— Кто там!? — вынудил дочь обернуться, спокойный мужской голос.
— Не знаю! — с усмешкой сказала она в ответ и повернувшись ко мне лицом, злобно прошипела: — Подойди и сам увидишь.
Пока отец собирался, «радушная» хозяйка мысленно превратила моё лицо в боксёрскую грушу и тут же использовав её по назначению, заставив меня мгновенно покраснеть, словно перезрелый помидор, избавиться от жалкого подобия лучезарной улыбки и ощутить на собственной спине табун мелких мурашек, стремительно бежавших к перегретой голове. Не требовалось даже и пробовать приоткрывать кипящий разум разгневанной фурии, тем более слово мной было уже дано, чтобы почувствовать насколько здесь мне не рады.
— Лиля — собравшись с духом, жалобно промямлил я.
— Скоро семнадцать лет, как Лиля — мгновенно заткнули мой рот и с ещё большей иронией напомнили о главных моих прегрешениях. — Или ты и об этом, тоже забыл?
Хотел сказать, что не забыл и помню всё, что между нами было, но тут в коридоре появился отец. Я не успел и рта открыть, а он уже заговорил:
— Антон!? Ну, ничего себе метаморфозы. Вырос, возмужал. На улице бы встретил, не узнал.
— Дылда — в противовес ему, тихо сказала Лиля, глядя на меня снизу вверх.
Изменился я действительно прилично, за время что мы с ней не виделись, но это не помешало девушке с первого взгляда распознать, кто перед ней стоит, что на мой взгляд достаточно странно. Хотя…
— Проходи, чего стоишь в дверях? — перебил мои размышления Алексей Сергеевич и тут же отодвинул дочь. — Подвинься, видишь гость пришёл.
— Кому то может он и гость? А для меня пустое место — еле слышно прошептала девушка, но всё же отошла.
— Чего ругаешься? А ну ка, марш к себе — в шутливой форме, отругал её отец и улыбнувшись мне, добавил: — Ребёнок ещё.
Попав в просторную квартиру я быстро скинул сапоги, сунул ноги в предложенные хозяином тапки, затем снял кепку, пальто и не решившись повесить сумку на вешалку, поставил её на пол.
— Сюда проходи — пригласил меня старый знакомый, сделав недвусмысленный жест крепкой рукой.
Следом за ним, через открытые, двустворчатые двери, попал в огромную гостиную, обставленную в соответствии с положением и должностью хозяина.
— Присаживайся — кивком головы, указал он мне на кресло, а сам занял место напротив, на огромном французком диване. — Да, много чего видел на свете, но чтобы люди вот так менялись, за пол года…
— Я не специально — улыбнувшись в ответ, поддержал я разговор.
— Да я понимаю — засмеялся Алексей Сергеевич. — Специально, такого результата, даже если очень захочешь, не добьёшься. Я вон, третий месяц на диете сижу. И что? Два килограмма сбросил и всё, дальше ни в какую. Хоть ты тресни. Это брат, кому, как с генами повезло. Вот у тебя в родне, были великаны?
— Не помню — захотел я сказать, но озвучил совсем другую фразу: — Не знаю.
— Ах да, извини. Запамятовал. Ты же у нас сирота. Прости, не хотел тебя обидеть — извинился мужчина и тут же перевёл разговор на собственную персону: — А я вот своих знаю, чуть ли не до пятого колена и все мужики, в нашем роду, что со стороны отца, что у мамы, были такие, как я. Широкоплечие, объёмные и сильные. А всё почему? Да потому, что с утра до ночи трудились в поте лица. А мне достался кабинет и вместе с ним вот это.
Мужчина легонько ударил себя по животу и весело засмеялся.
— Напрасно вы на себя наговариваете, Алексей Сергеевич. Вы очень даже в приличной форме — не согласился с ним я.
Привычки раздавать беспочвенные комплименты мужчинам, у меня никогда не было. Живот у хозяина, шикарной московской квартиры и в самом деле имелся, но был вполне терпимым, для его почтенного возраста.
— Ну ладно, ладно, нечего тебе записываться в отряд моих личных прихлебателей. Рано ещё — весело отреагировал на моё заявление, работник серьёзного министерства. — Я про себя и сам всё понимаю. Ты мне лучше вот что расскажи, как сам добился таких сногсшибательных результатов. Корни и гены, это понятно, но если честно, я никогда не поверю, что дело только в них.
— Да ничего нового — придумывая на ходу оправдания своим, внезапно развившимся габаритам, начал я врать. — Плаваю три раза в неделю, не меньше трёх часов. Штангу тягаю, гирей занимаюсь, ну и питание, само собой, сбалансированное. Жиры, белки и углеводы.
— Ты прямо, как жена моя. Она тоже мне каждый день про правильное питание твердит, но ей простительно, она врач. А ты, вроде бы, у нас будущий журналист. Ладно, не хочешь, не говори, сами прорвёмся. «Сяду» на солёные огурцы и помидоры, в них, говорят, каллорий нет вообще и похудею на зло всем врагам мировой революции. Но это чуть позже, а сейчас давай лучше перейдём к более насущным вопросам, пока никто от разговора не отвлёк. Скрывать не стану, рад тебе, но время для встречи ты выбрал не очень подходящее. Говорил же, приедешь в Москву, сразу позвони. А ты чего?
— Да не удобно как то было — сделав вид, что застеснялся, скромно ответил я. — Вы для меня тогда, в Анапе и так много сделали.
— Э брат. Не удобно спать на потолке, а в жизни всё по другому. Ну ничего, с возрастом это пройдёт. Надеюсь. А не пройдёт, ты уж извини меня, значит дурак — наставительно проговорил хозяин уютной квартиры и тут же, резко сменил тему разговора. — Так, ну это всё лирика. Давай ка всё же на актуальные темы поговорим. Ты сейчас, по какому то конкретному вопросу хотел встретиться или просто пришёл, старика проведать и, как говорят мои подчинённые, засвидетельствовать?
— Да, какой же вы старик? — искренне возмутился я.
— Старик, старик. Знаю. Кто бы что не говорил. Сорок шесть лет это тебе не тридцать пять и тем более не сорок. Тут, каждый следующий год за два идёт, прямо, как на фронте. А с учётом моей нервной работы, к ним легко можно ещё годик приплюсовать. Но сейчас не об этом. Ты давай, если есть просьбы какие, выкладывай не стесняйся. Последний месяц ко мне с этим только и приходят. У нас перед Новым годом самое горячее время. Тому дай дефицит, этому выдели сверх фондов. Только успеваю указания раздавать. Так что, если и у тебя план горит, рассказывай. Помогу чем смогу.
— Да, вроде, не горит — улыбнулся я интересному предложению. — Так, есть небольшая просьба, но с ней можно и позже порешать.
— Говори, может вопрос твой и яйца выеденного не стоит. Чего тогда бегать вокруг него будем? Решим сходу и забудем.
— Предложение от знакомого мне поступило — снова начал я выворачивать собственные извилины. — Бизнес у него есть, предлагает и мне в долю войти. Ну, вот я и подумал…
— Понятно, а так бы ещё лет пять не позвонил. Да? — игриво перебил меня Алексей Сергеевич, но тут же, серьёзно спросил: — С торговлей что то связано?
— Да, с торговлей — зацепился я за последний вопрос. — Точка у него, по реализации импортного ширпотреба, имеется. Место проходное, выручка приличная, но ему и этого мало, хочет расширяться, а возможности в поставках ограничены, особенно после определённых событий. Раньше он с Новороссийском работал, а сейчас там нет почти ничего.
— Понятно — снова перебил меня хозяин. — Порт закрыли, контрабанда встала. Всё решаемо, но, как я тебе и говорил, не сейчас. Ты человек проверенный, вместе кашу из одного котелка хлебали, так что ходить кругами не буду. Помочь твоему горю можно, даже больше того, я готов и сам в вашем деле поучаствовать. Но, что такое одна точка? Это так, приобрести опыт в деле реализации дефицита и всё. Мыслить надо масштабнее. На сегодняшний день, на себя работать, закон разрешает только самостоятельно, без привлечения персонала. Но скоро всё изменится. И, что тогда? Так и будете топтаться на месте.
— А, что изменится? — спросил я, вспомнив предупреждение Аркадия.
— Правительство готовит новое постановление. Только давай так, чтобы дальше этого дома информация не уходила. Так вот, месяца через три оно выйдет в печати и тогда можно будет организовывать, небольшие частные предприятия, с привлечением наёмных работников. Цифры пока обсуждают, но десять человек — это будет минимум, который уже, можно считать, утверждён. Ты, кстати, вовремя объявился. Мы, вопрос о создании чего то подобного, с товарищами уже давно обсуждаем, а вот подходящей кандидатуры, для общего руководства, пока не нашли. Если проявишь себя и не завалишь своё дело, может сложиться так, что мы поручим тебе руководить нашими активами. Понимаешь о чём я?