— Вовсе нет, — покачал головой Гюнтер. — Маг способен использовать любую стихию, тест же показывает, в какой ему будет проще совершенствоваться. У каждой стихии свои свойства и «характер», и использовать не подходящую тебе стихию возможно, но это требует больших сил. Поэтому начинающим магам советуют начинать со стихии, к которой он предрасположен, и лишь достигнув существенных успехов, можно неторопливо попробовать осваивать другие.
— Давай уже посмотрим, что у меня за стихия!
— Будь терпеливее, магия не терпит спешки, — серьезно заявил маг, но все-таки положил магическое устройство передо мной.
— Что делать?
— Положи палец в середину пентаграммы. Самый яркий камень покажет твою стихию.
Не став особо мешкать, я положил палец в центр магический схемы и стал ждать.
— Теперь влей немного энергии.
Я исполнил просьбу мага, и уже через миг линии пентаграммы засияли. Но дальше ничего не происходило. Я прождал около минуты в ожидании, что же покажет мне эта штука, и вопросительно глянул на Гюнтера.
— Просто жди.
И я вновь перевел взгляд на прибор. И вот, наконец, загорелся один из драгоценных камней — красный.
— Хм… интересно. Похоже, твоей стихией является огонь, правда не основной.
— Одна из запрещенных?
— Скорее всего. Но какая именно, выяснять не будем.
— Огонь значит… — задумался я.
А что? Не так уж и плохо. Магия у меня всегда ассоциировались с огненными шарами и прочим, так что быть огненным магом это не так уж и плохо.
— Это и хорошо и плохо.
— Почему?
— Магия огня с одной стороны довольно мощная в боевом плане. Но она тяжела к контролю, да и обучатся ей как базовой стихией весьма сложно.
— И что делать?
— Учиться, но очень аккуратно. Я серьезно! Аккуратно. Знавал я магов-самоучек, которые сжигали себя заживо.
— Понял, — ответил я как можно более серьезно.
— Славно, — удовлетворенно кивнул Гюнтер.
— И все же, что мне делать конкретно сейчас?
Маг задумался.
— Магию огня пока изучать тебе не дам. Наполнять плетение-пустышку это одно, а создавать полноценное рабочее заклинание — совершенно другое, — маг почесал щетину на подбородке, вероятно раздумывая, чему именно меня обучить.
— Тогда…?
— Думаю, самым полезным будет тебя обучить заклинанию следящей паутины. Или следящей сети, называй, как хочешь, суть от этого не меняется. Оно позволяет обнаруживать живых в определенном радиусе.
— А мертвых?
— Можно и мертвых, и демонов, и прочих существ, но это слишком сложно. Я подобную сеть могу поддерживать лишь минут десять и то в небольшом радиусе.
Гюнтер достал бумагу и перо с чернильницей, после чего нарисовал мне новую схему.
— Просто наполнять? Как раньше? — уточнил я.
— Для начала, но это лишь первый этап. Тебе нужно запомнить каждый штрих.
— Прям каждый…? — уточнил я, смотря на действительно сложную схему.
— Каждый. А вот инструкция, — маг вручил ещё одну небольшую книгу. — Страница восемьдесят шесть. Оттуда начинается все, что касается следящих заклинаний. То, что я начертил тебе, это база. На внешнем круге вписываются плетения, отвечающие за размер, длительность и прочее.
— Жесть… — вздохнул я, открыв книжку и ощутив себя первоклассником, которому дали вузовский учебник по физике.
— Никто не говорил, что будет легко, — усмехнулся он, оставив меня одного.
Следующий день был совершенно скучным и обычным, я занимался уже новым плетением, вот только даже наполнить его магией не выходило. Гюнтер был прав, это действительно не сравнить с «пустышкой».
— Не получается? — уточнила Гера, внимательно но наблюдая за моими действиями.
Она хотела что-то посоветовать, но неожиданно послышалась команда остановиться. Рекруты удивленно переглянулись, а Рол, сидящий в этот раз у самого выхода, высунулся и попытался рассмотреть, из-за чего именно мы остановились.
Прошло минут пять, но ситуация не разъяснилась. Кажется, отряд на что-то наткнулся, но пока что не понятно, на что именно. Явно не на разбойников, иначе мы бы услышали приказ о боевом построении. Да и солдат, что вел нашу повозку, явно не наблюдал чего-то опасного впереди.
— Тьфу, пропустите.
— Эй, ты куда? — удивленно спросил Рол, когда я покинул телегу без приказа и направился в сторону головы колонны.
— Я не давала разрешения выходить, — строго глянула на меня Катрина, но я это проигнорировал. А что она сделает? Отправит меня на рудники?
— Могу прописать десяток ударов розгами, — мило улыбнувшись, сказала она, и эта довольная ухмылка явно говорила, что паладинша не шутит. Но дальше этой угрозы дело не двинулось, ведь её позвал Гюнтер.
Теперь мне стало понятно, почему именно остановился отряд, но дальнейших команд не последовало. Неподалеку от дороги находилось несколько старых фургонов, чем-то похожих на наш. Я бы, наверное, и внимания на них не обратил, а вот Катрина заинтересовалась.
— Сколько они тут стоят? — спросила она у мага.
— Сложно сказать, но точно не больше двух месяцев.
— Может ли это быть одним из пропавших караванов?
— А Инферно их знает, — сплюнул маг, выбираясь из ямы в которой и находились фургоны. — Но они не просто так тут оказались. До ближайшей деревни почти день пути, земли безлюдные, и ни за что не поверю, что хозяева просто так решили оставить транспорт здесь.
— Следов имущества нет?
— Нет. Ни одного ящика или личной вещи. Пустые телеги.
— Будь тут одна, я бы могла подумать, что у каравана лошадь погибла или убежала, поэтому пришлось бросить повозку, три фургона… — задумчиво сказала Катрина, смотря вниз ямы. И я в очередной раз ей залюбовался, лишь подзатыльник от Гюнтера привел меня в чувство.
— Ему надо бы чуток ударов розгами прописать, — ухмыльнулся маг, взглянув на свою начальницу. — Больно зазнался.
— И я о том же думаю, — одобрительно кивнула Катрина, хотя на её губах я заметил едва заметную усмешку. Шутят значит, хотя, зная её, может и впрямь приказать выпороть. Знает ведь, что раны быстро заживут.
— Так что будем делать? — вернулся Гюнтер к главной теме.
— Хороший вопрос. Ты чувствуешь поблизости присутствие людей?
Маг тут же сотворил заклинание, которое я упорно пытался освоить. К сожалению, мне это наблюдение ничего не дало.
— Нет, — отрицательно покачал он головой. — Никаких людей в радиусе пяти километров точно нет.
— Понятно, тогда движемся дальше. Но сторожевую сеть периодически ставь, вдруг поблизости и впрямь есть разбойники.
— Понял, — кивнул маг.
Катрина же подошла ко мне, положила руку на плечо и сжала с такой силой, что у меня кости захрустели.
— Максим, — вкрадчиво начала она. — Если ты ещё раз ослушаешься приказа, тем более при моих подчиненных, простыми розгами не отделаешься. В Ордене есть дисциплина, и, нравится тебе это или нет, ты должен её соблюдать. Уяснил?
— Да… — Нервно сглотнул я. Её бархатно-ласковый тон в купе с болезненным прикосновением малость пугал. Но менее красивой от этого не делал…. Чтобы не поцеловать её, мне потребовалось сделать над собой просто эпические усилия. И даже когда она пошла прочь, сердце в груди по-прежнему трепетало.
— Максим, давай назад в свой фургон, иначе до следующей остановки пойдешь пешком! — крикнул мне недовольный Гюнтер, запрыгнув на лошадь. — Не успеешь в него забраться до того, как поедет — все. Идешь пешком!
— Уже бегу!
Пешком мне, к счастью, идти не пришлось. Хотя я и впрямь был к этому близок.
— Максим, тебе так порки захотелось? — удивился Рол, когда я вернулся.
— Да что вы все заладили? — не выдержал я, возвращаясь на свое место. — Прям только и думаете, как меня выпороть.
— Так… это нормально же, — слегка опешил он от моей обиды. — Если ты не подчиняешься приказам, следует наказание. И розги это ещё не самое страшное.
— Есть хуже?
— Есть, конечно, — тут уже вмешался солдат, что управлял телегой и обычно не учувствовал в беседе рекрутов. — Не тут, правда, но есть. Самых «отличившихся» в стенах Ордена на денек сажают в железный ящик, стоящий под открытым небом. Днем в нем жарко как в печи, ночью можно задубеть. Но это из совсем «зверских», есть и попроще, но не менее неприятные, чем порка.