Над нашими головами повисло тяжёлое молчание. Сумерки ещё больше сгустились. Умеет Маститов настроение поднять. Но он прав. Я именно поэтому и мучу свою проблемную команду тренировками и медитациями.

— Ладно, тринадцатый взвод, — хмыкнул Маститов, смягчаясь, — на сегодня достаточно учёбы. Располагайтесь, разбивайте палатки, разводите костёр. Уж это вы сумеете?

— Сумеем! — отозвалась Агнес, щёлкнув своей зажигалкой. Метровая струя пламени выстрелила в темнеющее небо. — Ой…

— А-а-а, мои глаза! Мои глаза! — упал на колени несчастный второкурсник, стоявший слишком близко к огню. — А не, всё нормально, вижу…

На берегу реки быстро вырос разномастный палаточный городок. У большинства аристократов оказались целые самосборные шатры. Правда, без слуг некому было топить внутри печи, собирать дрова и готовить пищу, так что они сами мучались и сновали вокруг аула в поисках дров. Недолго сновали, потому что вскоре раздался жуткий волчий вой. Я-то знал, что это Альфачик радуется горному воздуху, но остальные не знали. А я не спешил их просвещать.

Насчёт еды беспокоиться не пришлось. Солдаты Маститова разбили полевую кухню и теперь варили гречневую кашу со свежим мясом. В остальные дни нас ждал сухой паёк. Но рыбалку и охоту никто не запрещал.

Кому не повезло с богатыми родителями или происхождением, ставили простые палатки общевойскового образца. Как по мне, они были куда уютнее цветастых шатров. Я же поставил свою палатку высотой в три метра, вокруг которой тут же, как опята на пеньке, выросли палатки девушек. Плюс Верещагин с Павлом поставили свои где-то недалеко.

К ночи прошлись по округе и набрали дров. С ними проблем не возникло, так как на пологих склонах рос небольшой лес. Сложили в центре аула горку дров и запалили зажигалкой Агнес. Огонь мигом разогнал темноту и ночной холод. Стало хорошо и уютно, но мне почему-то было неспокойно. На душе скребли кошки. Может, я просто соскучился по обычной учёбе? Или не давали покоя мысли о предназначении Миты?

Ладно, сейчас с этим я поделать ничего не мог, поэтому просто поплыву по течению. Иногда на некоторые вещи повлиять нельзя. До поры до времени.

Придя к такой мысли, быстро успокоился и стал наслаждаться вечером в компании друзей. Мы болтали, смеялись, Агнес с княжной сегодня спелись и подкалывали то одну подругу, то другую. Остальные студенты тоже разбились на небольшие группы, но далеко не все. Примерно половина держалась особняком, с завистью поглядывая на тех, кто вечер проводил не в одиночестве. Ну, к концу сборов, вероятно, мы все будем сидеть в одном большом и тесном кругу. Кроме Сквознякова — он кажется безнадёжным.

После горячей и вкусной каши нас начал одолевать сон. Да тут и барон Маститов объявил отбой. Возражать ему никто не стал, так как долгая дорога и само начало военных сборов порядком всех утомили.

И всё бы хорошо, но ночью я был атакован… зомби!

— Холодно… холодно… — постанывая, вползла в мою палатку княжна. — Ты обещал меня греть, когда попрошу. Я прошу! Умоляю…

Я вздохнул, но она была права. Давал такое обещание когда-то давно.

— С-с-спасибо, — проблеяла Василиса, забравшись мне под бок.

— Я думал, что ты научилась справляться со своим холодом, — вдруг осенило меня.

В темноте голубые глаза в районе моей груди хитро блеснули.

— Обычно да, но сегодня что-то у меня не ладится. И мне срочно нужно согреться!

Тонкая прохладная рука скользнула под мой спальник. Вынужден признать, что нет лучшего способа согреться, чем хорошенько подвигаться! Словно в ответ на мои мысли, Василиса ужом скользнула следом за своей рукой и целиком оказалась на мне.

— Я соскучилась… — прошептала она мне на ухо.

Я ничего не ответил. А Василиса лишь хмыкнула:

— Чёрствый сухарь! — и легонько ткнула меня кулачком в рёбра. — Я тебя так и не поблагодарила за спасение. И за то, что поверил мне, когда мной овладел Инсект.

— Я не тебе поверил, а в тебя.

Теперь княжна ничего не ответила, а спустя миг уже я целиком оказался в ней. Было приятно касаться её нежной прохладной кожи.

Но не успели мы как следует разогреться, как в палатку вползла ещё одна зомби.

— От проклятой реки слишком сильно тянет холодом, — злобно бормотала Лакросса, почти чёрная в ночи. — Зря поставила палатку с той стороны… Оу, я не помешала? — разглядев княжну на мне, оркесса довольно заявила: — Одна ты не справишься, Василиса.

— Я знаю, — слегка недовольно вздохнула та.

К слову, они и вдвоём не справились, но я решил не терзать бедных девушек. Больше обычного. К тому же, едва мы закончили греться, в палатку ломанулись все остальные замёрзшие зомби, и в итоге я заснул под грудой довольных женских тел. Только графиня Вдовина, видимо, не замёрзла этой ночью.

Утром нас поделили на отделения. Так как наш взвод был тринадцатым и потому не полным — где-то шесть десятков человек, — то отделений вышло всего четыре. К счастью, костяк моего отделения составили проблемные, Павел, Алексей, княжич Медведев и ещё несколько незнакомых мне человек. А вишенкой на это прекрасном торте стал будущий граф Сквозняков.

И к «радости» последнего командовать отделением назначили меня, как имеющего боевой опыт. Но Сквознякову этого было мало.

— Чтобы мной командовал какой-то барон-полукровка… — шипел он у меня за спиной.

— Тебе придётся подчиняться, граф, — бросил я через плечо, пока Маститов разбивал на отделения остальной наш чёртов взвод. — Если не захочешь, чтобы тебе сломали вторую руку.

— Чего? Что значит вторую? Да у меня и первая не сломана.

Я молча повернул голову. Просто смотрел на Сквознякова, а он всё больше голову в плечи вжимал.

— Прежде чем я раздам задания на первый день, — громко произнёс Маститов, — познакомлю вас ещё с одним инструктором. — Рядом с ним встал долговязый и бледный мужчина с рыжими волосами, собранными в хвост, вытянутым лицом и рыбьим взглядом светло-серых глаз. Он коротко поклонился, когда поручик назвал его имя. — Анатолий Борисович. Духовный практик пятого уровня, он будет отвечать за подготовку практиков из числа студентов. — Маститов вытащил из кожаного планшета несколько листков бумаги. — Согласно списку директора, среди вас должно быть двое практиков второго уровня, и один… хм, неплохо… четвёртого. Выйдите вперёд.

— Четвёртый только официально, — шепнула мне на ухо Катя, проходя мимо.

Для этого ей пришлось подпрыгнуть и пощекотать мою щёку рыжими кудрями. А я получил ответ, как это её так легко приняли в академию.

Кроме Вдовиной, Духовными практиками среди студентов оказались ещё одна девушка, скромная брюнетка с чуть пышным телом и оттого приятными округлостями, и щуплый лысый парень азиатской наружности.

Вообще, я только недавно узнал, что у Духовных практиков есть уровни. Высший — девятый. Практики девятого уровня живут ужасно долго, но их во всём мире не больше пяти человек. У Маши, скорее всего, шестой уровень. Рыжая графиня ей не уступает.

— Эти студенты поступают в распоряжение Анатолия Борисовича на весь день, — сказал Маститов. — Остальные отделения займутся восстановлением крепости.

— Отлично, — хмыкнул Сквозняков. Он стоял уже на почтительном расстоянии от меня в окружении парочки прихвостней. — Нам землю рыть, а каким-то простолюдинам весь день лафу гонять. Ах да! Совсем забыл… Это же называется медитацией!

Дружки поддержали сынка графа едкими смешками.

Похоже, этот парень своей смертью умирать не собирался. Пока он ещё что-нибудь не ляпнул, я кинул в него и его друзей несколько духовных игл. Мои энергетические каналы ещё не совсем восстановились, так что иглы вышли слабыми, а сама атака отозвалась неприятным жжением в висках.

Зато дружки-гиены подскочили от боли, а вот самому Сквознякову моя игла угодила в какой-то энергетический узел. Его мышцы свело жуткой судорогой, и он упал, вопя от боли и пытаясь удержать рвущуюся из сустава ногу на месте.

— Это ведь ты сделал, да? Ведь правда? — дёргала меня за руку чрезвычайно довольная Мита. — Научи меня так же!