*************

Амели кричала, умоляла, плакала и трясла Тони… но он этого уже не застал. Тони не слышал и не видел, как девушка, рыдая, не хотела отпускать его руку, как раненый Лукас схватил её в охапку и под обстрелом десятков пуль уносил прочь от него. Он не видел, как его друг Фрэнк уронил непрошенную слезу и сказал ему: "Прощай" в последний раз. Он не увидел, как Королева пришла в себя и, пылая яростью, была вынуждена спасаться бегством. Она боялась не за себя, а за Фрэнка, который за столь недолгий срок стал ей очень дорог.

Тони умер.

Лежа на земле в заброшенном городе. Единственное, что он успел сделать, так это прочесть про себя слова последней молитвы. В тот момент, когда жизнь покидала его тело, он понял, что всё должно было произойти именно так. Когда-то очень давно он совершил поступок, который унес жизнь нерожденного ребенка. После, карма забрала нерожденного ребенка у него.

Раньше он думал, что это была расплата и только в последний момент, в последний вдох его осенило, что жизнь вела его именно в этот день. Именно сегодня он должен был спасти ещё одного малыша, который пока не появился на свет.

И Тони справился.

Он сделал это.

Расплатился за свой грех до конца.

На смену адской боли к нему пришло умиротворение. Тьма рассеялась, и он очутился на белом песчаном берегу. Тони сидел там в одиночестве и смотрел на мелкие волны, которые едва касались его босых ног. Он не чувствовал разочарования по поводу смерти.

Тони не сомневался в этом. Он мертв.

Он столько раз хотел покинуть тот мир, но судьба была против, а когда он перестал допускать такие мысли, это случилось.

Так вот как выглядит другая сторона? Тони ожидал большего, но увидел лишь белый лист, без каких-либо надписей.

Он сидел долго. Очень долго. Ведь спешить ему больше некуда. Он и продолжал бы сидеть, но услышал лай собаки. Сердце замерло. В неверии повернулся и увидел источник шума. Пес бежал к нему, виляя хвостом и лая. Это тот самый пес. Пончик. Что-то кольнуло в груди Тони… этого не может быть, но собака врезалась в него, и он ощутил это. Надежду. Надежду на то, что он не будет здесь одинок. Легкая улыбка появилась на его лице, но пес развернулся и побежал обратно. Тони хотел позвать его, но замер… Словно по мановению волшебной палочки, он увидел стройный силуэт девушки. Это она. Тони отправился навстречу, но собака налетела на него, и всего на мгновение он отвлекся от силуэта. Быстро вернул взгляд назад, боясь, что она исчезнет навсегда. Но увиденное повергло его в шок, и он резко опустился на колени. Девушка идет не одна. В её руках он увидел маленькую девочку, которой не больше полугода. Ком встал в горле. Тони боялся моргать, пока Серена не подошла к нему вплотную. Да, он молился, чтобы она была на этой стороне, но не надеялся, что так произойдет. Да что греха таить, он не был уверен, что другая сторона вообще существует.

— Серена?

— Привет, Тони. — её голос. Он даже забыл, как звучал её голос. Всматривается в черты лица, а в голове проносится всё, что было между ними. Но он никогда не забывал чувство, которое подарила ему именно она. И сейчас он испытывал это с новой силой.

Тони сократил расстояние до Серены и, боясь, что она исчезнет, слегка прикоснулся к лицу. Она не исчезла. Перевел взгляд на малышку и почувствовал першение в горле.

— А это… — начал он, но Серена перебила его.

— Твоя дочь.

— Но прошло столько времени…

— Ты представляешь нас такими. Мы очень долго ждали тебя. — с ресниц Серены скатились слезы и упали на белое легкое одеяльце.

— Я пытался. — сквозь ком в горле ответил Тони.

— О, я рассказал ей, как ты пытался умереть. — доносится до него голос Адама.

Тони оборачивается и видит брата, который держит за руку улыбающуюся Рейчел.

— Вы выглядите как в последний день.

— Серена же сказала тебе, ты такими нас представляешь. — говорит Рейчел. — И да, извини, я была неправа, когда сказала, что Серены здесь не окажется.

Тони хотел что-то сказать в ответ, но услышал крик:

— Папа. — этот голос разбил его сердце на тысячи осколков, снова собрал воедино и запустил с новой силой. Сара. Это голос Сары.

Дочь бежала к отцу по самой линии берега, где вода набегает на песок. Пончик бежал с ней рядом, весело виляя хвостом. Саре на этот момент было тринадцать лет.

Слезы катились из его глаз, когда он, не веря, бросился навстречу к своему ребенку. Тони упал на колени и прижал девочку к себе. Сжимал в объятиях. Вдыхал запах её волос. Отстранялся, смотрел на лицо и снова обнимал. Прошло время, а он так и не мог отпустить её.

— Папочка, я так долго тебя ждала.

— Прости, милая.

Очередная порция боли прорезала Тони насквозь. И он понял, что это все неправда. Его дочь не умирала в возрасте тринадцати лет. Он не видел, как Серена родила ему ребенка.

Держа Сару за руку, он повел её в сторону самых дорогих ему людей. Подойдя, он не решился спросить, правда всё это или нет. Он побоялся, что они растают, словно дым.

Он побоялся потерять их вновь.

— Я сделаю тебе новый. — говорит Сара.

— Что?

— Браслет новый сделаю. А то этот какой-то детский.

Тони посмотрел на свою руку, и улыбка появилась на его лице. Он вспомнил Амели, которая сейчас должна быть сильной, как никогда прежде. Она сможет, он уверен.

Дойдя до Серены, он приобнял её и вновь почувствовал то, что давала ему только она. Он почувствовал себя дома. Его место здесь, рядом с ними. Обняв Серену, взяв дочь за руку, они всей компанией направились в сторону нескончаемого берега.

Куда они шли? Зачем?

Тони этого не знал, да это и не имеет значение. Ведь когда любимые рядом, всё остальное неважно.

Последний раз он позволил себе подумать о том, что происходит сейчас в мире живых. Война. Снова война. Но он сделал всё, что было в его силах. Тони в прямом смысле этого слова — отдал жизнь за мир. Остальное — забота живых.

Амели.

Смутно помню, как Лукас уносил меня от тела Тони, от моего единственного друга, от того, кто первым поверил в меня, не единожды хотел спасти… и спас. На тот момент я не понимала, каким балластом являюсь для раненого Лукаса. Он, истекая кровью, нес меня под градом пуль. А я рыдала. Билась в истерике. Не хотела оставлять Тони там. Совсем одного.

Помню, как пылающая яростью Королева откинула машину, которая начала по нам стрелять. Видела, как Фрэнк расчищал дорогу, он без сожаления уничтожал всех, кто попадался ему под руку. Я не знала, куда мы двигались. Мне было плевать. В тот момент ничего не имело значения.

Нам удалось сбежать из города. Королева и Фрэнк истекали кровью, их одежда была словно решето. Лукас практически терял сознание от полученных ранений. Я же до сих пор была просто балластом.

Я не понимала, куда Фрэнк ведет нас, но он уверенной походкой направлялся правее от арки (входа в город). Мы шли к вертолету. К той красивой черной птице, которую я приметила перед встречей. Лукас поставил меня на ноги, но слезы по-прежнему стекали по моему лицу. Я не могла их остановить. Я даже не старалась. Когда мы были уже в десяти метрах от вертолета, из-за него вышел Бенджамин Аллен. Я не могла отвести взгляда от его голубых глаз. Он так похож на Тони, от этого ещё больнее. Заметив нас, он тут же направился к Фрэнку и остановился в шаге от него. Всего мгновение Бенджамин молча смотрел на Мора, но все же задал вопрос, на который уже знал ответ:

— Где Тони?

— Он мертв. — сказал Фрэнк, и моё сердце пропустило удар. А потом начало ускоренно работать. Оно колотилось так быстро, что я подумала: "Оно не выдержит". В голове мелькали образы голубоглазого блондина. А потом всплыли его слова. Почему-то он поверил, что я смогу закончить войну. Он отдал жизнь за это. Тони отдал жизнь за меня.

Не понимая, что делаю, я отпустила руку Лукаса и подошла к Бенджамину Аллену.