Во время сражения Волшебник то и дело приговаривал о неком храме Идущих со смертью, одним из которых я являлся. Постоянно добавлял то, как они мучились, когда тот посетил их пристанище, явно стараясь выбить меня из колеи.

Иномирец прекрасно понимал, что в нестабильном эмоциональном состоянии Духом управлять сложнее, вот только он не учёл того факта, что мне было плевать как на самих Идущих со смертью, так и на их храм. А потому его высказывания и громкие речи ничего, кроме усмешки на моём лице, не вызвали.

И главным отличием по сравнению с нашей прошлой встречей с Волшебником было то, что в этот раз я его не отпустил. Такого врага оставлять за спиной не хотелось, а потому пришлось поднапрячься самому и поднапрячь немного Кей, так как этот сраный кудесник вновь вознамерился сбежать в иной мир. И ему это даже удалось, так как поблизости оказался один из порталов.

Вот только его ошибкой стало то, что после прохода через пространственный разлом он излишне расслабился. Я же, в свою очередь, воспользовавшись услугами своей девятихвостой зазнобы, с лёгкостью прошёл вслед за Волшебником, где быстро его, измотанного нашим сражением, изловил. Однако обычная смерть мне показалась слишком простой для такой гниды как Волшебник, ведь душа у него была сильна и смогла бы отправиться на перерождение. Потому я решил использовать духовный клинок в качестве средства убийства, дабы душа иномирца была благополучно сожжена в его пламени. Но у Чайи было другое решение: она разобрала душу Волшебника на составляющие, выделив из неё ту, которая отвечала за необычный Дар, а остальные пропустив через пламя клинка.

«В хозяйстве пригодится», — усмехнулась тогда богиня с пугающей ухмылкой на своём лице.

Однако справиться с теми иномирцами, что уже вторглись в наш мир, оказалось лишь половиной дела. Ведь, как показала практика, вторженцы вовсе не чураются того, чтобы повторно попытаться проникнуть в те же места, откуда были изгнаны. Например, таким образом вновь открылось несколько порталов во Владивостоке, пока мы дружной компанией путешествовали по миру.

Понятное дело, что ничему страшному случиться мы не позволили. Точнее сказать будет, что я не позволил. Быстро метнувшись на другой конец света, быстренько обломал рога особо ретивым вторженцам, не забыв зайти к ним в гости и устроить им там небольшой филиал ада на земле. За это время Грозовой Левиафан стал неотъемлемой частью моей силы, а также верным соратником на поле боя. У меня даже сложилось впечатление, что из раза в раз я вызываю не просто клона когда-то побеждённого мной существа, а одну и ту же душу. Подтверждений у меня, к сожалению, нет, да и Чайя относится к моему ощущению со скепсисом. Однако это не помешало мне и моему новому другу с помощью молний выжечь часть иномирного города, откуда совершались вторжения в наш мир.

Разумеется, иномирцы могли попробовать пробраться в наш мир вновь. Это могло стать большой проблемой, если бы не моя башковитая девятихвостая лисица, которая придумала небольшое устройство, что отслеживало наличие пробоев между нашим миром и миром вторженцев в определенном радиусе вокруг себя.

Правители всех государств восхитились и тут же попросили для себя парочку таких штуковин. Стоило видеть их лица, когда те узнали, что подобные устройства работают на полноценных якорь-сферах, которые ко всему прочему требуется иногда менять, если хочется бесперебойного обнаружения разломов между мирами. А где такие можно взять? Верно, только у моего Рода. Вот тебе и деловые отношения, о которых так грезила Оксана, когда подсовывала мне ту злосчастную бумажонку на подпись.

К слову, о моей беременной жене. Для себя главной целью я ставил то, чтобы успеть расправиться с иномирцами до того момента, как родится мой ребёнок. И в тот день, когда со мной связались и сообщили, что началось, я уже на все парах мчал домой. Казалось бы, что могло пойти не так?

— Поздравляю, Саша, у вас мальчик, — с добродушной улыбкой княгиня Донская протянула новорождённого ребёнка его отцу.

Оксана, будучи измученной родами, с неким благоговением наблюдала за этой сценой. Её муж принял ребёнка на руки. Однако девушке показалось, что данное действие было выполнено излишне резко, словно было лишено родительских любви и трепета. Сердце матери яростно забилось, послеродовая усталость отступила, а в висках гулко застучало.

— Что-то не так… — с трудом проговорила Оксана, однако её никто не услышал, кроме Александра.

Парень взглянул на девушку, а добродушная улыбка на его лице исказилась в мрачном оскале. Лицо Александра покрылось тёмной дымкой, чтобы в следующее мгновение изменить лик графа Новикова в нечто ужасающее. Княгиня Донская первой заметила изменения в графе и тут же попыталась выхватить ребёнка обратно, однако была с силой отброшена в одну из стен.

— Какие же вы все мерзкие… — проговорил тот, кто совсем недавно был графом Новиковым. — Не удивлён, что здесь нет ни одного представителя моей семьи. У тебя, Новикова, своей группы поддержки достаточно.

Алексей Романов. Тот, кого считали умершим, сейчас стоял в центре большой комнаты, переоборудованной под родильный зал. Однако воскрешение не далось ему просто так. Половина лица представляла собой безликое нечто, от которого веяло чем-то потусторонним. От этого Алексей выглядел весьма устрашающе и куда более зловеще.

— Какого хрена тебе нужно, Романов? — встала между Оксаной и Алексеем вторая жена графа Новикова, Анна.

Девушка удерживала в руках парные клинки из лунной стали, однако это, скорее, развеселило непрошенного гостя, что притворялся её мужем, нежели испугало.

— Вы и в самом деле сто́ите друг друга, Новиковы, — прошипел Романов. — У меня в руках наследник вашего Рода, а ты мне угрожаешь холодным оружием…

— Не позволю, — раздался хриплый голос за спиной Анны.

Оксана, несмотря на крайнее истощение, поднялась на ноги и направила одну из своих рук в сторону непрошенного гостя, что удерживал её ребёнка. Пространство застыло, малыш, который был излишне спокоен, замер.

— Думаешь, твои игры со временем повлияют на меня, Новикова? — оскалился Романов, после чего щелчком пальцев развеял заморозку времени. — Ты не способна влиять на тех, в ком течёт сила богов!

Оксана завалилась на пол, из её носа и рта бурными потоками хлынула кровь. Пришедшая в себя княгиня Донская тотчас рванула к девушке, что осталось проигнорированным со стороны падшего принца Российской империи. Казалось, что он погрузился в свои мысли.

— Вы вообще понимаете, с кем вы связали свою жизнь? Он вам рассказывал, кем является на самом деле? — по непониманию на лице Анны, Романов сделал определенные выводы и продолжил: — Аха-ха-ха! — расхохотался Алексей, за что в следующий момент получил маленькой ладошкой по лицу. Младенца не устроил такой шумный человек и теперь он взирал на того, кто удерживает его на руках, с недовольством. — Хм, ладно, — осёкся падший принц, явно не ожидавший такого от только что появившегося на свет ребёнка. — Я поведаю вам, что ваш любимый и ненаглядный сам является иномирцем! Он уничтожил душу настоящего Александра Новикова и взял его тело в качестве пристанища. Именно он возвысил Род Новиковых, а не истинный хозяин тела. Вот и живите с этим, — припечатал Романов, развернувшись в сторону выхода.

— Это не новость, — пока остальные пребывали в крайней степени удивления, слово взяла сестра графа, Наталья, которая, как и многие другие девушки, оказывала поддержку Оксане во время родов. Романов остановился и направил свой взор на девушку. — Вот только ты лукавишь, негодяй, искажая факты в свою сторону в надежде на то, что мы все разом отвернёмся от Саши.

— Хм? — Романов наклонил голову с интересом.

— Ещё в школе я узнала о том, что Саша фактически им не является. Вот только разница от сказанного тобой заключается в том, что он не отбирал тело моего брата и вовсе не уничтожал его душу, — глаза Натальи горели уверенностью в своих словах. — Нет, на самом деле мой брат был настолько слаб, что самовольно отдал своё тело, не справившись с выпавшей на его долю ношей. Так что ты, Романов, пустослов! Хотя… Чего ещё требовалось ожидать от представителя столь гнилого Рода⁈ — лицо девушки исказилось в подобии оскала, которым славился её брат.