На меня набросились, попытались отцепить от неё, но я намертво вцепился в свою добычу, не собираясь никому её отдавать.
Что было дальше, я не помню. Просто в какой-то миг мир стал черным, и я потерял сознание. Очнулся я уже в цепях в каком-то глухом подвале без окон.
Вначале я не понял, где нахожусь и почему. А затем я вспомнил, что именно приключилось, и по спине пробежал холодок.
-Что я натворил….? – от понимания того, что я напал на жену главы дома, и вполне возможно, что вообще её убил, стало страшно. Этим я мог подставить не только себя, но и других. И самое паршивое, что я не осознавал, что делаю. Я был сильно ранен, и просто поддался жажде.
Но главное – почему не сработал ошейник? Почему он не помешал мне напасть на неё? Разве меня не должно было скрутить в тот же самый момент.
Цепей было много, и они крепко приковали меня к стене. Попытка порвать их ни к чему не привела, что меня нисколько не удивило. Эльфы умели делать весьма крепкие вещи, доспехи тому пример. От этих оков можно будет избавиться лишь с помощью меча с красным клинком.
Плохо…
Глава дома явился меня проверить примерно через два часа. Его лицо было бледным, а глаза злыми и уставшими. Войдя в помещение, взмахом руки он активировал энергетическое поле, служившее тут дверью.
Встав напротив меня, Маома заложил руки за спину и пару мгновений всматривался мне в лицо.
-Я был недостаточно хорошим хозяином? – хмуро поинтересовался он. – Мне казалось… что мы с тобой нашли взаимопонимание. Но затем ты берешь и нападаешь на мою жену. Хотелось бы узнать, как ты это сделал, не смотря на ошейник, но это мы ещё успеем.
Он покачал головой, а затем резко сделал шаг вперед, вогнав мне в бок что-то похожее на иглу.
-Аргх…- вскрикнул я, ощутив, как металл пронзает кожу.
-Больно? – уточнил эльф, а потом с кровожадной улыбкой стал поворачивать её. Она не имела форму круга, а скорее шестигранника, поэтому я буквально ощущал, как эта штука крутится в моих внутренних органах. – Ничего, это мы ещё только начали.
Он резко извлек инструмент, после чего достал из кармана платок и вытер кровь.
-Просто поразительно, ты уже регенерируешь… - хмыкнул он, с небольшим любопытством наблюдая за тем, как уже начинает затягиваться моя рана.
-Пошел ты, - выплюнул я кровавую слюну ему под ноги, и почти сразу ощутил боль от ошейника.
-«Помаринуйся» тут немного, - усмехнулся эльф. - А я пока оставлю тебя.
И он правда ушел, вот только боль, причиняемая ошейником, никуда не пропала, мне было все так же больно. Но он не учел одного, как вампир я могу её подавлять, пусть не полностью, но даже если его не будет час, два, день, я это переживу, как люди переживают легкую головную боль.
***
Когда Хэммир покинул камеру пленника, то не чувствовал какого-то настоящего удовлетворения. Он причинил ему боль, но едва ли главе дома стало от этого лучше. Даже то, что он оставил включенным ошейник, нисколько его не радовало.
Постояв ещё немного за силовым полем, раздумывая над тем, чтобы вернуться и попробовать что-нибудь ещё, но в итоге решил повременить, отправившись в одну из гостевых спален, которая сейчас являлась лазаретом для Теолании.
-Как она?
-О, Хэммир, - Амрория в слезах бросилась на шею мужу.
-Тонхрон, я задал вопрос! – рыкнул глава дома, смотря на бледного мужчину-мага.
-Все плохо, - нервно сглотнул человек, втянув голову в плечи. – Я смог стабилизировать её состояние, но лишь благодаря переливанию крови. Вот только рана на шее не затягивается, и в сознание она не приходит.
-Она будет жить!?
-Я приложу для этого все силы, - поклонившись, сказал он.
-Хорошо, - слегка успокоившись, сказал Хэммир, сложив руки за спиной. – Для твоего же блага, чтобы она продолжала жить.
-Будет исполнено… господин.
Как только тонхрон ушел, Амрория тут же прижалась к мужу, заливая его грудь горькими слезами.
-Этот раб должен страдать. Так же, как страдает Теолания.
-Не волнуйся, - поспешил Хэммир успокоить супругу. – Он будет страдать.
Оставив Амрорию в одиночестве, он прошел в рабочий кабинет и, налив полный бокал вина, сел за свой стол. Ему было больно от того, что не исключено, что Теолания оставит этот мир, но с другой стороны, вряд ли он в случае гибели супруги будет неутешен. У неё было хорошее тело, тугое влагалище, симпатичная мордашка и симпатичное лицо. Но, увы, ей не хватало ума. Порой она его даже раздражала, но, тем не менее, она была его женой. Будь на месте Теолании Амрория, Раб бы сейчас страдал куда сильнее. И Хэммир пытал бы его лично, и с особым рвением.
Вот только вся эта злость была скорее спектаклем. Необходимостью. Все должны были думать, что он очень переживает за судьбу Теолании, а на деле он думал, что при определенном рвении способен найти другую, с такой же тугой киской, и может, даже с грудью побольше. Вряд ли она будет из высокого дома, но так даже лучше. Будет с большим рвением ублажать мужа.
А вот с рабом все было не так просто.
Оторвавшись от размышлений, он решил проверить «Кровавого Барона» с помощью артефакта-наблюдателя. По легкому велению на столе Хэммира появилось нечто вроде небольшого зеркальца, на котором возникло изображение комнаты с пленником. Несмотря на активированный ошейник, он держался очень хорошо. Вместо того, чтобы скулить, сжав зубы от боли, тот дергается, пробует порвать цепи, разумеется, безрезультатно. Но факт остается фактом, не похоже, чтобы боль от ошейника сильно ему мешает.
Хэммир с легкостью мог бы убить этого человека буквально щелчком пальца, но не спешил это делать. В первую очередь нужно было решить, что с ним делать дальше. Он великолепно выступил на Арене, одолел казавшегося непобедимым Улыбающегося Мо, но… сделать вид, что все в порядке Хэммир не мог.
Раньше он хотел заручиться поддержкой этого перспективного новичка. Показаться ему радушным господином, чтобы он доверял ему и сражался во славу дома, а этот никчемный раб в буквальном смысле укусил кормящую его руку.
Больше Хэммир такой ошибки не совершит.
Если этот раб не хочет сражаться во имя дома Маома по доброй воле, то его нужно сломать. Превратить в бездумное оружие.
-Баттрон, я хочу тебя видеть у себя в кабинете, - глава дома воспользовался артефактом связи и позвал ответственного за тренировку рабов. Тот явился буквально через десять минут и поклонился, зайдя в кабинет.
-Вызывали, господин?
-Приведи ко мне то Мясо, Аннэй.
-Мясо, господин? – слегка удивился баттрон.
-Да-да, то самое, четвертого ранга, которое почему-то ещё живо.
Баттрону не очень понравилось то, что он почему-то должен приводить к господину самое низкосортное человеческое отребье, но приказ есть приказ. Выполнил он его так же достаточно быстро, Хэммир ещё даже бокал не успел осушить, как в кабинет ввели юношу.
Вид у него был жалким. Под правым глазом был синяк, да и на теле их хватало. Мускулатура почти отсутствовала.
Никчемное, жалкое создание, которое Хэммир хоть прямо сейчас был готов отправить в расщепитель. Но вместо омерзения он «натянул» на лицо добродушную улыбку и жестом пригласил человека сесть напротив него. После чего приказал баттрону налить гостю вина. Вигру это по душе не пришлось, но он подчинился и сделал требуемое, после чего удалился по приказу главы дома.
-Ты слышал о том, что произошло с Кровавым Бароном? – сразу перешел к делу эльф, откинувшись на спинку кресла.
-Он победил Улыбающегося Мо, одного из сильнейших… - слегка дрожащим голосом ответил человек.
-Все верно, но вот о том, что было потом, пока не говорят. Но думаю, что слухи очень быстро расползутся. Он напал на мою жену, и сейчас она находится при смерти.
-Это… ужасно… - кажется, он попытался выдавить из себя сочувствие, но вышло не очень. Пареньку скорее сейчас было страшно за свою жизнь, чем за чужие. Но данный факт нисколько не оскорбил Хэммира.
-Действительно. И я не могу просто так этого оставить.