– Можешь дышать.

И я дышу. Вместе с ним. Под его размеренное сердцебиение.

Хантер.

Я так и не смог уснуть. Мои мысли то и дело уносили меня назад, в моё прошлое. И я предвкушал, что именно сегодня я исполню своё обещание. Обещание, которое я дал себе, стоя с младенцем на руках у костра, на котором сгорало тело Кейт. Тогда я поклялся, что уничтожу виновника её страданий. Виновника её смерти.

Также я вспоминал о Чарли, о том, как он рос. Все его лишения материнской любви. Он должен жить в мире, где не будет таких ублюдков, как мистер Морис.

Аккуратно встаю с постели, чтобы не разбудить Саманту. Какое-то время смотрю на неё, и в голове появляется её тихий голос в ночи: "Ты видишь в темноте?". Это снова вызывает улыбку. Конечно, я не вижу в кромешной темноте, но я отлично слышу. Я отчетливо различаю все её эмоции по сердцебиению и дыханию. Мне не нужно видеть лицо Саманты, чтобы понять, о чём она думает, чего она желает.

Покидаю комнату и тихо выхожу в узкий коридор. Открываю входную дверь и выхожу на улицу. Вдыхаю полной грудью и смотрю на тонкие извилистые улочки. Солнце ещё не встало, но кое-где есть фонари, и поэтому я могу разглядеть каждый закуток этого города.

Слышу тихие шаги за спиной, следом за ними, звук открывающейся двери. По тяжести шагов понимаю, что это Картер. Он встает рядом со мной, и мы смотрим в одном направлении.

– Не спится? – спрашивает он.

– Да.

– Мне тоже. – тяжело вздыхает он.

– Ты рассказал Ребекке?

– Да.

– И как она восприняла?

– Она сказала, что я идиот.

– Интересное замечание.

– Она сказала, что я должен был раньше ей всё рассказать. И если бы она знала, чем именно я занимаюсь, то помогла бы мне.

– Этого, мы уже не узнаем.

– Да. – Картер замолкает на секунду. – Хантер?

– Ммм?

– Всё позади. Ты сделал это.

– Ещё нет. – поворачиваю голову к другу и спрашиваю. – Мне нужна одежда, есть что-то посолиднее этого?

– Хм. Конечно.

Картер прикуривает сигарету и выдыхает клубы дыма. Мы стоим ещё какое-то время и думаем каждый о своём.

Как только мы заходим в дом, Картер скрывается в спальне. Через минуту выходит оттуда, дает мне обычный черный костюм и такого же цвета рубашку. Забираю одежду, ухожу в комнату и переодеваюсь. Саманта до сих пор спит.

Я не буду её будить. Пусть она лучше не видит того, что произойдет. Беру пистолет, рацию и подхожу к двери.

– Хантер? – прикрываю на секунду глаза и оборачиваюсь.

– Спи. Ещё слишком рано.

– Ты куда? – доносится до меня её сладкий сонный голос.

Я не отвечаю, и она сама всё понимает. Быстро встает с кровати и маленькими, но уверенными шагами направляется к шкафу, на ходу говоря мне:

– Я с тобой. Погоди минуту.

– Не думаю, что тебе стоит там быть.

– А я думаю, стоит.

– Саманта. – спокойно говорю я, но она не обращает внимания.

Достает черные штаны и черную толстовку. Она настолько торопится, что не обращает внимание на моё присутствие. Поворачивается ко мне спиной и скидывает халат. Отлично, твою мать! Она же голая. Я и сам на мгновение забыл, что хотел сказать. Я просто любуюсь. У неё чертовски охрененная фигура. Тонкая талия, стройные руки и ноги, но её задница, это нечто нереальное. Не иначе, к её созданию приложил руки кто-то свыше. Но стоит ей только нагнуться, чтобы надеть штаны, я слышу тяжелый выдох. И он принадлежит мне.

Я долгое время наблюдал за ней. Но даже вчера, когда я проводил руками по её телу, я не позволял себе думать о сексе. Но сейчас, Морис ушел на второй план. Всё ушло, осталась только девушка с огненно-рыжими волосами, которая в эту самую секунду прячет своё тело за черным балахоном.

Она оборачивается и я вижу, как горят её щеки.

– Ты что-то говорил. – слегка запыхавшись произносит Саманта.

Я медленно, слишком медленно подхожу к ней и слышу, как с каждым моим шагом её сердце начинает стучать всё быстрее и быстрее. Она слегка приоткрывает рот, и я наблюдаю, как её зрачки увеличиваются в размере. Останавливаюсь в полушаге от неё и смотрю прямо в глаза. Поднимаю руку и зажимаю между пальцами прядь её волос.

– Как только ты поймёшь, что больше не вынесешь, то покинешь его кабинет в ту же секунду. Ты меня поняла?

– Хорошо.

– Ну и отлично. – всматриваюсь в её огромные зеленые глаза. – Ещё вопрос.

– Какой?

– Твоё сердце разогналось так, словно сейчас выскочит из груди… по какой причине? Ты меня боишься или ты возбуждена?

Я вижу, как она сглатывает, и что-то внутри меня напрягается от ожидания её ответа. Если она меня…

– Я тебя не боюсь. – быстро произносит Саманта.

Не могу удержаться. Блеск её глаз, грудь девушки, которая быстро поднимается и опадает от частого дыхания, её запах – всё это наталкивает меня на то, чтобы наклониться и поцеловать её. И я это делаю. Саманта тут же отвечает мне, и это лучшее, что было за последнее время. Беру её голову в ладони и углубляю поцелуй. Слегка отстраняюсь и прикусываю её нижнюю губу. Медленно открываю глаза и смотрю на Саманту. Её ресницы трепещут, и через мгновение я вижу пожар в зеленых глазах. Отстраняюсь ещё на дюйм и провожу большим пальцем по месту укуса, но по-прежнему не обрываю контакт взглядов:

– У тебя есть двенадцать часов на то, чтобы подумать. А потом я жду тебя в своей спальне.

– И как часто ты это говоришь? – с придыханием спрашивает она.

– Хмм… подумай и не задавай глупых вопросов. А теперь идем.

Выходим из комнаты и натыкаемся на Картера. Покидаем дом все вместе и направляемся в сторону площади. На ней уже установили помост, именно на нём и выступит мистер Морис. По закону, даже такая падаль, как он может высказаться в свою защиту.

Проходим мимо, и я вижу, что люди потихоньку стекаются в сторону безобразной статуи черной пантеры. Доходим до дома, где проживает Морис, и я вижу больше сорока человек – это люди Майкла. Они все максимально собраны и находятся начеку.

Вхожу в дорого обставленную гостиную, на огромном коричневом кожаном диване сидит Айзек. Он молча поднимается на ноги и идет к лестнице. Мы в тишине движемся следом, слышен только звук наших шагов. В самом конце коридора, темно-синяя дверь, возле неё стоит Майкл. Как и обещал, он провел тут всю ночь.

Приветствуем друг друга, я протягиваю руку и поворачиваю круглую ручку золотого цвета. Кстати, вкус у Мориса так себе.

Стоит мне открыть дверь, как я вижу идеальную картину. Морис в черном смокинге, в галстуке и запонках стоит возле окна, но смотрит на входную дверь. На кровати сидит Пэйдж, она как всегда безупречно выглядит, белые волосы собраны в странную прическу, серое вечернее платье облегает её, как вторая кожа, белые туфли на высоком каблуке завершают образ пародии супруги политика.

Морис приоделся, хочет выглядеть достойно, даже в такой ситуации. Мне лично плевать, в каком именно виде он будет просить милосердия. А он будет, я уверен.

– Хантер. – уверенно произносит он.

– Флинт. – безразлично отвечаю я.

Так мы стоим и смотрим друг на друга. Это последний раз, когда он может посмотреть на меня твердым взглядом.

– Пора. – говорю я. – Тебе предстоит выйти и выступить перед толпой, которая готова растерзать тебя.

– И ты решил лично сопроводить меня? – с насмешкой интересуется Морис.

– Не смог удержаться.

– Хм.

Мы отходим от двери и пропускаем его. Пэйдж так и остается сидеть на кровати смотря в никуда. Этим самым она дает понять, что отвернулась от Мориса и не выйдет поддержать его. Конечно, крысы всегда первыми бегут с корабля. Морис, задрав подбородок вверх проплывает мимо нас. Я оборачиваюсь к Айзеку и говорю:

– Приготовь здесь всё, что нам понадобиться, сейчас время Майкла.

– С удовольствием. – отвечает он и кивает в сторону Пэйдж. – С ней что делать?

– Запри в тюрьме, позже выясним, каково её участие во всех его делах. – перевожу взгляд на Пэйдж и вижу, как её лицо теряет высокомерный вид. – Но я склоняюсь, что она остаток жизни проведет в клетке.