И так с каждым Жемчервём. Не знаю, сколько понадобится жемчуга, но чем больше, тем лучше. Я планировал то, что останется, растолочь и приготовить несколько усиливающих зелий. Благодаря пространственному кольцу Агнес, у меня теперь всегда под рукой небольшая алхимическая лаборатория.

— Ну, поехали! — кивнул я Лакроссе, затем повернулся к волчонку, который терпеливо ждал у моих ног. — А ты лучше не суйся. Проглотят ещё.

Тот моргнул жёлтыми глазами, будто всё понял.

Оркесса поднесла к губам флейту и начала играть. Полилась прекрасная тягучая мелодия. Я протянул молот Веронике, и она возложила на него обе ладони, прикрыла глаза, а через несколько секунд кивнула, убрав руки с оружия. Воздух вокруг молота дрожал, углубления рун по краям покрылись колючим инеем.

Несколько минут ничего не происходило, но Лакросса продолжала играть.

— А неплохо, — оценила музыку Агнес, прикрывая глаза от удовольствия.

— Не зевай, — одёрнул я её. — А не то пойдёшь на закуску червям.

— Подавятся! — подбоченилась гоблинша, вытаскивая острый кинжал.

Я прищурился, осматривая линию горизонта. Может, надо залезть в одну из нор, чтобы играть? Но тогда у нас места для манёвров не останется.

Уже было решил, что нас постигла неудача, как вдруг на горизонте вздыбилась земля. И волна быстро шла в нашу сторону.

— Приготовиться! — сказал я, спускаясь по склону холма. Лучше эту тварь встречать подальше от Лакроссы.

В нескольких десятках метров от нас дёрн с пожухлой травой поднялся и треснул. Земля под ногами задрожала. Жемчервь приближался.

Я выбрал момент и со всей силы топнул ногой по земле, заодно взрываясь аурой. Маны у меня теперь было сильно больше, так что можно потратить немного, чтобы отвлечь внимание монстра.

Сразу после поверхность земли взорвалась передо мной, и вверх на полдюжины метров вырос толстый червь. Его шкура тут и там блестела жёлтыми наростами. Я тут же ударил молотом по его туше, и она покрылась толстой коркой льда. Холод распространился и поглотил червя почти до самого кончика торчащей головы.

Под весом льда и собственной обездвиженной туши он рухнул прямо на меня. Я едва успел отскочить. Музыка на секунду прервалась — Лакроссу тоже чуть не зацепило.

— Давай, Агнес! — прокричал я, подбегая к Веронике. Она снова зарядила холодом мой молот.

Я подскочил к пасти монстра. Та выглядела как тоннель с тремя лепестками и уходящими вглубь кольцами из острых длинных зубов. Я врезал молотом по башке червя, и её тоже заморозило.

Но у этой твари есть одна особенность. Она умеет перемещать сознание из головы в задницу! Непонятно, почему его назвали Жемчужным червём. Головожоп подходит лучше. Как для некоторых людей. Только последние предпочитают всегда держать сознание в заднице, в отличие от червяка.

Пока что жопа твари находилась под землёй, и заморозка мешала перенести сознание из головы в задницу. Но насколько её ещё хватит?

Агнес забралась на спину червя и принялась кинжалом разбивать лёд и выковыривать жемчуг, складывая в кармашки на поясе. Действовала она довольно шустро.

Под ногами у меня снова задрожала земля. К нам полз новый Жемчервь. Я в очередной раз дал Веронике зарядить молот холодом и кинулся ему навстречу. Так же топнул, дождался, пока половина червя вылезет на поверхность, и ударил, сковывая холодом монстра. Он успел свернуться в кольцо прежде, чем замер.

В это время под Агнес туша твари задрожала. Сознание переехало в другой конец червя, и тот начал пытаться уползти обратно в нору. Верхняя половина твари уже оттаивала.

— Уходи, Агнес, живо! — скомандовал я.

Зелёная язва упрямо мотнула головой.

— Я ещё не закончила.

Лёд на червяке пошёл трещинами и начал осыпаться. Волчонок подбежал к Агнес, заливаясь лаем. Вдруг остатки льда отвалились, и чёрвь пришёл в движение. Если гоблинша не спрыгнет, то её затянет под землю. Я бросился ей на выручку, оббегая кольцо из замороженного червяка, но Альфач успел раньше. Он прыгнул, клацнул челюстями, схватив полторашку за ремешок очков на шее, и стянул на землю.

— Х-р-р… — недовольно хрипела Агнес.

— Давай на следующего! — тут уже подбежал я, а туша червя с чпокающим звуком исчезла в норе, обдав нас фонтаном из сырой земли.

Гадость.

Но некогда приводить себя в порядок. Я схватил Агнес и забросил на следующего Жемчужного червяка.

— Коля! — вдруг услышал я крик оркессы.

Обернулся, а на неё новый червь нападает. Вероника была в стороне, и времени заморозить молот не оставалось. Я побежал на выручку девушке так. Червь полз по склону холма, раскрыв лепестки пасти. В неё с громким шорохом залетала земля с травой и камнями. Лакросса успела запустить в глотку монстру несколько копий, но разве его этим остановишь?

Когда оркесса повернулась бежать, было уже поздно. Червь почти настиг её.

Я вкачал изрядное количество маны в мышцы ног и оттолкнулся от земли. Пушечным ядром влетел в бок чудища и сбил его с курса. Затем добавил молот, оглушив его, и схватил руками за шею. Благо этот попался не такой толстый, как два его старших брата. Длины моих рук хватило, чтобы сцепить пальцы в замок и начать душить монстра.

Нет, его так, конечно, не убить, он же жопой дышать может. Это я для того, чтобы он не начал землёй плеваться.

Похоже, эта мысль одновременно пришла нам в головы, потому что Жемчервь дёрнул телом и попытался выплюнуть поток земли и камней. По его телу пробежала волна и комком упёрлась в мою хватку.

Не, фиг там!

Комок откатился назад.

К тому времени Агнес уже «оскопила» второго червя и спрыгнула с него. Тот так же исчез под землёй с чпокающим звуком. Гоблинша забралась и обхватила ногами кольчатое тело и заработала ножиком. Золотые жемчужины дождём посыпались в кармашки на поясе.

Червяк рванулся назад, но я упёрся ногами в землю. Тогда в паре метров от нас вынырнул хвост твари и ударил наотмашь.

— Мгм, — только и успел издать я, отлетая в сторону и сшибая с ног Лакроссу. Головой я оказался между её упругих грудей.

Задержавшись всего на одну прекрасную секунду, вскочил. Хвост червя рванулся к Веронике, из-за чего та часть, на которой сидела Агнес, начала стремительно втягиваться в землю. Так быстро, что та не успела бы ничего сделать, даже если бы заметила. Да и я тоже.

— Агнес! — отчаянно прокричал я, пытаясь привлечь внимание упорной гоблинши.

Она будто не замечала, что червь под ней ползёт. Края дыры в земле стремительно приближались. В то же время задняя часть монстра приближалась к Веронике, что пыталась убежать.

Я будто оказался в дурацкой задачке про трамвай и рельсы, где надо выбрать: задавить одного или пятерых. Всегда предлагал третий вариант: положить на рельсы моих врагов и поддать газу.

Сейчас так не сработает…

Выхватил револьвер и несколько раз выстрелил в Жемчервя, сбивая его с курса. Пули, напитанные маной, вырвали куски плоти, но не остановили монстра. Зато дали пару мгновений мне и Веронике. Я подхватил молот и швырнул изо всех сил. Оружие шмякнуло чудовище по жопе, вогнав его в землю. Червь тут же бросился зарываться вглубь. Синеглазка спасена. Теперь черёд Агнес.

Оглянулся и с ужасом понял, что не успеваю ничего сделать. Неужели я совершил ошибку? Ну почему она продолжает ковырять этот сраный жемчуг? Мы же можем так хоть весь день его добывать! Ни к чему рисковать.

Мои глаза отказывались видеть, как маленькая гоблинша на огромном Жемчужном черве исчезает под землёй…

Однако… у этой мелочи зелёной был план!

За миг до всасывания под землю она дёрнула за колечко на груди.

Блуп!

Жилетка надулась, превращая Агнес в шар, который оттолкнулся от земли, подлетев на десяток метров в воздух.

— И-и-и! — весело визжала гоблинша, падая вниз.

Тьфу, зараза! Прибью. Но потом.

Упав на землю, она спустила воздух из костюма, кое-как потянув за другое колечко. Эластичная ткань жилетки приняла прежнюю форму.