скрытно высадился на западной оконечности бухты, где засели русские. Откуда они взялись, никто не знал. Появились как снег на голову, потопили флотилию кораблей и ограбили несколько баз снабжения! И всё это в тылу!

Задачей отряда была разведка боем, чтобы нащупать слабые места в обороне вдруг выросшей на обрыве бухты крепости. Но Йигит-Ага мечтал выслужиться и получить титул «Бей», что автоматически сделало бы его военачальником. Поэтому он решил взять крепость силами своего отряда.

Под покровом ночи «Ойюм» подобрался к позициям русских. Весь день они наблюдали за лагерем, в котором что-то происходило. Высокие стены мешали разглядеть, что именно, но это было не так уж важно. Главное, что русские заняты.

Йигит дал сигнал начинать атаку. Ещё днём отряд разделился на две половины. Большая часть пошла в атаку на земляные валы, ров и другие укрепления русских — скрытно, используя артефакты. Вторая, которую возглавил сам Йигит, пошла там, где османов никто не ждал. Глупые русские думали, что обрыв неприступен! Но Йигит докажет, что это не так!

Ровно в одиннадцать началась операция. Османы вышли из укрытия и приблизились к земляной насыпи. Легко преодолели её, не встретив никакого сопротивления. Русских просто не было на позициях! Офицеру, возглавившему эту половину отряда, ситуация очень не понравилась, но приказ есть приказ. «Ойюм» всегда выполняет приказы.

Османы подошли к мосту, перекинутому через ров. Его тоже никто и не думал убирать. Сапёры проверили его, и он даже не был заминирован. Тогда османы приготовили кошки, чтобы перелезть через стену, как вдруг замерли на месте. Внезапно над лагерем русских поднялось зелёное зарево, а в воздухе разлился тяжёлый и неприятный гул.

(осм.) — Клянусь Аллахом, там что-то происходит, — шепнул один воин другому.

Тот в ответ испуганно кивнул.

(осм.) — Отставить разговоры, — огрызнулся офицер. — Выполняем приказ! Вперёд, пошли! Пленных не брать!

Первая дюжина бойцов двинулась к стенам, раскручивая кошки. Стены были высокими, около шести метров. Воины тихо закинули кошки и поднялись наверх. Там они и исчезли. Никаких звуков не донеслось с той стороны.

Офицер нахмурился, но послал вторую дюжину. Вдруг, когда бойцы уже поднимались по верёвкам, наверху выскочил объятый пламенем человек. Он кричал, пытаясь сбить руками пламя, и бежал не разбирая дороги, вдоль кромки стены. В итоге оступился и упал вниз, свернув себе шею.

(осм.) — Какого шайтана там происходит… — выругался офицер.

В этот же момент прямо перед его лицом открылись ворота крепости. За ними стояли всего двое. Объятый молниями огромный трёхметровый зверь и невысокая фигурка странной девушки с фиолетовой кожей и толстыми жгутами вместо волос, которые раскрылись веером, а между ними бегали фиолетовые разряды.

— Приветики-пистолетики! — улыбнулась девушка, обнажив острые, как пила, зубы, и погладила зверя. — А мы вас ждали!

От них вдруг пришла волна такой мощи, что нескольким бойцам аж поплохело, и они опустились на колени. За спинами русских монстров стояли ещё люди, готовые к сражению, — один Волкодав и несколько аристократов.

Но их участие не потребовалось. Фиолетовая демоница и Зверь бросились в атаку. Молнии разили и поджигали каждого, кто встречался им на пути. Девушка орудовала двумя огромными красными топорами, которые по размерам превосходили её саму, и выкашивала солдат как траву.

(осм.) — Отступаем! — заорал офицер, но половина его отряда уже была мертва.

Вторая половина бросилась обратно через насыпь к лесу, но бойцы увидели, как прямо из земли начинают расти дубы. Большие, с толстыми стволами, а их листья недобро шелестели. Наплевав на чувство угрозы, потому что их преследовали два монстра, с каждой секундой убивая всё больше людей, османы бросились к дубам. И там их начали хватать корни деревьев, утаскивать живьём под землю или просто душить. Отряд «Ойюм» отбивался как мог, но всё было бесполезно.

В это время Йигит-Ага полз по отвесной стене с другой частью отряда. Они услышали звуки сражения, и командир приказал бойцам спешить. Русских сейчас отвлекали другие бойцы отряда. Самое время атаковать их с тыла!

Вдруг сверху посыпались мелкие камешки. Йигит поднял голову и замер от ужаса. На отвесной стене стоял гигантский паук. Все четыре пары его глаз горели белёсым огнём, мелкая шёрстка на теле и лапах серебрилась в лунном свете, а над самим монстром поднималась аура настолько мощная, что была видна невооружённым глазом и имела форму черепа какого-то древнего чудовища.

Никто даже оружия не успел вытащить. Осман либо пронзало насквозь лапами паука, либо их верёвки растворялись от плевка кислоты, и воины падали с тридцатиметровой высоты на острые камни.

Вскоре всё было кончено. От отряда «Ойюм» никого не осталось в живых.

На борту дирижабля «Его Дубейшество»

В это же время

Дриада мирно спала и видела свой второй сон. После душного кабинета она была рада оказаться далеко от шумного города, бумажной суеты и смога. Да ещё и очередное приключение. Птицы Рукх летели далеко впереди дирижабля, проверяя дорогу по курсу. Всё было тихо и спокойно. Внизу расстилались горы с белоснежными вершинами. До крепости Дубова лететь ещё примерно неделю. Маша была уверена, что барон выстоит это время.

Вдруг сквозь сон она ощутила, как в её тело проникает ручеёк энергии. Но не успела проснуться, как ручеёк превратился в неудержимый поток, захлестнувший её с головой. Нечто похожее она испытывала, когда Дубов делился с ней энергией из Духовного пространства. Только сейчас это было в тысячу раз сильнее.

Волна экстаза прокатилась по телу, заставив его выгнуться дугой.

— Ах! — сорвался сладкий стон с тёмно-зелёных губ дриады.

Поток энергии стал ещё сильнее и унёс дриаду в море удовольствия. Так её тело пыталось переработать и поглотить всю ту силу, что сейчас перетекала в него. Сильная судорога свела тело, заставив его колотиться в конвульсиях.

— А-а-ах!!! — снова вырвалось из дриады.

А затем она взорвалась. Фигурально выражаясь. Просто она вдруг получила столько сил и энергии, что тело выплеснуло излишки, подарив ей при этом чувство эйфории.

Когда всё было кончено, Маша пришла в себя и оглядела испачканные в чём-то мокром стены каюты, постель и мебель. Скомканное одеяло, тоже мокрое, валялось в углу. Девушка тяжело дышала, её резко выросшая грудь быстро вздымалась и опадала, покачиваясь. Ноги всё ещё дрожали.

— Это… это что сейчас такое было, а? — выдохнула потная дриада и потеряла сознание.

Крепость-аул

Сейчас

Николай

Неужели мышцы могут настолько одеревенеть? Я их почти не чувствовал из-за бешеного покалывания, какое бывает, когда мышца затекла. Да у меня всё тело так кололо. И вообще… Где я?

Приложив все силы, я попытался открыть глаза… не открыл. Ну и ладно. Не больно-то и хотелось. Лучше пока загляну внутрь себя, посмотрю, как там дела обстоят. Всё-таки Духовное пространство я покинул, в этом нет никаких сомнений. Вон, всхлипывает рядом кто-то.

Мана-каналы, которые восстановились процентов на семьдесят, выглядели… обновлёнными! После такого вливания духовной энергии они не то что не сгорели, а стали даже крепче. Похоже, тонкая оболочка из излишков духовной энергии осела на их стенки, сделав намного прочнее. По крайней мере, прогон маны показал, что их мощь выросла. Физически и духовно я тоже стал крепче. Надо полагать, у тех, кто связан со мной духовно, схожий эффект. Возможно, несколько слабее. Надеюсь, никого не убило. Хотя такое я бы точно заметил, потому что сам бы умер.

Одного не мог понять: кому ещё перетекали излишки энергии, которые не смог усвоить я сам и все остальные?

Со второй попытки всё же смог открыть глаза. Находился я всё там же, в старом подполе, где держали Скворцова. Вон и он сам: в углу забился и с опаской на меня оглядывается и хнычет. Непонятно почему.