— Вперед! — скомандовал нам Фихт, и в этот момент я ухватил девушку за руку и потащил за собой. Только мы спрыгнули с повозки, как у меня над головой просвистел болт.
Капитан охраны каравана оказался на удивление умелым воином. Вот уж не знаю как, но он ухитрился отразить один из болтов, летящих в нас. Да и другие солдаты вели себя слаженно, начав прикрываться щитами. А вот купцу не повезло, его убили практически сразу. Зря он все-таки с нами не пошел…
Мы успели пройти не больше четырех шагов, как мое бедро пронзила острая боль. Опустив взгляд, я увидел торчащий оттуда болт.
— Саркхено семя! — выругался Фихт, обернувшись в нашу сторону, и тут же получил болтом в голову.
Селина истошно закричала, а я, забыв про страх и боль, ухватил девушку за руку и побежал. Но в тот же момент получил ещё один болт прямо в спину.
— Максим! Макс! — кричала красавица, но я не мог ей ответить. Сознание отчаянно проваливалось во тьму.
Так вот она какая… смерть…
Неприятно….
Вижу, как к девушке подбегает парочка головорезов. Хватают под руки и оттаскивают от меня. Из последних сил тянусь к ней, но все без толку. Примерно в полутора метрах лежит мертвый Фихт, смотря на меня единственным глазом.
Боли нет…. Только холод….
— Красивая, — слышу одного из разбойников.
— Это да. Продадим её в Юндор, там как раз маги-рабы ценятся дорого. Думаю, получим серебро, равное её весу.
— Хех, не мало!
— Но вначале, надо бы её отыметь!
— Только не до смерти, и не бейте. У неё должен быть товарный вид!
— Не вопрос, Босс.
Краем взгляда отмечаю, как двое бандитов держат девушку, а третий разрезает её платье. Ещё парочка стоит рядом и что-то обсуждает. Селина сопротивляется, но ничего не может сделать. В итоге одному из бандитов это надоедает, и он отвешивает девушке пощечину.
— Босс сказал не бить.
— Да я не сильно, — отмахнулся бандит, уже собираясь спускать свои штаны.
Ублюдки! Твари! Выродки! Вы не достойны жить…
Никогда прежде я так сильно не желал чьей-то смерти.
Руки не слушаются, но надо ползти.
Надо… Если я хочу спасти Селину… надо…
Кое-как мне удается преодолеть полтора метра, разделяющие меня и тело Фихта. Хотя мне показалось, что я прополз километр.
— Простите, капитан, — шепчу я, касаясь губами образовавшейся лужи крови.
— Бо-о-ос… — послышался совсем рядом голос одного из головорезов.
— Чего ещё!?
— Тут мертвый парень пьет кровь у трупа!
— ЧТО!?
В этот самый момент в меня прилетает ещё один болт, но это уже не важно. Теперь это просто царапина.
Мои мышцы наполняются силой. С каждой каплей крови, что получает тело, мне становится лучше. Больше нет боли, нет слабости. Только сила. Сила убить этих недоносков!
Встаю на ноги, и один за другим вытаскиваю из себя арбалетные болты. Они боятся, я буквально ощущаю исходящий от них страх. И правильно, они должны бояться. Добыча должна страшиться хищника!
Головорезы вновь выстрелили, но болт пронзил лишь размытую пелену, оставшуюся от меня. Какие же они медленные. Чтобы преодолеть расстояние, разделяющее меня и бандита, собравшегося насиловать Селину, ушло не более секунды. Оказавшись у него за спиной, хватаю его за «достоинство» и вырываю его с корнем.
Мужчина, хотя теперь уже не мужчина… хехехе… орет. Остальные в ужасе шарахаются, кроме одного. Он пытается меня ударить мечом, но я с легкостью останавливаю клинок двумя пальцами, а второй рукой вырываю ему гортань.
Оставшийся в моей руке клинок я подобно копью кидаю в сторону самого трусливого, решившего, что может сбежать. Сила удара поражает, пронзённый бандит отрывается от земли и летит добрый десяток метров. После такого не выживают… хехехе…
Расправиться с остальными не составило особого труда. Они стреляли, пытались пронзить меня клинком — но все без толку. Я слишком быстр и силен. Предателю Бранду я вонзил зубы прямо в шею, присосавшись подобно пиявке. Но его кровь была полным дерьмом, в отличие от Фихта, который пытался хоть кого-то спасти в изначально проигрышной ситуации.
Одному чересчур ловкому, единственному, кто ухитрился не умереть от первой атаки, я вырвал хребет. Другому оторвал ноги и забил ими третьего.
Не успел я и глазом моргнуть, как не осталось никого, кроме испуганной девушки в разорванном платье, с ужасом взирающей на меня.
Какая же она сексуальная… Грудь пусть и не большая, но очень аппетитная. Розовые сосочки так и манят присосаться к ним….
Я сделал шаг к ней, понимая, как сильно хочу её. И не только трахнуть. Должна же эта красавица отблагодарить своего спасителя? Хехехе…
Селина, видя, что я иду к ней, в ужасе закричала, заставив меня остановиться, а сознанию вернуть относительную ясность.
Что я такое несу? Трахнуть, осушить её!? Нет… это не я говорю… не я…
Девушка, опомнившись, весьма резко вскочила на ноги и вся в слезах бросилась бежать. Инстинкты заставляли меня броситься за ней следом, догнать и вонзить зубы в шею…
— Нет! Это не я! — закричал я, рухнув на колени. — Это не я…
Подняв глаза, я с ужасом взглянул на окружающие меня трупы. Да… вот я какой на самом деле. Правильно Селина убежала. Я бы и сам на её месте бежал со всех ног от такого чудовища…
В итоге я покрошил всех врагов, вот только благосклонность красавицы не заслужил. Наоборот, сомневаюсь, что она теперь будет способна взглянуть на меня без страха.
Внутренности скрутила боль. Но это ерунда, лишь процесс трансформации усиливается. Изменяются мышцы и внутренние органы, куда хуже будет потом. Ведь этот процесс необходимо остановить.
Поэтому я засовываю два пальца себе в рот, пытаясь вызвать рвотный рефлекс. Нужно избавиться от крови, что я успел выпить.
Внутренне я уже готовлюсь испытать самую сильную боль за всю жизнь.
Глава 2. Полукровка и Шкатулка
He знаю, сколько вpемени я провалялся в забытьи, но очнулся не под открытым небом среди трупов, а в повозке. На это указывала тканевая крыша фургона. По левую руку была целая куча xорошо знакомых вещей. Kажется, это та самая повозка, в которой и спала Cелина. Я видел её изнутри только краем глаза, так что уверенности в этом не было.
Последнее, что я помнил, как всеми силами пытался избавиться от крови в желудке, пока организм её всю не впитал. A затем наступила жуткая боль, и все… темнота. Скорее всего, просто вырубился от болевого шока.
Попробовал приподняться, но быстро передумал — чересчур больно. Что плохо, эту боль блокировать намного сложнее, чем обычную. Фактически, единственный способ от неё избавиться — это кровь, но для меня это не вариант.
— Oчнулся? — раздался хорошо знакомый голос Селины, вот только сейчас в нем не было больше ни тепла, ни доброты. Я поднял голову и увидел, что этого не было и в её прекрасных глазах. Лишь страх и недоверие.
— Вроде того… — сиплым голосом ответил я. В горле было сухо, словно песка насыпали. — Mожно воды…
— Сейчас, — после небольшой паузы ответила девушка и протянула флягу. Сама подходить ко мне она опасалась, так что пришлось перебороть слабость и самому себя напоить.
После выпитой воды стало немного лучше, но полное восстановление займет время.
— Ты нежить? — прямо спросила она.
— Ты хотела сказать вампир? — уточнил я, стараясь занять сидячее положение.
— Плевать, как это называется, — весьма резко сказала девушка.
— И да. И нет. Это сложно, — ответил я, чувствуя, как бурчит в животе.
— Так да или нет?
— Я полукровка. Моя мать была человеком, а отец… ну, ты поняла.
— Это невозможно, — категорически ответила она. — Вампиры не способны иметь детей. Они могут обращать обычных людей, но давать жизнь не способны.
— Низшие — не способны, — кивнул я, подтверждая правильность её слов. — Но высшие — да, хотя в подавляющем большинстве не видят в этом необходимости.
— И чем же ты отличаешься от обычных обращенных?