Примерно через час пришел Хантер в чистом черном костюме и заявил, что он забирает маленького Майкла в Хелл. Меня уже начинает раздражать самонадеянность этого человека. Как только ребенок услышал это, то моментально спрятался за моей спиной и вцепился в кофту мертвой хваткой.

Вся эта драма происходила на кухне и при ней присутствовали все. Стейси уже наверное пять раз сказала, чтобы мы отдали ребенка и не портили отношения с таким влиятельным человеком. И естественно она то и дело бросала на Хантера игривые взгляды, но он ни разу даже не повернулся в её сторону и никак не показал, что услышал её слова. Он просто стоял и смотрел на меня. Брэдди молча что-то уплетал, сидя за столом и кажется не замечал всего, что происходило вокруг. Такова его политика, не лезь на рожон, целее будешь. Майкл стоял рядом со мной, давая тем самым мне поддержку, и я знала, что он будет на моей стороне… всегда. Рой ходил из стороны в сторону и периодически напоминал мне, чтобы я не повышала голос, что тем самым я пугаю маленького Майкла, а он и без моих истерик напуган до чертиков. Саманта молча наблюдала, переводя взгляд с меня на Хантера и обратно.

– Нет! Ты не можешь его забрать! – опять на крик перехожу я.

– Могу. – спокойно отвечает Хантер. Разговаривать с ним, все равно что со стеной, только Хантер немного упрямее будет.

– Но он не хочет! И… значит я тоже поеду в Хелл. – я уже не знаю, что сказать, чтобы этот невозмутимый человек ушёл и оставил нас в покое.

– Ты не можешь. – говорит Хантер.

– Могу!

– Нет. – тяжело вздыхает и подходит ко мне ближе на шаг. – Я объясняю тебе последний раз, и если после этого ты не изменишь своего решения, я насильно заберу мальчишку, и ты его больше никогда не увидишь. И если кто-то будет мне препятствовать… скорее всего умрет.

Чувствую, как Майкл напрягся возле меня, и Хантер переводит на него взгляд.

– Майкл, не глупи. – говорит он и снова смотрит на меня. – Во-первых, здесь ему жить не безопасно. Сразу после нападения на Подземелье, как только я прибыл в Хелл, меня там ожидал незваный гость, по совместительству твой отец, между прочим. Он отлично знает, что мальчишки у меня нет, следовательно он сделает всё возможное, чтобы достать его. А кроме как в Кресте ему быть негде. Надеюсь, ты понимаешь к чему я веду. Люди, что работают на Преподобного – это убогие сопляки, которые даже себя защитить не в силах, а его и подавно. И как ты думаешь, долго ли Гарольд Эшвуд будет скрывать за своими стенами дитя, которое по его мнению опасно для жителей? Правильный ответ – примерно месяц. Как только Морис перестанет отправлять провизию для Креста, ровно месяц уйдет на то, чтобы местные жители ощутили потерю кормильца и начали голодать. – пока он говорит, я понимаю, что он прав, но не могу расстаться с этим ребенком. – Во-вторых, мы с тобой знаем, что Майкл не обычный малыш, в этом городе навряд ли найдутся люди, которые примут его. Но в Хелл… там есть все условия для его жизни. Он мне нужен не для создания вакцины или оружия, это прерогатива глупцов – ожидать спасения в этом мире. Его нет. И не будет. – понижает голос до шепота, так чтобы слышали только я и Майкл. – Для меня важна только тайна. О существовании этого ребенка не должны узнать люди. Если они поймут, что есть один чудо-малыш, они найдут и другого. Рано или поздно, но найдут. А я этого допустить не могу.

– Но я могу поехать с ним. – уже тихо говорю я.

– Нет. Не можешь. Единственный человек, который может спасти тебя или хотя бы попытаться – это Макларен. А он не при каких обстоятельствах не вернется в Хелл. – так же тихо продолжает Хантер.

– Но ты можешь приказать ему.

– Прости, но это человек, которому я не собираюсь приказывать.

Тишина. Оглушительная и вязкая. Я понимаю, что Хантер прав, но от этого не становится легче. Поворачиваюсь к маленькому Майклу и сажусь на корточки, так что наши лица теперь на одном уровне. Беру его ладони в свои и смотрю в невероятно красивые глаза, полные страха.

– Не бойся. Ты должен поехать с Хантером. Он не будет тебя… – ребенок не дает мне договорить и обнимает меня крепко, самозабвенно. Чувствую его слезы и пытаюсь сдержать свои. – Обижать.

– Ты же говорила, что не бросишь меня.

Эти слова, сказанные тихим шепотом, разрывают мне сердце, и я даю волю слезам. Они просто стекают потоком по лицу, но не приносят и грамма облегчения. Наоборот, огромный черный ком внутри не дает нормально дышать.

– Я не бросаю тебя. – как объяснить ребенку, что здесь он в опасности. О том, что я его никогда не брошу, но сама уехать тоже не в силах. – Я люблю тебя.

– Я поеду с ним. – голос Саманты как гром среди ясного неба. Ловлю её взгляд и говорю одними губами: "Спасибо". В ответ она просто кивает. В это же время Хантер смотрит на Сэм и ничего не говорит, не выдержав его взгляда, Саманта спрашивает: "Что?" И в ответ получает лишь: "У тебя пять минут", она тут же бежит в комнату.

Это было самое сложное… отпустить ребенка, к которому прикипела всей душой. Он стал мне настолько родным и близким, что я не представляю свою жизнь без него. Было много слез и теплых слов. Маленький Майкл даже обнял Майкла… неуклюже и со стеснением, но это было настолько мило и неожиданно.

Саманта быстро собрала свои вещи и спустилась вниз, как оказалось, Рой тоже уезжает. Когда он сказал, что не отпустит Сэм туда одну, я заметила, с каким интересом Хантер разглядывал Роя. Так же он попросил передать записку его отцу, он, оказывается, сейчас лежит в госпитале, так же как и Дженни. Они сильно пострадали, когда выбрались наружу, как раз в тот момент, когда напали твари, но они живы и это главное. И вот так мы и остались: я, Майкл, Брэдди и Стейси.

Дом опустел…

Душа опустела…

Было время, когда мне казалось, что жизнь наладилась. Например, благодаря "закону о детях", я стала неприкосновенна во всех смыслах, но это было известно очень узкому кругу людей. Преподобный позволил нам жить в Кресте и даже принял Майкла на службу. Точнее сказать, он его с трудом уговорил вернуться на пост главы защиты периметра. Майкл сначала не соглашался, мне кажется, у него развилась паранойя по поводу того, что я могу пропасть и больше не вернуться. Или же со мной что-то случится, а его не будет рядом. Но я рада, что здравый смысл взял верх. Мы все понимаем, что от него будет намного больше пользы за периметром, на охране мирных жителей. Ведь он это делает лучше всех.

Я тоже вернулась к своим обязанностям… работа в госпитале. Но больше у меня язык не поворачивается называть это работой. Каждый божий день уже на протяжении трех недель вместо приветствия Макларен выкачивает из меня кровь и проводит какие-то тесты. Я даже не интересуюсь его успехами. Не хочу тешить себя очередной надеждой. Пусть всё идет своим чередом. После того, как Макларен берет у меня кровь, я иду помогать ему с пациентами, но он то и дело проверяет мои зрачки, пульс, температуру и так далее. Иногда дает мне выпить какую-то дрянь, или же вводит это через шприц или капельницу. Каждый раз он говорит, что это возможно то самое "спасение", но дальше просто тишина. И я понимаю, что это был очередной провал.

На следующий день, после того как Хантер забрал Саманту, Роя и маленького Майкла, я навестила Пола и Дженни. Тренер выглядел вполне сносно, в отличие от девушки. Её лицо… на данный момент всё в кровавых бинтах, ясно одно – она не станет прежней красавицей, но по словам самой Дженни – это последнее, что её интересует.

Она тихо плакала, когда рассказывала мне о смерти своих близких… это было кошмарно. Но она не винит меня в этом. Новость о том, что Сенатор мёртв, не доставила ей особой радости, она так же, как и я посчитала, это слишком легким исходом для такого морального ублюдка.

Пол был немного расстроен, что Рой уехал не попрощавшись, но тренер никогда не падает духом и уже решил, что останется жить в Кресте и как только выздоровеет, то сразу же переговорит с Преподобным по поводу тренировки его людей. Как оказывается, он тоже в курсе, что местные блюстители порядка – это по сути обычные гражданские с небольшой физической подготовкой. И я уверена, Пол сделает из них настоящих профи.